Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

— Если пригласят занять, то я подумаю… — неопределённо ответил ему Никитин — Я здесь пока ещё для вас чужак, да и управлять всем этим не так легко. Вон Крыса так и не подчинялся прежнему хозяину Каменного Трона. Да и соседи из Ка-Ато у вас беспокойные.
— Ну, я так думаю, что они теперь долго не сунутся в эти края, после того как ты со своим могучим войском вырезал войско владыки — льстиво добавил он. — Надо было конечно всех их добить и разорить Ка-Ато! Добра там много. Ох, много!
Толстяк принялся даже подпрыгивать от нетерпения, так ему хотелось поживиться на развалинах их извечного недруга. Никитин с усмешкой наблюдал за его телодвижениями.
— Не думаю, что там много добра. Прежний владыка хорошо почистил карманы своих подданных! Да и разрушим мы допустим Ка-Ато и что будет?
— Как что! — вскинулся толстяк — Мы здесь все спокойно заживём.
— Ага, спокойно! Как же! — фыркнул Сергей — Будете резать друг друга. Пока существует внешняя угроза для Скального Трона, вы не так часто обнажаете кинжалы против друг друга.
Толстяк крякнул и потянулся к чашке с вином. Никитин в свою очередь потянулся к пиале с соком и, отсалютовав её собеседнику, принялся мелкими глотками пить, изо всех сил стараясь сохранить эдакую надменность великого человека.
— А ты не так прост Саж… — задумчиво протянул Абет, немного погодя и, прихлёбывая уже травяной чай с мёдом, который он решил сменить на вино.
— Это точно. У меня были хорошие учителя. Да и вот ещё подумай! Ну разрушили вы этот город, но там за ним орды кочевников и в скором времени они, добив тамошние города, двинутся сюда. И станут разорять эти земли! Так что не всё так просто… Как знать, может в будущем всем нам придётся сообща отражать эту угрозу.
Поговорив ещё немного, Абет задумчиво попрощался с ним и ушёл. Видимо в такие тонкости геополитики он никогда не влезал и сейчас напряжённо раздумывал над его словами.
После его ухода ворота в город широко распахнулись и на его войско набросились орды торговцев, которые, наконец, дождались своего часа.
Поскольку их лагерь не был огорожен, то эти пронырливые личности стали появляться буквально везде с пронзительными воплями, расхваливая свой товар. Никитин велел всех торговцев из лагеря выгнать и вскоре весь торг переместился ближе к стенам. Особым спросом среди воинов, как обычно пользовались торговцы живым товаром.
Наверное, десятка три торговцев громко орали, расхваливая свой товар и ругаясь, друг с другом, а их помощники сноровисто собирали небольшие кожаные палатки для измученных от длительного воздержания воинов. Его дружинники с удовольствием обменивали деньги на женскую ласку.
Сергея торговцы живым товаром не интересовали, побродив в пестрой и шумной толпе, он купил для себя мешок грецких орехов, и договорился с ещё несколькими торговцами, что они тоже будут привозить свой товар к нему на шахту.
Всем, кто был согласен вести свой товар за оговоренную цену, он выдавал кожаный пропуск с красной печатью — знаком того, что они стали его поставщиками. На каждом пропуске стояли цены на товар и номер пропуска, по ним всегда можно будет быстро узнать и отказаться от такого торговца, в случае если он начнёт поставлять некачественный продукт или завышать цены.
С десяток молодых парней попросились к нему в войско. Наскоро поговорив с претендентами Никитин отобрал троих нинсов, остальные ему не понравились, слишком много врали и юлили.
Почти на все конкретные вопросы, появлялись характерные вспышки в ауре, так что претенденты отправились обратно в город, не соло нахлебавшись.
На ночлег решили остановиться тут же, выставив сильную охрану. Утром, наскоро позавтракав и произведя перекличку, войско бодро двинулось к Палице Богов.
* * *
Их прибытие издали заметили и встретили радостными криками. Никитин окинул взглядом частокол и возвышающуюся над ним сторожевую башню, над которой лениво трепыхался алый стяг с вышитым крестом. Вроде всё было нормально.
Только подойдя поближе, он заметил на воротах следы пожара и отметины от топоров. Сам частокол почти не пострадал, плохо было только то, что нападавшие сильно разорили поля, и крестьянам теперь приходилось всё это восстанавливать.
 
Ворота распахнулись, и войско стало втягиваться вовнутрь, на ходу обмениваясь приветствиями с теми, кто остался здесь.
К Никитину подбежал Бирт, который в его отсутствие отвечал за шахту, здесь же оказался ещё один знакомый сотник, он приехал с тремя десятками воинов и пятью фургонами забирать руду, за день как началась вся эта заваруха, да, так и застрял тут, не рискуя ехать обратно.
Эти три десятка воинов сильно помогли здешнему гарнизону. Крыса наскрёб порядка пяти сотен воинов и попытался с ходу захватить шахту. Но он не учёл того, что весь гарнизон и те, кто прибыл с обозом, поголовно были вооружены арбалетами, причём тяжёлыми.
Дозорные издали увидели небольшой отряд нападавших, которые изо всех сил спешили к воротам поселения и успели захлопнуть двери перед ними.
Потеряв от арбалетных стрел десяток воинов, первая группа нападающих поспешила к основной массе войск. Тем временем все защитники рассеялись по периметру частокола. У тех, кто прибыл с фургонами у всех были тяжёлые арбалеты, и они принялись издали выкашивать воинов Крысы.
Дождавшись, когда волна атакующих подбежала поближе, в дело вступили арбалеты послабее. Против легко вооружённых воинов, в куртках даже без медных накладок, они были достаточно эффективны.
Воинам Крысы удалось только накидать хворост около ворот и поджечь его, но это было все, что ему удалось добиться. Устилая землю телами, они тупо толпились под частоколом, изредка кидая метательные топоры в оборонявшихся и, пытаясь временами перелезть через частокол. Крыса попытался, было подстегнуть их энтузиазм личным примером, но тут, же поплатился за это, получив тяжёлый арбалетный болт в доспех.
Увидев, что их предводитель серьезно ранен, его наёмники, подхватив своего незадачливого предводителя, быстро разбежались кто куда, напоследок изрядно потоптав посевы. На этом, собственно говоря, всё и закончилось.
Отряд Крысы потерял убитыми больше двух сотен воинов. Сотник кивнул головой — справа от дороги, где возвышался большой холм земли и стоял крест.
— Там мы их всех и закопали!
Оборонявшиеся потеряли двоих, обоим метательные топоры попали в головы. В суматохе боя те не нацепили шлемы и поплатились за это. Услышав это, Никитин вздохнул, хотя и соотношение потерь было один к ста, терять бойцов было обидно. У одного из них в Москве осталась семья, и землянин распорядился выплатить ей деньги убитого.
Вечером Никитин, построив весь отряд, поблагодарил всех за службу и торжественно наградил деньгами. Всем рядовым было выплачено по двадцать золотых и тем, кто охранял шахту и тем, кто сражался вместе с ним у Хебо.
Дозорные, помимо этого получили дополнительно по десять за то, что не растерялись. Все десятники получили по тридцать монет. Сотникам досталось уже по сотне монет. Особо наградили конных разведчиков, за тот бой у Хебо. Всем рядовым разведчикам досталось по пятьдесят монет, гордый Росо получил свою сотню монет наравне с сотниками.
Все были довольны, только жаловались, что эти деньги не на что потратить и с нетерпением ожидали момент возвращения в Москву.
К этому времени на шахте уже подготовили к отправке руду, и утром весь отряд был готов двигаться обратно в Москву. Никитин оставил сотню бойцов и сотника Бирта, отдав им два десятка тяжёлых арбалетов и деньги для выплаты жалования и на закупки продовольствия.
Пообещав бойцам что, вскоре пришлёт им смену, Сергей велел трогаться.
У Ка-Тре отряд наскоро остановился закупить продовольствие, дальше вплоть до перевала было очень мало деревень, где можно было его закупить, и, не останавливаясь, двинулись дальше. Неделю спустя они въехали в Москву.
  
Глава 10
 
Как всегда после, длительного отсутствия, приходилось погружаться, с головой во всю накопившуюся текучку. Такова логика власти никому нельзя доверять абсолютно — время от времени необходимо проверять даже тех кому доверяешь абсолютно.