Гид по аду (СИ)

Прозвучало слишком высокопарно даже для нее самой, и Аргус за спиной фыркнул:
— Будем честны, ты уже не была невинной райской девой.
Энджи резко повернулась. Пальцы зло сжались в кулаки, стоило взглянуть в эти бесстыжие насмешливые глаза.
— Да хватит уже! У меня был парень, но еще там, на Земле… давно.
Она потупилась. Нахлынули воспоминания о прежней жизни. Энджи ведь стала ангелом только потому, что человеком жертвовала собой. Так и познакомилась с первой любовью, вместе с ним спасая жизни в больнице. Среди бесконечных пациентов и таких же нескончаемых смертей, когда мир захлебнулся в кровавом кашле «испанки».
Энджи машинально потерла ладонью пониже ключиц: вспомнилось страшное удушье. Когда сказали, что можно стать ангелом и служить на благо человечества, это только порадовало. Так удалось забыть синюшное лицо того, кого она еще недавно целовала. Да и вообще, про всякую романтику.
— Значит, ты была смертной, — Аргус вальяжно и неторопливо подошел ближе. — А потом Рай, где все целомудренно и скучно. Не волнуйся, я помогу тебе расслабиться.
Он провел пальцами по лицу Энджи, отводя назад влажные волосы. На коже появились предательские мурашки. Веки на миг опустились. Пришлось потрудиться, чтобы взять себя в руки. Выдохнув, Энджи отступила на шаг.
— Лучше скажи, что там с провалами? — Она села на край кровати.
Аргус подавил улыбку, но уголки губ все равно слегка дрогнули. Стало понятно, что не повелся, просто позволил сменить тему. Он отошел в сторону, к креслу, и ладонь расслабленно легла на резную окаемку спинки.
— А вот тут самое интересное. Провалы на землях Лилит начали появляться сразу после того, как в Ад одновременно прибыла целая группа душ.
— Снова катастрофа на Земле?
— Поезд сошел с рельс, — кивнул Аргус.
Энджи нахмурилась.
— Опять в одной из точек?
— Подожди, я еще не сказал главного, — по его губам скользнула усмешка превосходства.
Он скрестил руки на груди. Взгляд сверху-вниз подчеркнул донельзя наглый и загадочный вид. Захотелось чем-нибудь запустить в Аргуса, лишь бы перестал корчить хранителя великой тайны.
— Говори уже!
Он посерьезнел, даже взгляд помрачнел.
— Люди расследуют это дело вовсю. Кто-то специально перевел стрелки, — Аргус отошел к окну, а потом вновь повернулся к Энджи. — Катастрофа — не случайность.
  
Глава 33
 
Энджи задумчиво приложила к губам кончик золоченной, явно антикварной ручки. Пальцы не привыкли к перьевым письменным принадлежностям, но строчки все равно получились красивыми и каллиграфическими. Правда, совершенно дурацкими.
Энджи схватила листок и скомкала его. Он полетел к своим предшественникам, которые уже сгрудились на краю стола. Она вскочила со стула, и только мягкий ковер заглушил нервные шаги.
— Да где гарантия, что она придет к собору? Может, это письмо найдет какой-нибудь дворник — и все! — Энджи недовольно повернулась к Аргусу.
Он преспокойно сидел в кресле. В пальцах тлела сигарета, и глаза были расслабленно прикрыты.
— Убийцы всегда возвращаются на место преступления, — Аргус флегматично затянулся.
— Ириса — не убийца! — Осекшись, Энджи подумала о погибшем отряде. — Просто… я уверена, что это ошибка.
Взгляд скользнул вниз, и она уставилась на свои руки. Пальцы потерли тонкую линию черных чернил, с непривычки оставшихся на коже. В голову снова полезли мрачные мысли о том, что может сделать с Ирисой Аргус, если та попадется.
— А если нет, она обязательно заявится. Понимает же, что ты догадалась о подставе. И тут твой выход, — посмотрев на Энджи, он сделал театральный жест.
Она вздохнула. Пришлось вернуться к столу. К счастью, Аргус принес достаточно бумаги. Так что Энджи положила перед собой чистый лист, плотный и слегка шероховатый. Золотой кончик ручки вновь погрузился в черные чернила.
«Ириса, я знаю, что ты соврала, но не осуждаю. Давно пора избавиться от демонов. Встретимся и обсудим все здесь же, в субботу после полуночи», — появились на бумаге уже более-менее связные строчки.
 
Энджи вывела свое имя. Чернила быстро высохли, и она спрятала письмо в конверт. Пальцы осторожно обмотали послание тонкой бечевкой, привязав белый ирис. Особый знак, чтобы Ириса точно догадалась, что записка для нее.
— Когда будем на Земле, хочу наведаться кое к кому, — сказала Энджи.
— К тому мальчишке? — Сообразил Аргус. — Это еще зачем?
Подойдя ближе, он посмотрел на то, как ее пальцы управляются с последним узелком. Закончив, Энджи встала из-за стола.
— Хочу убедиться, что у Фила все хорошо.
— Много чести для смертного, — проворчал Аргус. — Этого Фила все равно ждут муки в Аду. Вряд ли сможет искупить то, что призывал демона.
В его взгляде сверкнула затаенная ревность. Энджи подавила улыбку. Похоже, забыла уточнить, что Фил — еще совсем ребенок.
Аргус направился к двери, чтобы подготовиться к путешествию на Землю.
Энджи оделась потеплее, чтобы не выделяться среди смертных. Руки скользнули в рукава кожаной куртки. На плечо лег ремешок черной сумки, в которой и спряталось письмо.
Энджи и Аргус переместились в какой-то закоулок максимально близко к нужному месту. Они переглянулись. В ее взгляде мелькнула слабая надежда, что можно остановиться, найти другой вариант. Аргус непреклонно кивнул, и его рука коснулась плеча Энджи.
— Вперед, — приказал он. — Она предала тебя.
— Мы дружили… ну, общались. А теперь я заманиваю ее в ловушку.
— Ты демон, тебе можно, — отмахнулся Аргус.
Он вытолкнул Энджи в просвет между зданиями. Она подняла взгляд. Собор застыл на фоне серых туч, белоснежный и величественный. Купола блеснули от случайно пробившегося лучика солнца.
Вздохнув, Энджи поднялась по ступеням. Взгляд внимательно скользнул по сторонам. В глаза бросилась трещинка у подножия колоны. Присев, Энджи вставила уголок конверта в тонкий раскол. Теперь письмо не смог бы унести ветер.
«Надеюсь, его не заберет никто другой», — подумала она, понимая, что послание бросается в глаза. Понадеявшись, что возле собора люди проявят такт, Энджи вернулась к Аргусу.
— Готово, — кивнула она. — Возвращайся, а я туда и обратно.
— Да обойдется этот мальчишка. А мы прогуляемся по городу, зайдем куда-нибудь, — почти промурлыкал Аргус.
Он провел рукой по талии Энджи, собираясь притянуть к себе. Она ускользнула и отступила на шаг.
— В следующий раз — обязательно, — уголки губ дрогнули в неловкой улыбке. — А сейчас позволь мне последнее доброе дело.
— Идет, — Аргус сделал шаг вперед, — но потом я уничтожу в тебе все, что осталось от скромного ангелочка.
Он взял ее за подбородок, и Энджи опомниться не успела, как почувствовала на губах поцелуй. Короткий и уверенный, как печать на этом обещании. Аргус отстранился. В глазах блеснуло самодовольство. Энджи собралась возмутиться, но он уже отступил назад, и языки алого пламени скрыли его высокий силуэт.
Оставшись одна, она переместилась прямиком в комнату Фила. Никого. Взгляд скользнул по неряшливо разбросанным вещам. Снизу донеслись приглушенные голоса и, похоже, плач. Энджи выскочила в коридор и затаилась на лестнице.
Семья Фила уже перешла на повышенные тона. Лицо матери исказилось от рыданий, и дешевая тушь растеклась под глазами.
— Это ты, ты во всем виноват! — Палец практически ткнулся в грудь мужчины. — Если бы вы не собачились постоянно, он не пропадал бы, не пойми где!
— Ты что себе позволяешь?! — Гаркнул он.
Грубая ладонь замахнулась в уже привычном жесте. Женщина сжалась, отшатнувшись.
Энджи испуганно всхлипнула. Она инстинктивно рванулась вперед. Под ногой скрипнула доска. Опомнившись, Энджи замерла, и пальцы судорожно сжали перила.
 
Поздно.
Отчим Фила уже вскинул взгляд. Рука так и замерла в воздухе.
— Люк, что там?
— Да не трогай меня! Достала! — Рыкнул он.
Правда, грозные интонации испортил страх, заметный в голосе. Зло глянув на жену, Люк поспешно выскочил на улицу, как был, в одних джинсах и затасканной майке. Звучно хлопнула входная дверь. Даже люстра на потолке слегка зазвенела.