Сдавайся, крошка! (СИ)

  
Илона Шикова
 
Сдавайся, крошка!
   
Глава 1
 
Полина
— Что?! — кричит парень, тараща глаза на адвоката. — Вы в своем уме?
«Этого не может быть!» — мысленно прошу все силы небесные повлиять на этот абсурд.
Господи, и зачем я только сюда пришла? Зачем только согласилась слушать условия завещания. Это и вправду какой-то загадочный театр абсурда.
И я играю одну из главных ролей…
Дед… Как же мне тебя не хватает, мой хороший и родной человек! Да что там родной — самый близкий! Наставник, учитель, друг… Я ему доверяла даже больше, чем своей родной бабушке.
А Гордей не смог мне простить, что я заняла его место в сердце деда. Хоть тысячу раз доказывай этому балбесу, что старик любил его больше жизни, он все равно не верит. Ревнует.
И люто меня ненавидит…
— Я женился на Анне, и точка! — орал дед на внука в своем кабинете, а я наглым образом подслушивала за неплотно закрытой дверью.
— Как ты посмел? — Гордей не уступал старику в крике, на что тот взъелся:
— Да как ты смеешь учить меня жизни, щенок! Я не обязан перед тобой отчитываться!
— То есть ты, — пауза, — променял меня, — еще одна пауза. — Родного внука, — очередная запинка, а после довольно грозное: — На какую-то выскочку?
— Не смей ее так называть!
— Как хочу, так и называю!
Это было десять лет назад, и тогда я еще до конца не понимала, на что способен этот мальчишка. Дед им гордился — красавец, спортсмен, чемпион. И очень скучал. Только вот Гордей стоял на своем — дед его предал.
Да, они больше не скандалили в те дни, когда внук приезжал навестить старика. Кстати, и к моей бабушке Гордей относился с уважением, хоть и прохладно.
Зато всю свою ненависть почему-то обрушил на меня…
— Полина, вы с нами? — адвокат выводит меня из воспоминаний, и я поднимаю на него взгляд, игнорируя ярость, которая плещется в глазах Гордея.
— Простите, — киваю, так как действительно получилось неловко. — Неважно себя чувствую, — и даже немного кривлюсь, чтобы мужчина поверил.
И встал на мою сторону, усмирив этого строптивца.
Господи, за что мне такое наказание?
— Давайте еще и раз и с подробностями, — Гордей переводит взгляд на адвоката, а у меня вырывается вздох облегчения.
Слава Богу, хоть перестанет прожигать меня своими глазищами. Как вытаращит, так хочется куда-то спрятаться подальше, лишь бы не нашел. Аж в дрожь бросает, когда этот красавец косится в мою сторону.
— Вениамин Макарович оставил завещание, — начинает в очередной раз адвокат, но парень его перебивает:
— Это мы уже поняли, — снова усаживается на стул и начинает тарабанить пальцами по столешнице. — Непонятно одно, — даже слегка подается корпусом вперед, чтобы быть поближе к мужчине. — Какого черта эта выскочка вдруг стала наследницей? — еще и тычет в меня пальцем, но я все равно молчу, делая вид, что меня это не касается. — Она моему деду никто.
«И звать ее никак!» — заканчиваю мысленно вместо парня, пока он прожигает взглядом адвоката.
— Можешь подать в суд, — пожимает мужчина плечами. — И оспорить завещание, — усмехается, но тут же улыбка резко сползает с его лица. — Но я тебе не советую со мной связываться.
— Вы мне угрожаете? — парень приподнимает одну бровь и тут же откидывается на спинку стула, ухмыляясь.
— Предупреждаю, — кивает адвокат, не сводя пристального взгляда с Гордея. — Я могу продолжить?
— Можете, — сквозь зубы произносит скандалист, а я лишь наблюдаю, как его пальцы сжимаются в кулаки.
Еще бы, чемпион мира по боксу в своей весовой категории. С таким опасно даже рядом стоять. Характер у него… В общем, очень скверный. Даже ужасный.
И как с таким прикажете поладить? Еще и целый месяц!
— Контрольный пакет акций переходит к вам с Полиной, — спокойно продолжает адвокат, а я все так же наблюдаю за реакцией Гордея. — Тридцать один процент Стальному Гордею Матвеевичу и соответственно двадцать Рыбкиной Полине Андреевне.
 
— То есть я должен плясать под ее дудку? — парень приподнимает одну бровь, но адвокат игнорирует его вопрос.
— Так же дома в Испании, Греции и Финляндии достаются тебе, Гордей, — мужчина делает небольшую паузу, а после заканчивает: — А вот дом в Сочи получит Полина. Ну и вся недвижимость в нашем городе делится между вами пополам.
— Нет! — парень вскакивает с места, а я замираю, так как сейчас разразится очередная катастрофа. Уж мне ли не знать, какой Гордей вспыльчивый! — Это какой-то бред! Она ему — никто! — тычет в меня пальцем, но адвокат снова никак не реагирует на его выпады. — Выскочка! И ей почти половина акций? Вы серьезно?
— И последнее, — заканчивает мужчина, снова игнорируя громкий ор парня, но парень снова выходит из себя:
— Я даже слушать это не хочу…
— Чтобы получить наследство, вам надо прожить в одном доме месяц! — выдает адвокат, а у меня вырывается громкий стон.
Так и знала, что какой-то подвох с этим наследством. Непонятно, за что мне такое наказание? Я ведь даже не родственница, в отличие от законного внука. Который, впрочем, меня люто ненавидит…
— С этой выскочкой? — тычет в меня пальцем Гордей. — Вы американских фильмов пересмотрели? Какой, к черту, месяц?
— Это желание твоего деда, Гордей!
— Я с ней жить не буду! — поворачивает голову в мою сторону.
— Я с ним тоже! — мы смотрим друг другу в глаза, не отводя взгляда.
Лишь бы не жить с ним, я даже готова отказаться от этого наследства.
Если бы не одно «но»…
  
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 2
 
Гордей
Меня все бесит! И адвокат, который несет полную ахинею. И эта навязчивая девчонка, которая въелась под кожу, как клещ, и не хочет отпускать. Молчит, лишь изредка вздыхает, но весь ее надменный вид кричит:
«Ты — ничтожество! А я — королева!»
Ненавижу ее! Даже не могу объяснить, за что именно, но чувство ненависти жжет слишком сильно, разъедая меня изнутри. Выскочка! Высокомерная! Гордая! Ей проще промолчать, чем вступать в дискуссии.
А мне сейчас не хватает хорошей встряски. Хоть кулаками бей по стене, так меня сейчас все раздражает.
И бесит неимоверно!
— Еще вопросы есть? — адвокат игнорирует наши злобные взгляды с Полиной, а мы, не сговариваясь, синхронно отвечаем:
— Нет!
— Ну, вот и славненько, — веселится мужчина, как будто нас вообще не существует. — Тогда не смею вас задерживать, молодые люди. Всего доброго!
Я киваю, прощаясь, и вылетаю из кабинета, так как находиться там дальше просто не могу. Нужен свежий воздух. Хотя бы глоток. Иначе точно сейчас разнесу кабинет крутого адвоката к чертям собачьим.
— Твою мать! — бью ногой по переднему колесу внедорожника, а в ответ срабатывает сигнализация. — Да заткнись ты! — нажимаю кнопку на брелке и открываю водительскую дверь.
Конечно, можно эту выскочку бросить здесь, пусть сама добирается на другой конец города, как хочет, но просыпается совесть, будь она не ладна.
«Ты не можешь бросить девочку! Все-таки ты — мужчина, а не урод какой-то!»
— А-аа! — я закидываю голову назад, опираясь руками о крышу автомобиля. — За что мне это!
Полина подходит бесшумно, но я все равно затылком чувствую ее взгляд. Как же не хочется поворачиваться и смотреть ей в глаза. Кто бы только знал, как они меня раздражают.
И одновременно завораживают…
Впервые я увидел ее десять лет назад. Маленькая девочка, которая смотрела на меня восхищенными глазами. Интересно, что тогда ей дед наговорил обо мне? И почему она так преданно на меня глазела?
— Я тоже не жажду жить с тобой под одной крышей, — слышу сзади голос девчонки и медленно поворачиваюсь к ней лицом. — Ты можешь думать что угодно, но я его не просила.