Выбор Томаса (ЛП)

Рука Томаса непроизвольно потянулась к выпуклости, образовавшейся под его брюками.
— А, ты очнулся.
При звуке этого голоса, голова Томаса дернулась в сторону. Ему потребовалась всего доля секунды, чтобы обнаружить мужчину, который, очевидно, привел его сюда: незнакомца, который гладил его член с таким мастерством, что Томас, должно быть, потерял сознание, во время оргазма.
  
Томас уставился на него с широко открытыми глазами. Он сидел в большом кресле в расстегнутой рубашке, обнажая сильную грудь и темные волосы, брюк на нем не было. Между его ног стояла на коленях полуобнаженная женщина, ее голова покачивалась вверх и вниз, пока она сосала.
Он положил руку ей на затылок, потянув за волосы вверх, затем процедил команду сквозь стиснутые зубы.
— Делай это так, словно хочешь! — Затем его взгляд вернулся к Томасу, и он рукой подозвал его.
Будто загипнотизированный Томас встал и подошел к нему.
— Я Каспер, — представился мужчина.
— Томас. — Томас сверху уставился на женщину. Почему он решил, что Каспер такой же? Очевидно, что мужчине нравились женщины.
Возможно, выражение его лица выдало его с головой, потому что Каспер хмыкнул.
— Ах, это? — Он указал на женщину, которая усердно его обрабатывала. — Я не разграничиваю и не сужу. Неважно, кто доставляет мне удовольствие.
Он сделал паузу и опустил взгляд на промежность Томаса.
— Ранее, ты доставил мне удовольствие, мой юный друг. Я могу называть тебя юным другом?
Томас автоматически кивнул.
— И мне также доставляет удовольствие наблюдать за другими. — Каспер махнул рукой, указывая на другие пары, который занимались подобными действиями. Мужчины резвились с мужчинами, даже две женщины прикасались друг к другу, скользя обнаженными телами друг по другу.
— Кто ты? — спросил Томас. — И где мы? — Он никогда не был в подобном месте, где люди вели себя без стеснения, не опасаясь быть обнаруженными. Это представлялось настоящим оазисом. Раем.
— В безопасном месте, — сказал Каспер. — Никто не найдет нас здесь. Мы можем делать все, что заблагорассудится. Воплощать в жизнь наши самые смелые фантазии. Разве не этого ты хочешь? Разве не об этом всегда мечтал?
Проницательный взгляд Каспера приковал его к себе. Томас чувствовал себя пленником его глаз, словно они кандалы, приковавшие его к забору, с которого он вынужден наблюдать за тем, что происходит вокруг.
Его охватило подозрение.
— Откуда ты узнал?
— Я вижу это в твоих глазах. Каждый увидит, если только потрудится посмотреть. Я наблюдал за тобой несколько дней. В тебе есть что-то такое, что меня завораживает. Так много страсти, так много боли похоронено внутри тебя, желая вырваться на поверхность. Точно также, как это произошло ранее сегодня вечером.
Каспер застонал и засунул свой член глубже в рот женщины.
— Когда я взял тебя в руку, то почувствовал твою потребность. Такую чистую, такую неиспорченную. — Он окинул взглядом комнату. — Не то что здешние мужчины. Они давным-давно утратили эту невинность. Но у тебя она все еще есть. Это очень мило.
Он приподнял бедра вверх, толкаясь сильнее.
— И это нечто большее, чем легкое возбуждение. Какой мужчина не хотел бы попробовать это на вкус?
От его многозначительного взгляда по телу Томаса пробежала волна желания. Его первоначальное подозрение рассеялось.
Ему пришлось признать, что польщен. А также возбужден не только из-за окружающей обстановки, но также из-за слов Каспера. Волнующе быть желанным мужчиной с его очевидной властью и положением в обществе.
Он облизнул губы, страстно желая попробовать то, что обещал этот мужчина.
— Я многое могу тебе дать, только если ты этого захочешь, — предложил Каспер и опустил взгляд на свою промежность. — Я могу дать тебе кое-что из этого прямо сейчас.
Не возникало сомнений, что он подразумевал под этим.
Черт возьми, Томас хотел этого. Без колебаний он положил руку на плечо женщины и удержал ее.
— Прервись. Я позабочусь об этом.
Каспер улыбнулся ему, когда женщина поспешно удалилась, и Томас занял ее место.
— Я не собираюсь отсасывать, как женщина. Это будет намного лучше, — пообещал Томас, проводя руками от колен Каспера до бедер, где стоял великолепный член, блестящий от влаги. Он дернулся, словно подтверждая его слова.
— О, я в этом не сомневаюсь.
Томас склонился и лизнул голову члена Каспера. Дрожь пробежала по телу его спутника, и он улыбнулся про себя. Он своими руками превратит этого мужчину в масло. Ощущение, похожее на власть, окутало его. Это было в новинку, и все же ему нравилось чувство, что он может поставить этого мужчину на колени. От этого вызова Томас не мог уклониться.
— Но, пока я этим занимаюсь, ты сделаешь кое-что для меня. Расскажешь мне о себе. И с каждой крупицей информации, которую ты мне дашь, я буду сосать сильнее. — Томас обхватил губами головку члена Каспера и скользнул вниз по нему, принимая до самого основания.
Каспер задрожал под ним, прежде чем Томас отстранился.
— Начинай сейчас, — потребовал он и обхватил его яйца, поглаживая ногтем тугой мешочек, чувствуя, как его охватывает трепет, когда Каспер вздрогнул, и капля влаги стекла с его члена.
Каспер тяжело дышал.
— Я лидер группы мужчин, у которых есть определенный склонности.
Томас вновь прильнул губами к набухшей плоти и сомкнул губы вокруг него, засасывая глубоко внутрь.
Каспер застонал и приподнял бедра.
— У нас есть свои безопасные места, где мы встречаемся. Где предаемся своим фантазиям.
Томас обхватил рукой основание члена и вновь втянул его, позволив стержню Каспера выскользнуть из его рта, только чтобы через долю секунды снова захватить его, увеличивая темп. Он сжал его одной рукой, пока другой нежно играл с яйцами.
Он еще не встречал мужчину, который мог бы устоять перед его прикосновениями, которые, как он знал, более дразнящие, чем ласка женщины.
Потому что он лучше любой женщины знал, чего хочет мужчина.
— Никто не может к нам прикоснуться. Мы сильны. Они никогда до нас не доберутся. — Каспер тяжело дышал, его бедра неистово двигались, чтобы усилить трение, все сильнее и быстрее входя и выходя изо рта Томаса. — О, черт, ты хорош!
Грудь Томаса наполнилась гордостью. Именно ради этого он жил: искать удовольствие и получать их взамен.
— И однажды, нам больше не придется прятаться. Однажды, они примут нас.
Томас услышал эти слова и хотел в них поверить, но не мог. Никто никогда не примет таких извращенцев, как он. Ему всегда придется скрываться. Но, если его тайное место будет таким, как это, личным логовом беззакония, где грех всегда в меню и порок на первом месте, он сможет с этим жить.
Отдавшись своему занятию, Томас лизал и посасывал до тех пор, пока Каспер, наконец, не сдался и не содрогнулся. Прошли долгие секунды, прежде чем он окончательно затих, его голова откинулась назад, а тело полностью обмякло.
Томас поднял голову и посмотрел на него. Увиденное заставило его упасть навзничь и попытаться сбежать. Но у него не было ни единого шанса. Когда он свалился на спину, Каспер запрыгнул на него, и, широко расставив ноги, оседлал. Сильные руки тисками сжали запястья Томаса, пригвоздив их к полу рядом с головой.
Каспер сверкнул белыми клыками, зарычав, как зверь.
— А теперь, мой дорогой, ты послушаешь меня. Твоя маленькая попытка контролировать меня была хороша, но не обольщайся: я позволил тебе руководить ради собственного удовольствия. Потому что временами нам всем нравится подчиняться. Временами мы наслаждаемся, когда нами управляют и играют. Но я решаю, когда, где и как. Ты это понимаешь?
  
Оцепенев, Томас кивнул, не в силах выговорить ни слова, потому что весь воздух вылетел из его легких. Что Каспер такое? Каким существом был этот мужчина? Нет, он не мужчина. Не мог быть мужчиной.
Он был зверем.