Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Сильнее всего Низа и её племя напоминали ему греков. Никитину довелось в своё время, побывать на Кипре и в Греции и эту народность он знал довольно хорошо.
— Должно быть, отловили какое то племя, кто там обитал в это время в Греции? По-моему, если я не ошибаюсь, дорийцы. Хотя в те времена ещё даже и дорийцев ещё не было, все-таки три тысячи лет до н. э. или уже были….
Низа прервала его научные изыскания.
— Давай просыпайся и беги к пастухам, а то и меня и тебя уже заждались.
Одевшись, девочка ласково растеребила волосы на его голове и рванулась к выходу.
— Ну, я пошла — полог хлопнул, и Низа побежала по своим делам, легко ступая босыми ногами по земле.
В нескольких хижинах стояли примитивные ткацкие станки, где женщины ткали полотно, там же шили балахоны, набивали матрасы, плели циновки и другую нехитрую домашнюю мелочёвку.
Надев одежду, Сергей начал было по привычке искать обувь, но вспомнил, что нечто похожее на мокасины здесь носят только взрослые мужчины, мальчишки и большинство женщин ходили босиком.
Впрочем, он потрогал себя за подошвы ног и хмыкнул. Ороговевший слой кожи здесь был очень солидный, ещё бы ведь Или с рождения не знал никакой обуви. Поддев ногтем он отодрал толстый пласт кожи. Нехило!
— Ладно, пора на работу — подумал он.
Отхлебнув из кувшина немного воды, что бы заглушить бурчание желудка, который вновь напомнил о себе, он откинул полог и вышел за порог. Небольшими ручейками мимо текли люди, направляясь по своим делам. На многих из них были такие же серые одежды, как и на нём, только на наиболее зажиточных соплеменниках и их домочадцах была одежда из более красивой ткани.
Эту ткань они покупали у торговцев, которые один — два раза в год посещали деревню, в обмен на шкуры, полотно и другие местные товары. Женщины, передвигались оживлённо болтающими кучками, часть из них направлялась ткать полотно, часть отправлялась на прополку полей и сборку хвороста.
Мужчины-охотники, бородатые, с длинными косами и многочисленными ритуальными шрамами на лицах, неторопливо шествовали, степенно кивая, друг другу. Вокруг них вился рой мальчишек, которым очень хотелось дотронуться до их топора или копья. Те подзатыльниками и пинками лениво отгоняли их.
— Эй ты, овечий помёт, давай иди быстрее! — заорал на него какой то мальчишка чуть постарше его.
Парень был одет в одежду из ткани, которую привозили торговцы из города, в руке у него было копье с медным наконечником. Рох, всплыло в памяти у Сергея, сынок Нифа — одного из богатых людей деревни.
Вокруг него стояло несколько коротко остриженных подростков, отращивать длинные волосы мальчики здесь могли только после посвящения в охотники. С этими ребятами Или обычно отправлялся пасти овец, Рох был старшим, среди них и командовал всей этой ватагой подростков.
— Шевелись ты хромоногий! — заорал он опять, и что-то негромко добавил про него, отчего все окружающие его мальчишки обидно засмеялись, поглядывая на Никитина.
Сергей, не торопясь, шлёпая босыми ногами по не успевшей высохнуть земле, пошел к ним, начинался его первый рабочий день.
*****
Серый, часто и бестолково блеющий неровный квадрат овец и баранов, неторопливо брел к загонам, впереди важно вышагивал Рох Кривые Зубы. Одной рукой парень сжимал за уши небольшого подстреленного им зайца, а другой, важничая, опирался на копьё. С боков и сзади эту серую реку животных подгоняли мальчишки. Сергей был одним из них и, так же как и они, хворостиной и пинками подгонял овец.
Обязанности пастушка не были такими уж обременительными, единственно, чего нужно было опасаться так это неожиданного нападения хищников из леса. Нужно было стараться, что бы стадо особенно не приближалось к лесу, при нападении хищника, все мальчишки дружно начинали кричать и из деревни бежали взрослые и отгоняли зверей.
Такого, правда, давно уже не происходило, охотники перебили всех крупных хищников, обитавших в округе и Рох, никак не мог продемонстрировать свое мужество, убив зверя и набросить его шкуру на плечи. Парень пока проявлял свое геройство, подкарауливая неосторожных куропаток и зайцев.
 
День прошел без особых происшествий. В середине дня после обеда, Сергей побродил немного около опушки, разглядывая здешние травы, но травник был из него посредственный, из знакомых трав на опушке он узнал только зверобой и чабрец.
Память Или по части трав тоже оказалась для него плохим подспорьем, мальчик совершенно не обращал никакого внимания на них. Никитин нарвал знакомые ему травы, и подобрав на опушке несколько длинных сухих веток, отнес их в свою хижину и вновь вернулся к ребятам. Они немного странно и презрительно на него поглядывали. Одним из любимых развлечений этой компании подростков было подшучивать над Или.
Обычно они своими насмешками старались довести его до белого каления и громко хохотали, слушая, как он, неумело, выкрикивал ответные оскорбления. Сегодня они пребывали в тягостном недоумении, на все их остроты он только молча сплёвывал на землю и безразлично усмехался.
Когда он занялся сбором трав и хвороста они и вовсе разинули рты — этим обычно занимались женщины, но Сергею на это было наплевать. Это было не табу, тем более что местный кузнец и Мудрый тоже собирали травы, поэтому особых проблем от нарушения этих мелких табу, Никитин не ожидал.
С кормёжкой было по-прежнему, туго, не считая того варева, которым его угостили в полдень, из общинного котла за целый день, ему больше ничего не перепало, грибов или каких-нибудь ягод тоже не удалось раздобыть. Он попал сюда в самом начале здешней весны, и на дары природы пока еще рассчитывать не приходилось.
На опушке леса ничего интересного больше не было, а далеко углубляться в лес он пока побаивался, нарываться, на какого-нибудь хищника у него не было никакого желания. Неизвестно что там Хранитель обещал ему насчет хроноинверсии, но Никитин, после того, что ему пришлось пережить, твёрдо решил не рисковать своей новоприобретённой шкурой.
Неизвестно какие при этом будут побочные эффекты, да и ощущение когда хищник будет рвать твоё тело, приятным не назовешь. К тому же неизвестно, с какого места у Хранителя записан его файл, если ему опять придется начинать с той самой камеры, — то уж нет, благодарю покорно!
Такой хроноинверсии и врагу не пожелаешь. Его до сих пор передёргивало оттого, что ему пришлось пережить там, при вселении в это тело. Процесс тело сдал — тело, принял, он находил чрезмерно болезненным.
— Ладно, буду надеяться, что процесс слияния прошел успешно, и Хранитель проделал свою работу достаточно добросовестно — думал он по дороге домой.
Вроде бы его душа достаточно прочно обосновалось в этом теле, с памятью тоже всё было хорошо, правда, время от времени возникали некоторые неприятные ощущения, но он надеялся, что вскоре они пройдут. Загнав овец в загон, пастушки получили по маленькой лепёшке и отправились по домам.
— Надо бы слазить в холодильник и вытащить что нибудь мясное. Там вроде был батон колбасы! — вновь полезли, было в головы привычные мысли из того далёкого мира.
Сергей одёрнул себя, в очередной раз, вспомнив, где он. Он не дома и где этот холодильник…
— Надо было бы ещё раскрутить Хранителя на то, что бы это тело могло хотя бы частично работать на солнечной энергии — мрачно подумал он, прислушиваясь к уже привычному голодному бурчанию своего желудка.
Откинув бьющую под порывами ветра шкуру, закрывавшую вход, он скользнул в полутёмное помещение своего нового дома. Нашел кувшин с родниковой водой и выпил подряд несколько чашек воды, что бы хоть немного заглушить голод.
Потом медленно, тщательно прожёвывая и сплёвывая каменные крошки, съел честно заработанную лепёшку. Делать было особо нечего, и он лёг спать. Низы пока ещё не было, и Сергей как-то незаметно для себя уснул. Адаптация все-таки давалась ему тяжело, и даже Низа улёгшаяся рядом с ним, не смогла этот сон прервать.