Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

— Значит, получается, нам придётся тащиться ещё километров сто, прежде чем мы вступим в обитаемые края, вот и вроде бы колодец виден или нет? — он вновь задумчиво уставился на карту.
Налетевший шаловливый ветерок, попытался вырвать карту из его рук, но Сергей успел её прижать посильнее.
— Да ещё два перехода и мы выберемся из этой полупустынной местности. — вновь подумал он.
Правда местность эта не была безлюдной. За их движением наблюдали и наблюдали весьма пристально. Многочисленныё тёмные точки на горизонте однозначно говорили, что эти места не такие уж необитаемые.
Правда обитала здесь публика далеко не миролюбивая. Время от времени на горизонте поднимались клубы дыма причем, дым поднимался с определёнными интервалами. Разбойники видимо передавали друг другу, какие-то сигналы.
Разведчикам, которые охраняли колонну на марше и частым гребнем прочёсывали местность, время от времени сгоняли многочисленные шайки душегубов.
Обычно застигнутые врасплох разбойники быстро скрывались, не принимая боя, но вчера одна шайка, уповая на своё численное преимущество, попыталась напасть на отряд разведчиков.
Разбойников было порядка сорока человек. Они издали обстреляли отряд стрелами, легко ранив трёх его бойцов и посчитав, что противник уже не способен сопротивляться, ринулись на них.
Итог вышел очень печальным для рыцарей с большой дороги, пара залпов из лёгких арбалетов быстро сравняла численность отрядов, а ещё пара залпов в упор заставила бандитов резво отступать.
Конные разведчики, разозлённые нападением, организовали погоню. К ним вскоре подключился ещё один отряд, поднятый по тревоге и их совместными усилиями, банда была полностью уничтожена.
— Так что тишина здесь очень обманчива — подумал Сергей, в очередной раз оглядывая окрестности.
Далеко впереди около дороги, что-то белело. Десяток конников неотлучно крутившихся рядом с головными фургонами, резво перешли в галоп и, взведя арбалеты, поскакали в ту сторону. Обоз продолжил движение, как ни в чём не бывало.
Вскоре можно было разглядеть кучу жмущихся друг к другу овец и баранов их надрывное блеяние было слышно издалека.
Один из конных кружившихся вокруг отары подскакал к нему.
— Может продать десятка три баранов! — выпалил он, резко остановившись около его фургона.
— И сколько просит? — поинтересовался Сергей.
— Три золотых за всё.
— Годится — кивнул головой Сергей. — Скачи назад к Секо, пускай подготовится и заберёт с собой барашков. Скажи еще, что деньги пастуху я отдам!
Парень кивнул и, стегнув лошадку по крупу, поскакал вдоль колонны.
Сверху на невысоком холме сгрудилась группа конных, которые ожидали дальнейшего развития событий, что бы в случае чего прийти на помощь товарищам. Никитин громко свистнул, привлекая их внимание и, сделал рукой понятный им жест.
Всадники развернули коней и неторопливой трусцой, отправилась вперед, продолжая разведку местности.
Никитин остановил фургон и спрыгнул на землю, возле пронзительно блеющей отары. На небольшом отдалении от стада стояло охранение, внимательно наблюдая за пастухом и его тремя помощниками.
Землянин и пастух быстро и остро взглянули в глаза друг другу. Загорелое лицо. Глубокие мимические морщины на лбу и вокруг глаз. Широкая улыбка пастуха почти совершенно потерялась в густой чёрной бороде.
— К какой же ты расе принадлежишь? — мельком подумал Никитин, подымая в качестве приветствия широко открытые ладони — понятный всем в этой местности символ дружелюбных намерений.
Расовая принадлежность пастуха так и осталось тайной. Он мог в равной степени быть и потомком землян, а мог и полукровкой, в котором перемешались гены пары-тройки здешних рас.
— Мои воины сказали мне, что ты хочешь нам продать три полные руки баранов? — спросил он на торговом.
— Да твои воины правильно донесли до тебя мои слова.
Далее пастух принялся нахваливать свой товар, время от времени хватая толпящихся вокруг него животных и вздергивая их вверх, демонстрируя, что они хорошо упитанные.
 
К Никитину тем временем подбежал, тяжело дыша Секо, и с ходу включился в торг.
— Где это упитаны! — затараторил он — А вот эти!
Он рывком поднял, какого-то барана, тот засучил ногами и забелел дурным голосом. Мелкие собачки, кружившиеся вокруг стада, принялись облаивать сотника. Со стороны хвоста остановившейся колонны, послышался ответный лай и вскоре две собачьи стаи принялись с азартом облаивать друг друга, выясняя кто из них круче.
— Да возьмите же их на поводок! — заорал Сергей, указывая на собак.
Бойцы быстро привязали собак к фургонам, откуда они, невзирая на грозные окрики и сыпавшиеся на них удары хворостиной от набежавших псарей, продолжали яростно облаивать хвостатых конкурентов те не оставались в долгу.
Секо и пастух, тем временем, продолжали с азартом торговаться. Никитин махнул на это дело рукой и, отдав завхозу три золотых «паучка», тронул свой фургон дальше, скомандовав метров через триста привал. Пастух, продолжая торговаться, проводил его долгим взглядом.
— Н-да морда у этого типа. То ли пастух, то ли разбойник. А может быть и то и другое одновременно. — подумал про себя Никитин и хлестнул прутом по спине быка.
Фургона со скрипом двинулся вперёд. Землянин немного погодя незаметно скосил глаза, цепкие вороватые глаза пастуха внимательно осматривали фургоны и амуницию проходящих бойцов.
— Ладно, пускай глядит, такая добыча ему не по зубам…
К сожалению это оказалось не совсем точно, день спустя разбойники числом до двух сотен попытались было атаковать их.
Справа вдруг по склону невысокого холма вниз заскользили и стали с грохотом, валится увесистые глыбы, увлекающие за собой кучи более мелких камней.
— Неужели землетрясение? — с испугом подумал Сергей, резко притормаживая быка.
Земля дрожала. Его взгляд заметался по склону, стараясь понять, куда понесутся наиболее крупные глыбы. Склон затянуло густое облако пыли. Позади Сергея раздавались тревожные крики и протяжный бычий рёв. Неожиданно сверху послышались крики.
— Разбойники! К оружию!
Никитин быстро взвёл лёгкий арбалет, после чего вытащил из чехла свой голубой топор. Возле фургона появились плохо видимые в пыли, чьи-то тени, Никитин навел было на них арбалет, но тут одна из них окликнула его голосом Рисо.
Шестеро телохранителей выстроилась перед ним, сдвинув свои щиты и обнажив гладиусы. Всё вокруг по-прежнему было скрыто густой пеленой пыли, от которой все чихали и кашляли. Неожиданно борт фургона гулко завибрировал, потом ещё раз по нему пробежала сильная дрожь.
— Капитан! Прикройся щитом! Они сверху стреляют! — заорал кто то из телохранителей снизу…
Землянин, не стал искушать судьбу, рванул на себя дверцу фургона и быстро ввалился вовнутрь. Первым делом он надел наручни и взял свой облегчённый щит, проложенный в несколько слоёв прочной прозрачной тканью. В заключении он одел на голову, шлем и опустил забрало. В этот момент в многострадальный борт фургона угодила очередная стрела.
С той стороны, где были разбойники, стал нарастать многоголосый крик. Никитин выскочил на передок, прикрываясь щитом, и схватил лежащий там же арбалет. Пыль к этому времени немного осела, и стало видно, что на гребне скал идёт ожесточённый бой.
Конные разведчики и разбойники осыпали друг друга стрелами. Пока часть разбойников соревновалась в меткости с арбалетчиками Росо, основная масса «вольных парней» потрясая оружием, быстро мчалась вниз.
— Чобо! Чобо! — громко вопили они на бегу.
Из фургонов часто захлопали арбалеты, сразу несколько разбойников покатилось вниз. Никитин спохватился и, прицелившись в нападавших тоже спустил курок. Высокий детина, в которого он целился, взмахнул руками и покатился прямо под ноги своим товарищам. Сергей быстро взвёл арбалет и вновь выстрелил. Мимо.
— А разбойников то не так уж и много — механически отметил он, перезаряжая арбалет.