Сдавайся, крошка! (СИ)
«Спишь?» — читаю и закатываю глаза, поражаясь чужой тупости.
Зачем подобный вопрос задавать? А если действительно сплю? То как ответить?
«Нет», — честно пишу, так как не хочу еще парочку подобных вопросов увидеть, особенно когда Гордей вернется.
«Надеюсь, я не разбудил?» — тут же прилетает ответ, а мне только и остается, что громко, со стоном вздыхать.
«Только собираюсь спать», — честно пишу, но знаю наверняка, что за этим последует.
«Давай завтра встретимся!»
«У меня работа до позднего вечера!»
Конечно же, не до позднего, но лучше соврать и не давать парню надежды, хотя его настойчивость уже порядком надоела. Дернул же меня черт пару раз сходить с ним на свидание.
Теперь никак не получается от него отделаться.
«Я тебя заберу после работы», — продолжает настаивать, не желая слышать моих аргументов.
«Завтра точно не могу, извини», — честно пишу, но знаю, что все равно проигнорирует.
Еще один индюк на мою голову. Не такой наглый, как Гордей, но его настойчивость и упорство уже порядком напрягает.
«Я позвоню», — последнее, что приходит, и я быстренько блокирую телефон, так как слышу шаги Гордея.
Этому дай только волю, начнет издеваться. Лучше уж пусть воюет. В пределах допустимой нормы.
А то насмешек, а еще, не дай Бог, сватанья моя нервная система точно не выдержит.
— Все, как ты просила, — Гордей заходит в комнату… с подносом в руках, а у меня на время дар речи пропадает.
Вода, сок, бутерброды… Не хватает еще розочки в стаканчике и улыбающейся физиономии со словами:
«Доброе утро, любимая!»
Книжек перечитала, вот теперь мне всякая чушь и мерещится. Особенно впечатляет забота парня — бутерброд мне в руки всовывает, стакан с водой подает. Если бы я не знала, как он меня ненавидит, подумала бы, что влюбился. Всерьез и надолго.
Я прямо не узнаю Гордея…
— Ты тоже проголодался? — наблюдаю, как парень усаживается со мной рядом и уплетает второй бутерброд, который притащил сюда. — Или это солидарность в тебе взыграла?
— Когда я ем… — парень делает паузу, отпивая сок из стакана.
— Тебя приятно слушать, — заканчиваю фразу, а Гордей усмехается, мотая головой из стороны в сторону.
— Раз шутишь, значит точно в себя пришла, — прищуривается, глядя мне в глаза. — Мир?
— На сегодня? — уточняю на всякий пожарный, так как доверять подобному типу опасно. — Или вообще?
— Ну-у…
— Понятно, — кусаю бутерброд, так как в своих расчетах я точно не ошиблась.
Он не оставит попыток меня выжить. А я рано или поздно сдамся. Не выдержу.
Гордей ведь именно этого и добивается…
— Извини, я сегодня погорячился, — парень первым прерывает затянувшуюся молчаливую паузу. — Обещаю, больше так не буду.
— Проехали, — ворчу в ответ, но в моего спутника как будто бес какой-то вселился.
— Полина, ну чего ты взъелась? Я виноват, не спорю, перегнул палку, но я ведь…
— Скажи, что не хотел, — поднимаю на него взгляд, но он в ответ молчит. — Ты просто не ожидал, что я могу сознание потерять. Мне нельзя нервничать, это может закончиться плачевно, и то, что сегодня у вас получилось меня откачать — это действительно фарт, — я запинаюсь, собираясь с мыслями. — В прошлый раз я попала в реанимацию.
Аппетит пропадает, а воспоминания лавиной сносят все позитивные мысли. Дед берег меня постоянно, лишь бы очередного приступа не случилось. Последствия травмы. Я просто не справилась, уйдя в себя и закрывшись от окружающих. А потом умерла бабушка, и это еще сильнее меня подкосило. Затем дед, а теперь еще Гордей со своими «приколами» добивает…
Я отворачиваюсь лицом к окну, и могу лишь слышать, что делает парень. Отставляет поднос с остатками бутерброда, выключает свет и укладывается рядом. Как бы я к нему ни относилась, но сейчас сама не справлюсь. Мне нужен он. Рядом.
Чтобы ощущать, что я не одинока…
Утром я просыпаюсь первой, когда стрелка часов приближается к семи. Кстати, в такой замысловатой позе, что с трудом понимаю, как вообще такое могло произойти. Моя голова на плече у Гордея, а его правая рука и нога… на мне. И пошевелиться-то не могу. Еще и шея затекла, так что аккуратно выползти уж очень проблематично.
Но я справляюсь — не зря же столько лет гимнастикой занималась. Как всегда говорил мой тренер — мастерство не пропьешь.
Вот и пригодилось…
Настроение отличное, я выспалась, отдохнула и чувствую себя великолепно. А раз так, то утренняя зарядка для поднятия боевого духа — самое то сейчас. Надеваю обтягивающую маечку с шортами, хватаю купальник с полотенцем, тихонечко закрываю дверь в комнату, быстренько сбегаю на первый этаж и выхожу на улицу. Люблю заниматься возле бассейна — разминаю шею, руки, ноги, наклоняюсь, чтобы пальцами достать до земли, как слышу сзади:
— Мать честная! Вот это я вовремя вышел!
Твою ж….
Как же ты, дорогой, все-таки не вовремя вышел!
Не мог поспать еще пару часиков!
Глава 9
— Как же ты мне дорог, — бубню себе под нос и выпрямляюсь, а после поворачиваюсь к парню лицом.
— Мать честная второй раз! — этот негодяй пялится на мою грудь, а мне хочется громко застонать.
Я привыкла, что мужчин, кто бы вгонял меня в краску, рядом нет. Да и откуда им взяться? А раз так, то зачем мне бюстгальтер? В спортивной маечке очень удобно заниматься, но… без посторонних глаз.
Особенно этого наглого павлина!
— Глаза сломаешь! — я ехидничаю в ответ и делаю шаг вперед, но напрочь забываю, что стою на краю бассейна.
Плитка-то скользкая. Да и раньше никто мне дорогу не преграждал. Вот же… негодяй какой. Еще и руку выставляет вперед, а я, снова забывая о крае бассейна, уворачиваюсь.
— Полина…
Это последнее, что я слышу, а еще чувствую руки Гордея на своей талии. Полет, как у ласточки, и мы вдвоем с парнем летим в воду…
— Идиот, — ворчу, когда выныриваю и вытираю рукой лицо. — Принесла же тебя нечистая.
— Я не хотел, — смеется Гордей, все так же удерживая меня за талию.
Мы смотрим друг другу глаза в глаза. Рядом стоим, а мужские пальцы сильнее надавливают мне на поясницу. На пару секунд теряю координацию и чуть ли не падаю Гордею на грудь. Голую, спешу заметить.
Как будто специально готовился!
— Даже не думай, — шиплю как змея парню в лицо, так как его губы с каждой секундой все ближе и ближе к моим.
— Почему? — Гордей сглатывает невидимый комок, но свое приближение замедляет.
— Ты меня ненавидишь, — выдаю, как я считаю, главный аргумент прямо в лицо своему спутнику.
— Одно другому не мешает, — отвечает, как ни в чем не бывало, и снова его губы… приближаются.
Мне нечем дышать. Да и движения скованы, как будто гирю в сто килограмм кто-то к ноге привязал. Ни пошевелиться, ни вздохнуть — лишь с замиранием слежу за мужскими губами, которые уже почти касаются моих.
Почему он так странно на меня влияет? Как будто мы…
«Вас нет и не может быть!» — здравый смысл не спит, и это приводит меня в чувство.
Как будто пелену с глаз кто-то сорвал, и теперь я трезво смотрю на происходящее.
— Отпусти… — шепчу и получаю такое же тихое в ответ:
— Не могу…
— Получишь еще раз по роже! — чуть повышаю голос, а Гордей усмехается.
— Мне понравилось, — все так же веселится этот негодяй.
— А мне нет! — выворачиваюсь из его рук, благо захват ослабевает, а после парень и совсем меня отпускает.
Разворачиваюсь к нему спиной и направляюсь к бортику, на котором только что поскользнулась. Как слышу в спину:
— Ты красивая! — пауза, а после довольное: — Когда злишься!
— Достал уже, — ворчу, а после подтягиваюсь на руках и вылезаю из бассейна.
Понятное дело, что промокла насквозь. И маечка моя… ну совсем не спасает. Хорошо, хоть полотенце с собой взяла, ну а купальник… Не в присутствии же Гордея мне сейчас переодеваться!
Боюсь даже представить, какой парня инфаркт хватит, если я сейчас, с утра пораньше, устрою стриптиз! Хотя, любопытно было бы посмотреть, но у меня смелости не хватит. Вот моя лучшая подруга — та бы точно что-нибудь подобное отчебучила. Вечно подбивает меня на разные авантюры, но я стараюсь прежде всего слушать здравый смысл.