Сонм Осколков. Том 1 (СИ)

— Потому что ты ведёшь себя как побитая сучка!
Злодей фыркнул и исчез, позволяя моей голове немного успокоится. Стоило этому случится, как странным ощущением я будто закрыл засов. Нет, одного очкарика мне было достаточно в голове на ближайшее время.
— Как бы парадоксально это не звучало из уст варвара, но это действительно так. Твой язык тела изменился. Раньше ты шел подняв голову, насмешливо и уверенно. Сейчас ты зажат, твой взгляд блуждает в поисках опасностей и группа в которой раньше ты был на вершине иерархии выплюнула тебя. Даже если они не понимают что происходит, подсознательно люди реагируют на это. Чистой воды психология.
  
— Спасибо блять за ликбез. — выплюнул, заходя в класс и садясь на свое место.
Первая половина дня не была ничем примечательна. Школа гудела как улей или банка с пауками, в которой каждый рассказывал другому что, узнал. К середине учебы, вся школа знала что я проебался и на самом дне. Взгляды тех, кто раньше боялся даже поднять на меня глаза обжигали. Многие хотели мести. Многим я отдавил ноги, когда стал имперцем. Особенно Хан, который как паршивый стервятник появлялся на каждой перемене и смотрел на меня с этой притворной мерзкой лыбой.
Прозвенел звонок и мы все засобирались в столовую. Я шел в куче, однако чувствовал на себе взгляды. Понимал, что вскоре что-то случиться. Было это гнетущее чувство чего-то.
— Они начнут провокацию до того, как ты подойдёшь к стойке. Четверо за спиной, еще трое ждут впереди на входе в столовую. Хан чуть левее, сидит на лавке.
Умник оценивал ситуацию, даже если я ее не видел. Я был за это благодарен. Голова слабо загудела. Чувство было знакомым, но четко его определить не мог. Как будто мысли начали становиться моими и не моими одновременно.
Стоило сделать шаг внутрь кафетерия, как звуки стихли. Имперские ребята заняли свое место в дали, подальше от меня. Мич был с ними и даже не поднимал глаза. Сзади и по бокам тут же подошли парни в зелёных и красных одеждах. Цвета АПП, цвета азиатов, цвета другой банды.
— Слышал, ты теперь не в почете? — Хан хмыкнул подходя ко мне ближе.
Плевок. Нет, даже харчок влетел неожиданно, впиваясь в футболку мерзким склизким пятном. Я застыл даже не поняв, что произошло. Как черт возьми эта узкоглазая мразь смеет в меня…
— Ты больше не в том положении в иерархии. Ты на самом дне. — напомнил очкарик стоящий у стены. — Теперь тебе нужно заново вернуть свое положение и закрепиться в новой общественной роли, чтобы…
Но договорить он не смог. Его силуэт зарябил удивляя само привидение. Голова взорвалась агонизирующей болью, а за ней пришел уже знакомый голос. Крюковолк появился возле меня, частично покрывшись лязгающими лезвиями.
— Въеби этой мрази!
Нахлынувшую боль и эмоции было невозможно контролировать. Взрыв, разошедшийся по всему телу, дал импульс. Кулак влетел в лицо Хана будто пушечный выстрел. Это был не техничный и быстрый удар, какими я привык драться. Это был мощный дикий удар в который я вложил все тело. Скорее удар наученный в драке, чем в зале или тренировке. Раньше я такого не знал.
— А теперь знаешь! Мочи узкоглазую гниду! Они думают можно попускать тебя! Хуй им на жёлтое рыло! Ты все еще король тут!
Азарт драки, какая-то животная ярость и шум. Шум загомонившей толпы ударил в уши. Раньше я не испытывал такого. Было ощущение будто стою на арене, а вокруг целая толпа безумных фанатов, который хотели лишь одного. Насилия.
— Ультра насилия! — заревел Крюковолк обращаясь сотнями лезвий.
За первым ударом последовал второй, а после я бросился вперёд заваливая мою жертву на пол. Никакой техники, никаких приемов. Собачья драка, отчаянная и жестокая. Прежде чем меня успели отбросить, Хану был сломан нос, подбит глаз и вывихнута челюсть. Он уже не встанет.
Те кто отбросил меня от него стали следующими. Я бы никогда не использовал опасные приемы и атаки, меня им просто не учила мама. Да и чревато это было, поскольку я уже имел приводы в полицию из-за драк. Но Крюковолк их знал. Он знал их настолько хорошо, что это знание опалило мой разум. Я не мог их не использовать.
Перехватив одного за грудь, тут же ударяя лбом в его нос. Характерный хруст разносится по пространству. Резкий поворот и отпрыгиваю в сторону от другого, бросая жертву.
— Вокруг много всего. Оцени ситуацию. — слышится голос умника. — Приборы, подносы, стулья, столы. Это все можно использовать.
Следуя этому голосу, хвастаюсь за ножку стула. Резкий замах и предмет мебели влетает в ближайшего ко мне азиата. Тот отбрасывает его в сторону, но уже поздно. Я беру новый стул обеими руками и со всего размаху ударил им по голове мелкого бандита. Третий упал и не должен встать.
На меня налетают четверо. Роняют на пол. Чувствую как в глазах темнеет из-за удара головой. Прилетает по лицу, по груди, по бокам. Много слабых, пара сильных ударов. Меня пытаются зажать.
— Ногой блять! Пизди ногой по коленке!
Голоса в голове всё ещё помогают подсказывать. Если умник был рациональным, то Крюковолк был зверем. Скорее тварью, чем человеком. А ещё он умел драться в такой ситуации. Он умел отбиваться от толпы и делать им больно. Черт возьми, он обожал это!
Удар берцы приходится точно в коленную чашечку. Один отходит назад кряхтя от боли. Остальные обращают на это внимание, давая шанс. Ещё один удар, только теперь в пах другого и закатываюсь под стол. Поднимаясь с другой стороны, руки ложатся на край стола и просто опрокидываю мебель прямо на противников.
Один из азиатов оказывается под столом, а после тут же ловит удар подхваченным стулом. Второму так же прилетает спинкой. Третий кое-как терпит боль в колене, начиная подходить, но уже поздно. Четкий прямой удар ногой в грудь. Остаётся последний, что ещё не успел встать после удара по колену. Просто подхожу и со всего размаху ударяю его локтем по лицу.
— Всоснули куски дерьма! Покажи этим узкоглазым пидорам! Давай! Ещё! Переломай их нахуй!
— Этот уровень насилия достаточен, чтобы показать силу. У тебя сломан нос, рассечена губа и щека, фингал под глазом и трещина в ребре. Множественные гематомы, которые совсем скоро дадут о себе знать тупой болью. А также раненые руки. Этого достаточно, осталась лишь психологическая обработка.
Умник и Крюковолк тут же вступили в спор. Один буквально лязгал и гаркал желая продолжить веселье, другой предпочитал аргументировать остановку насилия. У меня снова разболелась голова. Они были слишком громкими.
— Сука, какой же ты душный! Ладно, хуй с ним, это все равно не последняя драка на сегодня! Смотри как они на тебя пялятся!
Имперский пёс гоготнул снова исчезая, проваливаясь в пол. Очкарик фыркнул, так же пропадая. Они явно оставили решение на меня. Чёртовы голоса. Чертовы фрики.
— Ну, ещё какая-то узкоглазая падаль хочет до меня доебаться? Ну, ещё кто-то? Вопросы? Претензии?
Я фыркнул не услышав ответа. Азарт драки и адреналин все еще звучал в унисон с болью, создавая чудовищный коктейль. Кровь буквально бурлила. Хотелось сломать кого-то еще, сделать ему максимально больно. Но отдаленно понимал, что это кончиться чревато. Я сейчас прошел по грани допустимого насилия. Кто-то может донести.
— Серьезно, языки в жопу запихали? Ну сидите блять!
Повар, который накладывает нам всем еду даже не повел ухом, наблюдая за дракой. Никто даже не побежал предупреждать учителя. В этом была проблема нахождения не в группе. Всем становилось насколько насрать на тебя, что даже сдохни ты в школе, никто и внимания не обратит.
Нос нещадно болел и тек кровью. Кое-как заткнув его салфетками, смог перекусить, пусть челюсть и болела. Хотя, именно что перекусить, кусок в горло не лез. Большая часть подноса с едой осталась нетронута.
— Лучше поставить нос на место. Это может создать долгоиграющие последствия, если их не предотвратить прямо сейчас. — сидящий напротив меня очкарик вновь заговорил.
— Это будет пиздецки больно. Но так и быть, помогу за такую приятную сцену. — лязгнул Крюковолк.