Гид по аду (СИ)

К пришедшему подошел рыжий демон, немного приглушивший свою воинственность.
— Но граф… она же прямиком из Рая. Подумаешь, что девка, — он презрительно скривил губы.
Ответ напомнил приглушенное рычание:
— Пошел вон отсюда.
Граф бросил взгляд, сверкнувший гневом, и рыжий демон отступил. Наблюдать за дальнейшими событиями у Энджи не осталось сил. Она измученно прикрыла глаза. На несколько секунд все вокруг потеряло значение: осталась только боль и темнота.
  
Глава 2
 
Энджи почувствовала прикосновение сильных рук. С губ сорвался испуганный всхлип, и веки мгновенно распахнулись. Граф поднял ее с земли легко, как невесомую куклу.
Энджи инстинктивно уперлась ослабевшими ладонями в его грудную клетку, пытаясь оттолкнуть. Он нахмурился. В глазах — не черных, какого-то сложного темного цвета — мелькнуло недовольство. Отблески костра и подрагивающие тени сделали черты лица резче, жестче.
— Хочешь, чтобы я бросил тебя с ними? — Мрачно спросил демон.
Сжавшись, Энджи качнула головой. Пришлось притихнуть. Измученное тело само собой расслабилось, почувствовав минимальную защиту.
Перечить графу никто не решился. Остальные лишь проводили раздраженными взглядами. Когда обидчики оказались позади, Энджи решилась немного осмотреться.
Впереди оказался замок: черный колючий силуэт с желтыми огоньками стрельчатых окон. Взгляд скользнул выше, к высоким башням и острым шпилям. Небо. Совсем чужое. Незнакомые созвездия и выразительные разводы холодно-лиловых туманностей. Ближе к горизонту — странные переливы чего-то алого, напоминающего полярное сияние. Зарево, что ли?
Засмотревшись на небо, Энджи нахмурилась. Ни следа от той пропасти, которая связывала Рай с Адом. Падение — билет в один конец.
Бессилие взяло свое, и Энджи закрыла глаза. Похоже, изнеможение и боль слишком утянули в себя. Ведь в голове совершенно не отпечаталось, как демон вошел в замок.
Энджи опомнилась лишь в тот момент, когда сильные руки бережно опустили ее на холодящее атласное покрывало. Не сдержавшись, она резко втянула воздух, когда ткань коснулась крыльев.
— Убрать их не можешь?
Став возле кровати, демон скрестил руки на груди. Из-под манжета рубашки выглянула черная изогнутая линия на запястье. Видно, еще одна татуировка.
Энджи попробовала сменить обличье на человеческое. Без толку. Крылья абсолютно перестали слушаться. Лишь заболели с новой силой, заставив поморщиться.
— Так я и думал, — кивнул демон.
Он отошел в сторону, к шкафу, и достал с полки деревянную шкатулку. Длинные пальцы провернули ключ в небольшом замочке, и резная крышка поддалась. Демон вытащил маленькую бутылочку.
Комнату освещало лишь несколько свечей в изящных подсвечниках, расставленных то тут, то там. Это подчеркивало контраст в его внешности: бледная кожа и короткие черные волосы, зачесанные назад, но лежащие немного непослушно.
Только сейчас Энджи подумала о том, как сама выглядит. Руки суетливо поправили платье, когда-то белое и красивое, а сейчас изодранное и перемазанное в земле. От движения снова начали кровоточить царапины ниже локтя.
Тем временем демон вылил содержимое бутылочки в хрустальный графин. Что-то темное, попав в воду, окрасило ее в зеленый.
— Как Вас… тебя зовут? — Поспешно исправилась Энджи.
Не хотелось показывать страх перед демоном. Хотя мысли в голове были только о том, что он задумал и зачем забрал к себе.
— Аргус, граф Ада и повелитель двадцати легионов духов, — ни капли пафоса, словно только так и нужно представляться. — Хотя тебе это все равно ни о чем не говорит. У вас же там другая система.
Аргус презрительно фыркнул. Он подошел ближе с графином в руке. Глаза Энджи широко распахнулись от необъяснимого, почти машинального страха. Она попыталась приподняться на кровати и вжалась в подушки. От этого крылья заныли с новой силой.
— Что т-т-тебе нужно? — Голос предательски задрожал.
— Ангелы больше не верят в доброту и милосердие? — Аргус изогнул бровь.
Он сел на край кровати. Энджи пришлось постараться, чтобы не шарахнуться в сторону. Одного знакомства с демонами лицом к лицу хватило. Теперь взгляд принялся безотрывно следить за каждым движением Аргуса, ожидая подвоха.
 
— Не в Аду, — она качнула головой.
Он крепко взял за руку. Пальцы оказались теплыми, даже горячими. Пропитанная настойкой ткань коснулась царапин на коже, и раны жутко запекли. Энджи закусила губу, чтобы стерпеть.
— А тебя-то как зовут? — Ненадолго поднял взгляд Аргус.
Он осторожно касался царапин и ссадин. Мягкая ткань вытирала пыль и грязь с кожи цвета топленого молока, а жгучая настойка мгновенно останавливала кровь.
— Энджи.
— Кто бы сомневался, — он с усмешкой качнул головой. — Самое заезженное ангельское имя.
Аргус опустил руку ниже: кто-то из демонов оставил глубокие росчерки когтей на бедре, попутно распоров платье. Энджи машинально дернулась. Она и сама не поняла, как пальцы сомкнулись на запястье, пытаясь остановить.
— Я… лучше сама.
Аргус с обреченным вздохом возвел взгляд к потолку.
— Успокойся, птичка, — четко очерченные губы скривила усмешка. — Я не собираюсь посягать на твою честь. Ты сейчас не в том состоянии.
На последних словах Аргус взял Энджи за подбородок, слегка наклоняясь к ней. Ее сердце пропустило испуганный удар. А на щеках проступил предательский румянец. Она дернула головой, оскорбленно отворачиваясь. Еще за крылья не дразнили!
Влажная материя прикоснулась к бедру, и боль вспыхнула с новой силой. Зажмурившись, Энджи сжала черное покрывало. Она попыталась максимально отключиться от реальности.
У нее почти получилось, но тут Аргус перешел на крылья. Их тоже успели достаточно подрать, и он просто плеснул на перья остатки настойки. В первый момент Энджи показалось, что снова вспыхнул огонь. Не сдержавшись, она зашипела от боли. Пальцы так впились в ткань, что еще немного — и та порвалась бы.
— Тише, потерпи, — голос Аргуса прозвучал неожиданно успокаивающе. — Я почти закончил.
Он накрыл ладонь Энджи своей, и большой палец погладил чувствительную сторону запястья. Мягко, почти нежно. От этого прикосновения тело невольно расслабилось. Ресницы Энджи вздрогнули, и она открыла глаза.
Продолжая держать за руку, Аргус вылил последние капли настойки. Рана запекла, но сейчас переждать боль оказалось проще. Только крыло слегка вздрогнуло.
— Через день-два все заживет. Лерайе знает свое дело, — Аргус кивнул на пустую бутылочку.
— Кто? — Слабо переспросила Энджи.
Она наполовину прикрыла глаза, глядя из-под опущенных ресниц.
— Маркиз Лерайе. Он — один из лучших, кто делает лекарства и яды. Полезное сочетание на войне, — усмехнулся Аргус. — Если ранить отравленной им стрелой, ангел уже не выкарабкается.
По спине Энджи пробежали колючие мурашки. Она поспешила отдернуть руку. Заметив этот жест, Аргус молча вышел из комнаты.
Энджи через боль раскрыла крыло. Она собралась с силами, готовясь увидеть обгоревшие перья и обожженную кожу, и повернула голову. Брови удивленно приподнялись. Похоже, крылья уже восстановились сами собой, а настойка понадобилась только для порезов.
Никаких ожогов. Только гладкие черные перья, блестящие в свете свечей. Даже боль притихла, потихоньку отступая.
Энджи протянула руку, касаясь крыла. Такого же шелковистого, как раньше, только теперь угольно-черного.
Едва слышный шорох.
Вздрогнув, Энджи посмотрела на Аргуса. Он бесшумно вернулся в комнату с подносом из черненного золота в руках. Запахло травами.
— Теперь я… окончательно демон? — Тихо спросила Энджи.
 
Глупый-глупый вопрос. И все-таки Аргус кивнул.
— Падший ангел, исчадие Ада, — он поставил поднос на тумбочку и протянул чашку. — Оставь надежду и пей чай.
Энджи подозрительно посмотрела на ароматный напиток. В голове пронеслись слова о ядах.
— Это зачем?
— Да не собираюсь я тебя травить! — Фыркнул Аргус. — Чай просто снимет боль и поможет уснуть.