Сдавайся, крошка! (СИ)

— За каждую просьбу — поцелуй! — заканчивает Гордей, а мне так и хочется треснуть его чем-то тяжелым.
— Обойдешься, — кривлюсь, разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов и даже успеваю сделать шаг, как слышу в спину:
— Я тебя предупредил!
Делаю парню ручкой, хмыкаю, так как только этот самовлюбленный болван мог подумать, что я сразу побегу к нему с просьбами.
«Размечтался!» — мысленно смеюсь, пока иду к дому.
Как будто на нем свет клином сошелся — ну разве можно быть таким… эгоистом! Поцелуй… в обмен на просьбу. Лампочку, к примеру, вкрутить. Или он предлагает мне лазить по лестнице? Вообще-то это мужская работа.
— Ну и пусть сидит без света! — умничаю, когда захожу к себе в комнату.
Так, первым делом душ, чистая, а главное сухая одежда, завтрак (ну, тут я сама подписалась под договором, так что спрыгнуть не получится), чай на травах, хотя, если этот убогий такой не любит, то его проблемы.
— Приятного аппетита, — Гордей берет вилку, хлеб и начинает уплетать за обе щеки мой фирменный омлет. — Слушай, а вкусно!
«Да ты что!» — так и хочется крикнуть язвительно в ответ, но я помалкиваю, еле-еле глотая свой завтрак.
Понимаю, что надо нормально питаться, но по утрам в меня ничего кроме чая не влезает.
Кстати, мой спутник не привередлив. И чай, тоже мой фирменный, на травах пьет, еще и улыбается, мигая мне бровями.
— С тебя посуда! — кричу, уже практически выйдя из кухни, так как время поджимает, а меня ждет адвокат. — И да, это не просьба, — так же громко добавляю, а после несусь к лестнице, лишь бы не слышать ответ.
Я понимаю, что не царское это дело — мытье посуды, но уж извините, ваше величество. Сам же домработницу уволил, вот пусть теперь трудится в поте лица вместо нее.
Хватаю рюкзак с формой, надеваю очки, как звонит мой мобильный.
— Владимир Петрович? Добрый день, — я с замиранием сердца начинаю первой, так как не люблю внеплановые звонки. — Что-то случилось?
— Полиночка, у меня срочное заседание в суде, — тарахтит мужчина на другом конце провода. — Ты не могла бы приехать пораньше?
— Уже выезжаю, — резко выдыхаю, как будто гора с плеч падает.
— У тебя двадцать минут, после этого меня до завтра не будет, — снова тарахтит Владимир Петрович мне прямо в ухо. — Поторопись, пожалуйста.
— Так, может, давайте на послезавтра перенесем? — интересуюсь, так как не вижу необходимости в спешке. Всегда же есть варианты, но сейчас…
— Послезавтра я отбываю в командировку, недели на две как минимум, — выдает мужчина, а я быстренько выхожу из комнаты, закрываю дверь и двигаюсь к лестнице. — Кстати, как вы там с Гордеем? Уживаетесь?
— Нормально, — бросаю безразлично, так как вдаваться в подробности и что-либо объяснять адвокату нет ни времени, ни желания.
— Ну, вот и ладненько, — смеется мужчина. — Жду тебя, не опаздывай.
Да не опоздаю, может даже не переживать. Тут езды-то минут на десять максимум. Пробок нет, сейчас уже не час-пик, так что проблем не будет.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Если только не…
— А-аа! — чуть ли не падаю на руль, когда моя любимая машина не заводится. — Ну же, родная, давай! — пытаюсь запустить этот чертов двигатель, но… никак. — Да что ж за день сегодня такой!
Но, видимо, удача не на моей стороне. Именно сейчас, когда он мне так нужна.
Достаю телефон, нахожу номер такси — а что, еще не все потеряно.
— Адрес свой назовите, — тараторит девушка, когда я слезно прошу мне прислать машину.
— Цветочная, восемнадцать, — я мысленно молю Бога, чтобы в нашем районе хотя бы одна машинка затесалась, но он, к сожалению, меня не слышит.
— Минут через пятнадцать подадим, — выдает мне оператор, а я снова хочу застонать в ответ.
— Раньше никак?
— К сожалению, нет.
Черт! Черт! Черт!
Что же делать?
Для начала отменяю заказ, прячу телефон в рюкзак, вылезаю из автомобиля, и тут взгляд мой натыкается на внедорожник, припаркованный возле входа.
И как по спецзаказу хозяин этого самого внедорожника появляется в поле моего зрения. А улыбка-то какая! Как будто миллион долларов выиграл!
 
Вот же гад.
Я делаю один шаг, второй, третий, а в голове настойчиво бьет мысль:
«Просьба! Просьба! Просьба…»
Да, Полина, никогда не говори «никогда». Ведь не знаешь даже, что с тобой случится через десять минут.
А этот нахал вальяжно движется в мою сторону, не отводя от меня пристального взгляда.
Ждет своего звездного часа?
Нет, ну как маленький себя ведет, честное слово. Он серьезно? Ждет, что я его поцелую? Такое чувство, что специально это подстроил, жучара!
— Хочешь озвучить свою просьбу? — Гордей кивает на внедорожник. — Ну, давай, я жду.
Это какой-то тупик, честное слово.
А может, я просто сплю?
— Отвези меня, пожалуйста, к адвокату, — произношу на одном дыхании, а сама замираю.
Кажется, даже не моргаю, просто пялюсь на Гордея. И не могу взгляда отвести.
— Это просьба? — он приподнимает одну бровь, как будто нарочно меня провоцируя.
— Нет, — для пущей убедительности еще и мотаю головой из стороны в сторону.
— Тогда вызови такси, крошка, — Гордей усмехается, а после снова вальяжно движется ко входу в дом.
Кстати, у нас есть и боковой выход, и туда удобнее заходить после бассейна, но что-то этот негодяй не торопится. Наоборот, каким-то чудом оказался именно здесь. Перед главным входом в дом.
И именно там, где стоит мой автомобиль.
— Ты это все нарочно подстроил? — кричу парню вслед, а он лишь делает мне ручкой. — Вот же гад, — бухчу себе под нос, а после закидываю голову назад и закрываю глаза.
За что мне это все? Почему я должна терпеть этого самовлюбленного павлина? Хочется ему от меня избавиться — я уже готова сдаться. Окончательно. Съехать отсюда и больше не видеть этой надменной физиономии.
Пусть подавится своей победой.
Никаких нервов с этим Гордеем не хватит!
— Запомни, крошка, — слышу мужской голос и открываю глаза, переводя взгляд на парня. — Нужно всегда держать свое слово, даже если противно.
— Я не давала слова! — выдаю со злостью, но Гордей все равно улыбается.
Держится за ручку. Дверь медленно открывается.
А этот индюк в очередной раз чувствует свое превосходство надо мной.
— Но и не возражала! — выдает напоследок и резко открывает дверь.
И даже успевает снова повернуться ко мне спиной, как я громко выпаливаю:
— Подожди!
После буду разбираться, кто прав, а кто виноват в сложившейся ситуации, а пока у меня нет другого выхода. Опоздаю на встречу, тогда насмешек от Гордея не оберешься. А может, какие-то важные бумаги надо подписать, и без моей подписи…
Я, конечно, не сильна в юриспруденции, особенно что касается завещаний, но Владимиру Петровичу склонна доверять. Он ждет. Ради моего приезда задерживается в своем офисе.
И я не могу подвести…
— Ты так и будешь стоять? — снова слышу голос парня, довольно громко выдыхаю и направляюсь к Гордею.
Он ждет, не двигается, а у меня ноги вдруг ватными становятся. Я никогда в жизни первой не целовала парня! Никогда! Даже в мыслях подобного развития событий не допускала, а тут…
— Это ты во всем виноват! — выдаю негромко свои мысли, когда уже стою возле Гордея. — Зря ты это затеял.
— Угрожаешь? — негодяй приподнимает одну бровь.
— Предупреждаю! — резко выдаю ему прямо в лицо, а потом так же резко хватаю своего спутника одной рукой за шею.
У него на губах привкус меда — почему-то именно на это я обращаю внимание. Сладкие. Даже слишком. Податливые, но я держу дистанцию.
— М-мм! — стонет парень, когда я первой отрываюсь.
— Доволен? — резко выдаю ему прямо в лицо.
— Нет, конечно же, — смеется мой ненаглядный павлин, и я даже ахнуть не успеваю, как оказываюсь прижатой мужским телом к стене.
— Мы в расчете, — шиплю, как змея, не отводя пристального взгляда от его губ.