Бог Смерти (СИ)

— Собираешься открыть мне тайны мироздания? — выгнул бровь Барраган, о чём-то догадавшись. — Только не говори, что всё просчитал. Специально позволил Ичиго вступить в контакт с «Экзекуцией», чтобы у тебя был повод поговорить со мной? Тебе так сложно просто заговорить на нужную тему?
— Э-э? Не стоит мне приписывать настолько абсурдные игры разума. Это всё просто совпадение, — начал отнекиваться Киске в своей привычной манере, но особой веры в его слова не было. — Пройдём внутрь. Разговор будет долгий.
За чашечкой чая и началась история, которую король ожидал услышать не сегодня, не так спонтанно. Ему хотелось собрать побольше фактов, выстроить теорию и прижать Урахару, получив от него верную трактовку. Но он был быстрее, сломав ожидания и поведав, о чём даже думать в обществе душ запрещено. Зачем говорить это пустому? Считал ли Киске его достаточно верным другом? Сомнительное заявления. Наверное, тот просто смотрел наперёд.
— Вначале было Слово… — отхлебнув горячий напиток, Урахара заговорил. — Нет, на самом деле вначале было всё.
Мир единства. Мир жизни и смерти, которые были едины. Мир, не разделённый на три измерения. Царство, лишённое баланса. Пребывая на весах хаоса, склоняющихся то в одну, то в другую сторону, изначальный мир пребывал в сочетании противоречивых концепций. Миллионы лет. Может быть ещё больше, пока не явилось существо, которое в будущем нарекут титулом «король душ», Рей-О.
Он появился из ниоткуда.
Он был творением хаотичного мира, как ответ на угрозу мирозданию.
Пустые существовали ещё тогда. Они поглощали души, становились сильнее, больше, пока не слились в меноса гранде. Самое огромное, самое ужасное. Он мог бы стать погибелью только-только зарождающегося мира. Но король душ поверг его, распылив в пыль. Пыль, которая стала пустыней; океан песка, который в будущем будет именоваться «уэко мундо». В будущем. Пока же спаситель ещё был жив. Он продолжал своё дело, уничтожая угрозу за угрозой, пустого за пустым. Он действовал как квинси, уничтожая души. И неудивительно, ведь Рей-О являлся их прародителем, если не больше, их прото-вариант, первородный. А одновременно король душ являлся в равной степени и синигами, и подчинителем, но не тем и не другим, чем-то иным.
Богом.
Настоящим богом этого мира.
— Этот твой эпос очень неплох. Но мне любопытно, откуда ты это вообще смог узнать? — прервал рассказ Барраган, задав уточняющий вопрос.
— В обществе душ есть те, кто хранит записи, — расплывчато ответил он.
Этого достаточно.
Никто большего среди синигами знать не может, чем благородные семьи.
— Я продолжу с твоего позволения, — тактично произнёс Киске, на что получил согласный кивок. — Сила короля душ была огромна. И она касалась не только грубой мощи. Сама суть была в куда более высших материях.
Рей-О был абсолютом. Время и пространство, он зрел через них так, будто никакой преграды не существовало. Всевластие — это то, как можно было его описать одним словом. И тем не менее… он уничтожал души, пусть даже пустых. Бездумное уничтожение могло привести к концу сущего. Поэтому пятеро личностей, прародители благородных семей, могущественные существа — не уровня короля душ, но тоже достаточно сильные — пленили Рей-О. Запечатали. А затем они использовали его силу, чтобы из одного мира создать три. Белые пески, останки меноса, стали уэко мундо, где заключили пустых. Материальное воплощение мира — живым людям. Духовное отражение стало обществом душ.
Таким образом мир был сформирован и он устоял.
Король душ стал якорем, скрепляющим измерения, а баланс стабилизировался под чутким вниманием синигами.
— И вот так король душ позволил с собой такое сотворить, да? — рассмеялся Барраган, который в такое не верил. — «Глупость какая».
— Он это сделал, — с нажимом повторил Киске. — Более того, он не сопротивлялся. Это был его выбор. Кому как ни богу знать наилучший выход? — глаза учёного были предельно мрачными и серьёзными. — Даже когда ему отрезали руки и ноги, изуродовали, тот принял это. И я принял это, когда узнал. Как и многие другие до меня. Только не Айзен.
 
— Вот почему небеса пусты, — хмыкнул король, испытав неоднозначные чувства. Часть его хотела «взорваться» от негодования и отвращения, другая часть… примирялась с подобным. — Бог мёртв.
Забавно.
Это смешно, очень!
Но… смеяться и не хотелось.
— Его состояние нельзя назвать ни жизнью, ни смертью, — поправил его учёный, протерев переносицу. — Агонией может быть? Тем не менее подобие воли король душ имеет. Это его путь, замыслы бога другим не понять.
— И ты мне всё это рассказал, потому что… — договаривать не пришлось, собеседник был быстрее.
— Не позволяй своим амбициям уничтожить этот мир, — Киске твёрдо посмотрел в глаза Баррагана. — Даже если это тебе омерзительно, но общество душ должно стоять. Король душ должен продолжать сидеть на троне.
— Видишь во мне угрозу? — владыка черепов растянул губы в ядовитой усмешке.
— Отчасти. Скорее того, кто сможет стать последней линией обороны, — признался в своих мотивах тот, не поведя и бровью.
Вот оно.
Теперь понятно к чему были эти откровения.
— От чего или кого? — уточнил Луизенбарн, насторожившись, ведь когда личность типа Киске была напряжена, то проблема действительно огромная.
— Император квинси, — хмуро ответил ему синигами.
***
Разговор был тяжёлым. Барраган это понял, когда покинул компанию учёного и вздохнул свежего ночного воздуха. Мысли особо не хотели устаканиваться. История сотворения мира была весьма неоднозначной, как и сам мир, который создали прародители синигами. Но был ли иной выбор? Можно ли было сделать лучше? Если король душ определил это наилучшим из путей, даже обладая своим всемогуществом и всезнанием? Он, конечно, называл себя богом, стал им на какую-то часть, превзойдя смерть, этого казалось было недостаточно, чтобы найти ответ.
Тем не менее Айзен был уверен, что есть иной выбор. Самодовольный гений решил, будто способен заменить короля душ, изменив текущий порядок. Можно было бы увериться в таком пути, если бы не сомнения самого Айзена. Тот боялся сделать этот шаг, оттягивал его до последнего. Ему было отвратительно, он посмел испугаться собственного мира, предопределив своё поражение.
— И что мне делать? — он было потянулся к очередной сигарете, но обнаружил, что пачка пуста. — Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.
У него было собственное королевство. О нём и стоило беспокоиться. Судя по тому, что ему сообщил Киске, то даже военного столкновения между синигами и пустыми может более не предвидится. Хотя подготовку это не отменяло. Имелась куда более значительная угроза, которая может либо всё разрушить, либо сплотить такие разные расы против себя.
Король решил.
Пока что… он даст шанс Урахаре, поверив ему.
— Интуиция меня пока не подводила, — покивав себе, Барраган продолжил брести по дороге, но тут в него что-то врезалось. — «Точнее кое-кто».
Розовые волосы, короткое тёмное платье, длинные сапоги. Это была молодая девушка не более двадцати лет. Стройная и довольно хрупкая, судя по тому, как она потеряла равновесие и свалилась на асфальт, болезненно-раздражённо что-то причитая. Духовная сила достаточно высокая, явный медиум. Оттенок силы… легко был определён.
— Смотри куда идёшь, у!.. — она пришла в себя, намереваясь разразиться гневной тирадой, но комично замерла, уставившись на короля широко открытыми глазами. — Красавчик… — тихо и неосознанно пробормотала девушка.
Ну, если «Экзекуция» захотела его заинтересовать, то вышло куда лучше, чем первая попытка.
Да и оценила она его явно по достоинству.
— Не сиди на земле, — заговорил он, легко подняв незнакомку на ноги, отчего получил в награду смущённое выражение на её миловидном лице.
— Будто я специально, — пробурчала розоволосая, сложив руки на груди и отведя взгляд. — Кхм, — быстро спохватилась, — меня зовут Докугамине Рирука! И у меня есть для тебя приглашение. В-вот, — и протянула ему уже знакомую карточку своего сообщества.