Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

После того как Сергей закончил отстраивать их новый дом пришёл черёд старого дома. Делать из нового дома ещё одну мастерскую, как он планировал вначале, ему уже не хотелось. Шумная беготня детей кого хочешь, выведет из терпения, пришлось заняться реконструкцией его старого дома.
Сперва пришлось заняться крышей, старые шкуры, к этому времени уже сильно протекали. Во время дождя это было хорошо заметно, да и к тому же в жилище стоял постоянный запах гнили. Зимой в хижине было довольно холодно, Никитин помнил это памятью Или. Печка конечно штука хорошая, но надо было заделать все дыры, пока зима ещё не наступила.
Теперь, имея достаточное количество выделанных шкур, Никитин и Низа с сёстрами сделали новую крышу для их старого дома, частично заменив наиболее потрёпанные шкуры… Правда, шкуры были бараньи, не такие хорошие, как лягушачьи, но что делать! Племя уже выделило ему драгоценные лягушачьи шкуры и требовать их ещё раз было неосмотрительно. Пришлось делать за свой счёт, тем более что сейчас он мог это себе позволить.
Сергей тщательно промазал швы, соком одного местного растения, эта жидкость похожая на смолу, быстро застывала и хорошо герметизировала швы. При реконструкции их старого доме Никитин расширил его площадь, и разобрал их лежак, окончательно превратив жилой дом в мастерскую.
Детишки с увлечением продолжали лепить и высушивать на солнце глиняные кирпичи и посуду. Теперь все они помещались в нём и, никому не надо было больше стоять под дождём, когда они все набивались в его небольшую хижину.
Кроме того, рядом с мастерской Никитин соорудил ещё одну печку, в которой он обжигал кирпичи, а в большой печке, что стояла у него в новом доме, он начал потихоньку делать керамическую посуду. Эта посуда сразу же стала пользоваться бешеным успехом в деревне.
Он, как и прежде, старался не обижать своих помощников — часто делал разные забавные сказочные игрушки и дарил детям. Раз в две недели каждый ребёнок гордо приносил домой родителям кувшин или горшок. Несмотря на то, что он теперь имел долю охотника он по-прежнему не прекращал заниматься рыбалкой и, над печкой постоянно сушилась рыба. Излишки рыбы, тоже шли детям.
Дети в свою очередь, чувствуя, что Сергей заботится о них, старались принести ему, что нибудь необычное. Они часто приносили ему всевозможные камни и минералы, из которых он делал краски, смешивая их и, получая порой очень интересные цвета.
Перебирая всевозможные минералы, он досадовал на себя что в своё время, так и не удосужился изучить минералогию, эти знания ему сейчас очень пригодились. Но что делать! Его фантазии, даже самые смелые, не заходили так далеко, что он окажется в теле мальчика этого неведомо, где находящегося мира.
Среди детей, помимо Коры, оказалось ещё несколько весьма талантливых ребят, и потихоньку он обзавёлся помощниками, которые уже могли его почти во всём заменить. Так незаметно он стал владельцем гончарной мастерской, а так же стада животных, что очень быстро изменило его статус в деревне.
Всё это, конечно, было здорово, по здешним меркам, но для него — это было просто желание чем-то занять себя и нежеланием проводить время со своими сверстниками. Ну не бегать же ему, по деревне с размалёванным лицом вместе со своими бывшими приятелями, изображая отважного охотника, преследующего свою добычу.
Его сверстники теперь просто не понимали его. Раньше Или по причине его хилого телосложения и больной ноги, редко брали в команду охотников. Теперь после того как он заслужил их уважение, поколотив Герфа, а к этому времени он преподал уроки ещё нескольким не в меру драчливым местным парням, всё изменилось.
Теперь, когда парни сами подходили к нему с предложением возглавить или влиться в ту или иную команду, он просто говорил что это ему не интересно или что у него много работы. Ребят это сильно обижало, но они особо не настаивали. Несмотря на то, что он так до сих пор и не прошёл инициацию, звание добытчика и то, что он имел долю охотника, ставило его на ступень выше по сравнению с его сверстниками в местной иерархии.
 
Низа иногда, что бы поддеть его, со смехом говорила, что парни за его спиной называют его бабой. Никитин только пожимал плечами, когда она говорила ему это. Пусть говорят чего хотят! С кем надо он уже разобрался и сверстники, хорошо запомнили его уроки, тем более что Сергей, время от времени придумывал, что то новенькое. Например, боласы которые разнообразили их детские игры и все знали, кто их придумал. Так что он пользовался теперь заслуженным авторитетом в подростковой среде, невзирая на все свои странности.
Кстати, с теми, кто говорил о нём гадости, разбирался Герф, который теперь считал его своим другом и искренне обижался за его немного холодное отношение к нему.
Вот так неторопливо текла его жизнь в деревне, без особых проблем, хотя нет, проблемы были, куда без них.
— Вот шаман, к примеру, теперь всё чаще начинает заводить разговор о том то он должен пройти инициацию и стать настоящим мужчиной. Ох, и не охота мне щеголять этими шрамами! А если прижмут — что делать? Бежать? Пока рано! — Никитин недовольно скривился от этой мысли.
Эта проблема висела над ним как Дамоклов меч и, к сожалению, обойти это было нельзя, все его сородичи рано или поздно проходили через это. Никитин же пока под всевозможными предлогами тянул. Низа не так давно прошла через это, но в женском варианте.
О том, что там у них было, она умалчивала, это было табу для мужчин, но два небольших шрама, появившееся у неё, под мышками, свидетельствовали, что ей там пришлось несладко. Да и хворала она после этого обряда трое суток. Он потом отпаивал её зверобоем…
— Можно было еще, им что-нибудь изобрести, бумеранг например… — подумал он, переключив мыслительный процесс на другое, и кинул камешек в лениво текущую реку…
Одно плохо, воплощение в жизнь любого изобретения здесь отнимало у него массу времени. Например, изготовление обычного гончарного колеса заняло у него дней десять. Никитина уже не в первый раз бесило отсутствие металла, которого в деревне не было по определению, а много ли сделаешь кремневым скребком, который к тому же часто ломается!
Теперь, правда, его материальное положение улучшилось, но бронзовый нож, тем не менее, так и остался недостижимой мечтой. Да что говорить, если у многих охотников ножи были из старого доброго кремния! Удалось только сторговать себе у кузнеца, немного тонкой проволоки для рыбных крючков.
— А может, кожаный мяч ребятам сделать, это сделать попроще и в футбол с ними погонять, а то я что, то совсем их игнорирую в последнее время. Игнорирую — факт! Ну а что прикажете делать, если я уже давно вырос из всего этого! — подумал он, глядя на проплывающее облако, формой похожее на мяч. — А впрочем, ладно! Незачем опять в очередной раз будоражить здешний социум.
Никитин уже имел печальный опыт, он однажды сделал из глины, две большие плоские ёмкости и посадил в них местные, хорошо пахнущие растения. И поставил их у себя в доме. К сожалению, он забыл, что на это было одно местное табу и шаман долго и нудно, распекал его за это. Низа, избавившись от растений, быстро приспособила горшки под хозяйственные нужды, но неприятный осадок от этого остался.
Теперь, когда он уже освоился в этом обществе, следовало подумать о том, как ему отсюда выбраться. По его расчётам караван торговцев должен был прибыть через два-три месяца. Значит, через месяц у него уже должно быть всё готово.
— Скорей бы отсюда вырваться! Надоело!
Никитин с силой швырнул подвернувшийся камешек в реку. Он чувствовал, что начинает несколько тупеть в этом социуме. Уже с первых недель пребывания в деревне, он начал ощущать насколько сильно его мир ушёл вперёд по сравнению с этим.
Землянин привык к более интенсивному обмену информации, привык, что под рукой постоянно находится много книг, что есть телевизор, компьютер, радио, в конце концов, а что здесь? Банальные деревенские сплетни, да рассказы Мудрого о предках-охотниках и их победах, от которых хочется зевать! Ну ещё танец охотников подкрадывающихся к чуткой добыче, которые исполняют охотники после удачливой охоты вот и вся информационно-развлекательная программа.