Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

После такого мирного дележа трофеев народ немного расслабился, после чего на повестку дня поставлен вопрос, что будем делать дальше.
Здесь их пути расходились с капитанами «вольных» они планировали в течение двух-трёх дней уходить обратно. Они понесли очень большие потери, и капитанам нужно было набирать новое «мясо» ну и конечно продать трофеи. Поскольку землянин скупал только оружие — камни и золотые украшения его не интересовали.
Тинские нобили конечно скупили сколько могли камней и золота, но их финансовые возможности были не так велики. Расписки и вексели здесь были пока не в ходу, и нужно было ехать в города, что бы всё это распродать.
На этом землянин решил закрыть совещание и проследить за выдачей трофеев. Никаких особых эксцессов не возникло, всё было заранее разложено, оценено и что возможно скуплено. Никитину удалось взять в счёт своей доли добычи ещё и десяток «бронежилетов», которые были на кочевниках. На них никто особо не позарился, посчитав, что это просто хорошо вываренная кожа, так что этот товар достался Сергею за смешные деньги.
Капитаны забирали свою долю добычи и деньги, а как уж они распределяли среди своих подчинённых — Бог весть!
Бурно распределяли! На следующий день в одном отряде вдруг сменился один из капитанов, а старый, почему то умер. Его прежние подчинённые пожимали плечами и клялись, что капитан подавился костью. Бывает, жадный он был, вот и подавился….
В эти дела никто не лез это — внутренние дела таких отрядов и разборки тоже их проблемы. Вот если бы они убили кого-то из другого отряда тогда да, а так всё решалось в узком кругу.
На следующий день, ближе к вечеру, дав командирам отойти от ночной попойки, в которой он не участвовал, Никитин пригласил всех в шатер, что бы решить, что они будут делать дальше.
Как изначально планировалось — это была не карательная экспедиция, что бы отомстить степнякам за их нападение на города Шестиградья, это был планомерный захват территории. На совет помимо командиров основного контингента, вдруг попросилось три капитана из «вольных».
Они передумали возвращаться домой, и хотели бы, на тех же условиях продолжать поход. Никто не возражал, и Сергей пригласил капитанов, присоединится к их совещанию.
Помимо них на совещании присутствовало два местных нобиля, у каждого из них под рукой было по сотне бойцов. Кроме того они знали где какой клан находится, тропы и источники воды и тоже хотели поучаствовать в предстоящем походе. Разумеется, от таких союзников никто не стал отказываться.
На большой вощёной доске он перерисовал карту этой степи, и теперь водил указкой показывая наиболее крупные кочевья, и где они находятся, а также примерное количество бойцов, которыми эти кланы располагали. Новые союзники давали дельные советы и уточняли предстоящий маршрут.
В то, что эти кланы могут объединиться, никто не верил — те, кто мог их объединить остались лежать на поле брани. Теперь предстояло очистить степь от последних кланов и сделать, так что бы они никогда больше возродились в этих степях.
На карте было хорошо видно, что на данный момент они контролируют примерно треть степи. Причём их силы контролировали наиболее плодородные земли. Такая же земля была ещё на протяжении трёх дней пути.
Потом чем дальше на север они будут идти, тем пустыннее станет местность. Крупных рек там не было и вскоре начинались полупустыни и если идти дальше, то начинались солончаки, где мало что росло.
Земли там были почти не обитаемы только несколько поселений, обитатели которых добывали каменную соль и торговали ею.
Сейчас осталось только сокрушить четыре клана, что бы окончательно очистить степь. Численность бойцов в каждом из этих четырёх кланов, после недавней битвы, по всем подсчётам не превышала двухсот-трёхсот бойцов, которых они могут выставить. В этом местные ручались чем угодно.
Стремление горожан было понятно, кстати, большинство из них были отдалёнными потомками выходцев из Шестиградья. Когда эти земли сотню лет назад, были завоеваны кочевниками то многие из колонистов остались здесь.
 
Правда, за эти века их генофонд несколько изменился, но всё равно они сильно отличались от низкорослых кочевников. По поводу куда наступать — никто даже не стал задавать вопрос. Всем было ясно, что они должны захватить оловянные рудники. Кстати по слухам там было много пленных, которые кочевники захватили и увели с собой во время последней войны.
Никитин заодно уточнил о том, где находится — гора, упавшая с неба. Космический корабль по слухам стоял необитаемый, все люди-собаки ушли на войну и никто из них не вернулся. С тех пор никто их не видел.
В покинутый корабль пришельцев никто тоже не лазил, все пожимали плечами и осеняли себя знаками отгоняющих злых духов.
Все старательно избегали говорить об этом, страшные колдуны и их непобедимые воины оставили после себя в этих местах довольно жуткую славу. Хотя, что они такого здесь ужасного натворили, никто внятно не мог сказать.
Народ старался не вспоминать этих злых колдунов и не хотели говорить о них. Об их топорах все могли говорить очень долго, закатывая глаза от восхищения, а об их творцах, никто не хотел произнести лишнего слово.
Считалось, что если будешь говорить о духах злых колдунов, то этим привлечёшь их внимание к себе и своим близким. Поэтому узнали они очень мало, но где находится корабль, по крайней мере, они смогли показать.
Через два дня закончив разбираться с трофеями, войско тронулось вперёд. Перед этим предводители отрядов решили устроить грандиозную пьянку, чему он решительно воспротивился к их большому неудовольствию.
До всеобщей пьянки дело не дошло, Никитин лично переговорил с командирами дружинников и наёмников, предупредив что если завтра кто то из их подчинённых не доползёт до фургона, то…то он здесь и останется…
Хотя народ не особо заморачивался по этому поводу. Нализаться так, что бы утром не доползти до фургона это надо было очень сильно постараться, учитывая, невысокий градус местной бражки.
Так что утром после переклички потерявшихся не обнаружилось и отряд начал движение.
От многих вояк, правда, изрядно тянуло винцом. Но на ногах все пьяницы держались крепко. Фургон за фургоном их поредевшее войско начало вытягиваться на узкий тракт, вглубь степи. Начался последний этап войны.
Кочевники, несмотря на всю их мобильность, были сильно уязвимы. Большие стада животных нуждались в обширных пастбищах, и быстро перегнать такие большие массы скота было непросто. Животных кроме того надо было ещё и поить, а источников воды в степи было не так много.
Отряды наёмников и дружины Шестиградья должны были вытеснить и рассеять ослабленные кочевья в бесплодные области степи. Захваченные семья кочевников предполагалось селить в покинутых городах, возрождая их. Никитин, конечно, держал про себя свои сомнения относительно ассимиляции кочевников, но это были уже не его проблемы, свою часть работы он выполнил.
* * *
Светило в это время года уже не так припекало, что было очень кстати, и температура днём не превышала градусов тридцати по Цельсию. Рек в этой местности не было, так что с собой им пришлось взять изрядный запас воды.
Если бы сейчас стояла жара как пару месяцев тому назад, то воды пришлось бы взять гораздо больше и ограничить выдачу. Её и так уже приходилось заталкивать во все пустые пространства фургонов.
Мимо проехали на низеньких, трофейных лошадках сотники Сонхо и Бонг. Оба сотника излишне радостно приветствовали своего командира. «Выхлоп» от них был изрядный. Землянин поморщился, и в сердцах назвали их — старыми пьяницами.
Бравые сотники приняли это как комплимент, и бодро отдав честь, заторопились в голову колонны, зычными голосами подгоняя своих солдат.
Землянин только сплюнул — низкий уровень всегда тяготел к доступным ему удовольствиям. Тем более что и дети, проживающие в этих землях, с малолетства были привычны к алкоголю, и как то запретить это, без серьезных репрессий, не представлялось возможным.