Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Землянин опустил лицо и незаметно зевнул, спокойно пропуская весь этот высокопарный бред. Минут через десять устав перечислять свои победы и деяния своих славных предков, царек вынес вердикт по десять золотых с каждого фургона и по одному золотому с каждого сопровождающего обоз. Со стороны его людей сидящих в тени, послышался глухой ропот.
Сумма, которую запрашивал этот горец, была несусветно высокой. Время от времени были такие правители, которые заламывали за проезд в города с чужих купцов по золотой монете, но это было обставлено как таможенная пошлина, а здесь просто за проезд! За право проезда по мостам обычно платили медной монетой.
Землянин призадумался. Было ясно, что этот горец попытается выжать из них как можно больше, вот только, сколько ему заплатить откупных, что бы с одной стороны царёк не «потерял лицо» с другой стороны… С другой стороны и так всё понятно, деньги за право топтания пойдут из его кармана, меньше отдашь — больше останется.
— Я готов заплатить тебе по одной золотой монете с каждого фургона! — громко крикнул Сергей.
— Ты хочешь спорить со мной! Сын земляного червяка!
— Так я же купец!
— Я гляжу, вы небогатые купчишки! Ну ладно — восемь монет, с фургона! — смилостивился над ним горец.
— Это очень дорого для меня! Нигде не берут таких денег за проход… — запротестовал Сергей.
— Я здесь хозяин и сам устанавливаю плату за проезд по моим землям. Если ты не можешь мне заплатить то проваливай отсюда!
Горец пару минут выкрикивал ругательства и оскорбления. Наконец когда Никитину стал надоедать этот крикливый концерт, прозвучали очередные слова:
— Семь!
Никитин развел руками.
— Я могу предложить только один золотой с каждого фургона за проезд!
В ответ со скалы на него обрушилась многоголосая ругань. Не долетев до них пару метров в дорожную пыль, сверху упала пара увесистых булыжников. Никитин терпеливо ждал и был искренне уверен, что царёк согласится на его условия, но он ошибся.
Видимо у горца взыграло самолюбие или вел себя Никитин не особо почтительно, только вывалив на них очередной поток ругани, царёк приказал им убираться отсюда и никогда больше не проезжать мимо.
Довольно орущие рядом со своим вождём горцы быстро натянули короткие луки и выпустили в них стрелы. Никитин еле успел вскинуть свой щит. Одна из летящих в них стрел скользнула по плёнке щита и вонзилась в землю.
Никитин, немного выждав, выглянул из-под щита. Горцы тыкали в них пальцами и громко ржали. Один из них, играясь, натягивал свой короткий лук, делал вид, что вот-вот выпустит в них стрелу. Царёк наверху горделиво посмотрел на них и резко развернувшись, исчез со смотровой площадки. Вслед за ним ушла большая часть его свиты.
Остались только лучники и четверо воинов в раззолоченных доспехах. Они сверху продолжали на своем наречии издеваться над ними.
Наконец ругательства у них иссякло и один из этих раззолоченных воинов, решил, высказать, своё пренебрежение к ним, весьма наглядным способом. Он, недолго думая скинул свои штаны и начал мочиться на них сверху. Никитин скосил глаза на своих двух спутников. У них обоих напряглись скулы, такого рода оскорбления считались смертельными, но они, молча ждали его команды.
— Видишь эту сволочь? — тихо спросил Сергей ближнего арбалетчика.
— Вижу сэр!
— Попадёшь в него?
— Попаду!
— Действуй!
Парень резко опустил тяжёлый щит на землю, одновременно вскидывая арбалет. Громко гогочущие от такой выдумки соплеменника, горцы не усмотрели в этом движении ничего для себя страшного. Видимо арбалеты у них не ассоциировались с луками. Резкий щелчок и шутника отбросило на его товарищей.
— Отходим! — громко сказал Никитин, и они начали медленно пятиться назад.
Наверху сперва не поняли, что случилось с их товарищем, потом раздались яростные вопли и в поднятые щиты часто забарабанили стрелы. Во всей этой суматохе Никитин подзабыл о том, что ещё восемь арбалетчиков скрываются в тени.
Частые щелчки арбалетов показали, что и они не прочь поучаствовать в этой заварушке. Наверху вновь раздались крики, потом один короткий вопль и около скалы с высоты вдруг рухнуло тело излишне ретивого горца.
 
— Все отходим! — крикнул землянин, немного приподняв щит.
Оставшиеся члены его маленького отряда, высоко подняв над собой щиты, начали быстро отступать от скалы. А там уже разыгралось целое светопреставление. Никитин на секунду высунулся из-за щита и через забрало взглянул на скалу, там метались десятки фигурок, а к ним из глубины спешили ещё больше. Вскоре вокруг них стали десятками падать стрелы и камни, которые кидали им вслед обозлённые горцы.
К счастью тяжёлые щиты, были большими и прикрывали их достаточно надёжно, поэтому минуту спустя все благополучно вышли из зоны обстрела. Пользуясь тем, что их оружие било значительно дальше горских луков, арбалетчики тут же поставили на землю щиты и начали взводить своё оружие.
— Стрелять сэр? — обратился к нему один из арбалетчиков.
— Стреляй! — махнул рукой Никитин. — Чего уж тут сделаешь!
Арбалетчики тут же стали с азартом палить в стоящих на скале горцев, вызвав новые крики. Правда у горцев как, оказалось, нашлись и более дальнобойные луки и несколько стрел, всё-таки долетело до них, но почти все они отскочили от поднятых щитов, и только одна, на излёте, попало в прозрачное забрало, заставив бойца забористо выругаться.
— Да Кебо, вовремя ты натянул это на свою морду! — заметил его сосед. — Сейчас бы ты точно окривел на один глаз!
— Точно! — поддержал шутника другой — Был бы ты сейчас Кривым Кебо, коли не сдох от горского подарка.
Кебо нагнулся и, подобрав чуть не убившую его стрелу, с хрустом переломил её. Потом несколько раз притопнул сандалетами, затаптывая её в землю.
Позади них постепенно приближаясь, послышался гулкий топот. Сергей, приподняв щит над собой, и обернулся. К ним быстрым шагом спешила сотня арбалетчиков во главе с Биртом.
Растянувшись возле их группы, длинной цепочкой, они все принялись стрелять по беснующимся на скалах горцев. Пары залпов оказалось достаточно, что бы там все попрятались.
К Никитину отдуваясь, подошёл Бирт, по его лицу из-под прозрачного забрала густо лил пот, стекая на чёрную испачканную бороду…
— Ну и чего будем делать командир? — озабоченно сказал он. — Теперь нам эти отродья демонов точно не дадут пройти!
— Это точно! — с интонацией товарища Сухова сказал Сергей.
— Обратно будем возвращаться?
— Подумаем! — неопределённо ответил ему землянин. — Давай обустраивай лагерь, вкапывай палисад и копай ров поглубже.
— Правильно! — встрял в разговор сотник Сонхо. — Ставлю золотой, что они пожалуют к нам в гости сегодня ночью!.
Бравый сотник щелчком отправил золотую монету в полёт, но никто не поддержал его, и так было ясно, что горцы постараются им отомстить.
— Дураков нет! — насмешливо произнёс кто-то из рядовых бойцов.
Сотник преувеличенно глубоко вздохнул и опустил монету в нагрудный карман.
— Всё! Кончай переводить стрелы! — остановил Никитин арбалетчиков. — А эти куда прутся!
Бирт громко засвистел и замахал руками, приказывая, остановится. К ним в полном составе во главе со своим командиром, топали лучники-теро.
— Их ещё здесь не хватало — проворчал кто-то из арбалетчиков.
— Разговорчики! — прикрикнул на него Бирт. — Всё топаем обратно! — громко заорал он. Подняв щиты, и настороженно глядя на каньон, все двинулись обратно.
* * *
До заката светила, бойцы с ожесточением вгрызались в каменистую землю на небольшом холме. Никого даже не пришлось подгонять, все хорошо понимали, что пощады после такого оскорбления, от горцев ждать не следует.
Конечно, холм не был идеальным для обороны, но ничего лучше они не обнаружили. Было, правда, несколько весьма удобных участков, там даже были следы от костров, примыкавших к каньонам, но горцы могли залезть наверх и обстреливать их сверху. Поэтому пришлось выбрать этот вариант. Не лучший.