Выбор Томаса (ЛП)

— Сюрприз! — раздалось несколько голосов.
Иветт замерла, с ее губ сорвался сдавленный вздох.
— О, ребята!
Майя вошла в гостиную следом за ней. Она украсила комнату розовыми и белыми лентами и сложила подарки перед камином. Все помогли и теперь были в сборе и с энтузиазмом приветствовали Иветт, окружив ее, чтобы впервые взглянуть на ребенка: Роуз, Далила со своей маленькой дочкой, Урсула, Портия и Нина.
  
— О, она такая милая, — призналась Портия.
— Посмотрите, она открыла глаза, — сказала Нина.
Далила держала Изабель на руках, чтобы та тоже могла взглянуть на сверток в руках Иветт.
— Видишь эту малышку? Когда-то ты тоже была такой маленькой.
Изабель протянула свою крошечную ручку, чтобы погладить малышку по лицу, но Далила быстро ее отдернула.
— Осторожно, милая, она еще маленькая и хрупкая.
Майя наблюдала, как Иветт разглядывала украшения и подарки.
— Не могу поверить, что ты сделала все это для меня! — затем она повернула голову и посмотрела на Майю. — Я так благодарна.
Майя улыбнулась ей в ответ. Она знала, что Иветт благодарила ее не за детский праздник, а скорее за то, что она отдала сироту ей, вместо того чтобы растить ее как собственную дочь.
Она могла бы легко обратиться с такой просьбой, и, учитывая, что Габриэль был выше Иветт по должности, Самсон без колебаний согласился бы на это.
Несмотря на то, что они с Габриэлем уже много месяцев безуспешно пытались завести ребенка, она не теряла надежды. Она была наполовину сатиром, и это означало, что могла зачать, в то время как чистокровные вампирши — нет. В следующий раз, когда у нее начнется течка, она была уверена, что забеременеет.
Она просто не знала, когда это произойдет. С тех пор как они с Габриэлем сблизились, у нее еще не было течки, и Майя предположила, что это событие случается не так часто, как она предполагала вначале. Не то чтобы это мешало им с Габриэлем пытаться почти ежедневно.
— Почему бы мне не подержать малышку, пока ты будешь распаковывать подарки? — спросила Роуз и протянула к ней руки.
Иветт неохотно отдала ребенка.
Роуз усмехнулась.
— Не волнуйся, я верну ее тебе!
Иветт нервно рассмеялась.
— Конечно, я это знаю.
Нина подтащила ее к дивану и заставила сесть.
— Я буду вручать тебе подарки один за другим.
Когда все столпились вокруг Иветт и наблюдали, как она распаковывает один подарок за другим, и комнату наполняли «охи» и «ахи», а смех эхом отражался от стен, у Майи потеплело на сердце. Это была ее семья, люди, о которых она заботилась и которые заботились о ней.
— Ты уже решила, как ее назовешь? — внезапно спросила Урсула.
Иветт перестала распаковывать вещи и посмотрела на малышку, которая теперь смотрела на Роуз.
— Мы с Хевеном думаем между Лидией или Эмили. Лидией звали его бабушку, а Эмили — мою бабушку. Мы не можем решить.
— Оба имени замечательные, — заверила ее Далила. — Тебе просто нужно посмотреть, какое подходит больше.
Затем она внезапно повернулась к Изабель, заключив ее в объятия.
— Что такое, милая? — глаза матери и дочери встретились, прежде чем Далила перевела взгляд на Иветт. — Изабель говорит, что малышка предпочитает Лидию.
Иветт приподняла бровь.
— Но…
— Давай попробуем и посмотрим, на какое имя она откликнется.
Майя с интересом наблюдала. Изабель права?
Иветт пожала плечами.
— Сомневаюсь, что это сработает. — затем посмотрела на ребенка, который не открывал взгляд от Роуз.
— Эмили, — позвала Иветт, но малышка никак не отреагировала. — Эмили, — повторила она. Затем вздохнула. — Лидия. — ребенок мгновенно повернул головку и посмотрел на нее с улыбкой.
— Думаю, ты получила ответ на свой вопрос, — сказала Далила.
Иветт хмыкнула.
— Если она начнет принимать самостоятельные решения так рано, нас ждет много работы.
Другие рассмеялись. Внезапно малышка заплакала, и Иветт потянулась к ней и заключила в объятия.
— Что случилось, Лидия? — спросила она, покачивая ее на руках.
— Может, она голодная, — предположила Далила. — Ты принесла бутылочку?
Иветт кивнула и указала на сумку, которую ранее поставила на пол. Она сделала движение, чтобы встать, но Роуз ее остановила.
— Я достану. — она встала и порылась в сумке, пока не вытащила детскую бутылочку.
Иветт бросила на Далилу вопросительный взгляд.
— Мне нужно добавить немного крови в смесь?
Далила покачала головой.
— Слишком рано. Тебе придется подождать, пока она кого-нибудь не укусит. После этого ей регулярно придется давать кровь, чтобы дополнять ее человеческий рацион.
Иветт вздохнула.
— Как я всему этому научусь?
Далила рассмеялась.
— Не волнуйся! У тебя все получится. Но, не сомневайся, твоя жизнь кардинально изменится.
— На некоторое время больше никаких заданий по охране, — добавила Майя. — Ты еще не просила Габриэля об отпуске?
Иветт встретилась с ней взглядом. В серебристых глазах Иветт была паника.
— Я еще не думала так далеко. Боже, я совершенно бесполезная мать? Я совершенно ничего не знаю о детях.
Женщины захихикали.
— У тебя все получится, — заверила ее Майя и улыбнулась. — Ты будешь замечательной матерью.
Глаза Иветт увлажнились, затем розовая слеза скатилась по ее щеке.
  
Глава 32
 
Одетый лишь в халат, Томас наблюдал, как Эдди идет к двери, ведущей в гараж. Прошло два дня и одна ночь с тех пор, как Эдди обнаружил его в подземелье. Хотя ночью им обоим приходилось ходить на работу, эти два дня они провели, занимаясь любовью.
— Уверен, что тебе же пора уходить? Твоя смена начинается только в девять.
Эдди бросил взгляд через плечо, открывая дверь.
— Нина хочет, чтобы я заехал к ней домой. Я давно ее не видел. — он спустился по лестнице и исчез из поля зрения Томаса.
Все еще не насытившись, Томас последовал за ним в гараж.
— А, к черту, — выругался он себе под нос, не в силах сдержать свою похоть. Казалось, чем больше времени Томас проводил со своим новым любовником, тем меньше был способен от него отстраниться. В то же время заметил кое-что еще.
Темная сила внутри него оставалась спящей, пока они с Эдди лежали в объятиях друг друга. И все же теперь, когда Эдди собирался уходить из дома, Томас почувствовал, как она пробуждается ото сна. Он не был готов смириться с этим. Хотел еще несколько минут покоя.
Томас добрался до последней ступеньки, когда Эдди снял с крючка свою кожаную куртку и уже собирался ее надеть. Томас схватил ее, вырвал у него из рук и бросил на мотоцикл.
Не говоря ни слова, он притянул Эдди к себе и впился губами в его губы.
Изумленный стон вырвался из горла Эдди, но он не оказал сопротивления. Вместо этого его руки обвились вокруг талии Томаса и скользнули к его заднице, крепко обхватив его за ягодицы и притянув к паху.
Хватая ртом воздух, Томас застонал от удовольствия, почувствовав, как Эдди реагирует на него. Он не мог представить себе ничего лучше в своей жизни, чем чувствовать тело своего возлюбленного, прижатое к нему, чувствовать, как его руки исследуют его, как их языки сражаются друг с другом.
— Только десять минут, — прохрипел Эдди и потянул за пояс халата Томаса, развязывая узел.
Томасу захотелось издать торжествующий рык, но он сдержался и вместо этого занялся расстегиванием брюк Эдди и стягиванием их с его бедер.
— Мне нравится, как ты возбуждаешься за считанные секунды, — прошептал Томас в соблазнительный изгиб шеи Эдди, покрывая его кожу горячими поцелуями и обхватывая член Эдди ладонью.
— Ты точно не даешь мне даже шанса обмякнуть.
— Это жалоба? — Томас провел рукой вверх и вниз по длине Эдди.
  
— Никаких жалоб. — рука Эдди скользнула по члену Томаса, сильно его сжимая.
Томас почувствовал, как участилось его сердцебиение и дыхание вырвалось из легких. Ему понравилось, как Эдди прикасался к нему… не робко, а решительно, с прямотой, которая ясно говорила, что у него нет никаких сомнений в том, что произойдет дальше.