Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)
Началась большая стройка. Одни возводили частокол, другие лихорадочно копали основание для жилых строений — трактира и барака, где он предполагал разместить своих бойцов. Третьи возили брёвна из уже порядком вырубленного леса, шумевшего неподалёку.
Наёмники не особо ворчали, деньги Никитин им платил исправно, да и то, что они осели не в какой-то глуши, а на перекрёстке Большого Тракта многим пришлось по душе. Шестиградье было для многих из них далёким захолустьем, и особо туда никто не рвался.
Подстёгивало так же чувство опасности — сожженные дома были живым напоминанием этому. Особым энтузиазмом здесь конечно не пахло, но, тем не менее, работа продвигалась довольно споро.
Часть крестьян, он отправил на разведку в ближние леса, чтобы заготовить и привезти брёвна, той древесины, что была в близлежащих лесах, им уже явно не хватало. С крестьянами пришлось отправить десятка два воинов. Еще десяток человек мотались, где только можно по окрестностям в поисках глины для кирпичей.
Работы хватало всем. Кузнецам пришлось спешно распаковывать свои походные горны. Глухой стук топоров, звонкие удары молота по металлу в наскоро оборудованных кузнях, мычание животных и крики людей всё это витало над стройкой.
Часто от дороги прибегали посыльные с различными предложениями от купцов, и приходилось покупать, покупать и покупать. Нужно было продовольствие, то для окон нужна была специальная ткань, а то вдруг сегодня подкатился Медведь и с ходу начал начинал намекать, что нужны девки-рабыни.
— Не понимаю, как ты без бабы так долго обходишься капитан! А здесь у нас пятнадцать полных рук мужиков, а рабынь то у нас всего десяток. Парням приходится своей очереди долго ждать. Они уже на жен крестьян начинаю поглядывать! Да и тебе бы надо девку прикупить!
— Ладно, надо так покупай! — пожимал плечами Никитин, и довольный Медведь побежал торговаться и смотреть живой товар.
Сотник искренне недоумевал, почему Сергей неизменно отказывается от этих послушных и забитых женщин. Правда, действительно стоящих гетер никто особо не предлагал, в основном женщины, проданные за долги или рабынь в нескольких поколениях.
Ну не нравились они ему, может быть если бы была благородная дама то гм… может быть, а может быть и нет. Молодой организм систематически требовал своего, и приходилось, резко изымать сексуальную энергию перераспределяя её в солнечное сплетение. Помогало конечно, но всё равно хотелось… а в Шестиградье к Лиме всё никак не получалось выбраться.
Вскоре вновь прибежал сотник, требуя, чтобы Сергей сам посмотрел товар. Никитин всех рабынь раздел и лично осмотрел. Троих отобранных Медведем, он забраковал. У одной были подозрительные высыпания пониже живота, у другой были вздувшиеся лимфатические узлы, у третьей не понравился язык и язвочки вокруг рта. Никаких особых эмоций эти раздетые женщины у него не вызвали, сейчас он был просто врачом на медосмотре, да и на что смотреть. Безучастные, покорные ко всему готовые лица, да и уровень низкий, все принадлежали к человеческой расе. Для его дружинников в самый раз, но не для него. Больше у купца ничего интересного не было.
Торговцы живым товаром, стали с тех пор довольно часто заворачивать к нему. Сергей охотно покупал мастеров и ремесленников. С мужчинами-рабами заключался контракт. Три года купленный раб носил ошейник и получал небольшие деньги, потом ошейник снимался, и у него появлялся выбор или идти на все четыре стороны или остаться и работать за хорошие деньги.
Правда, Никитин так поступал только с мужчинами-рабами, что делать с женщинами он так и не решил окончательно. Свобода в этом мире, была больше мужской привилегией, и что эти женщины стали бы делать с этой свободой, было непонятно. Большинству из них было просто некуда идти.
Землянин как мог, облегчал им их незавидную участь, те из его дружинников, кто вел с рабынями довольно грубо, с ходу получал двадцать плетей, но большего он пока не мог ничего сделать для них. Он надеялся в будущем всё-таки выдать их всех замуж, но до этого будущего ещё надо было дожить.
Дни летели. Недели через три местность преобразилась — все сгоревшие дома были разобраны, а вдоль дороги протянулся двухметровый, длинный, хоть и редкий, частокол со рвом. В одном углу, ближе к воротам, даже построили небольшую вышку для наблюдения за дорогой.
Никитину как обычно повезло — по тракту постоянно проходило множество самого разнообразного люда. За это время он нанял две артели строителей со своим инструментом, которые теперь заканчивали отделку большой гостиницы и барака за ней. Каменщики заканчивали постройку печи — пока ещё для сушки кирпичей, потом они из этих кирпичей будут класть домну, потом… потом много ещё чего нужно будет делать.
Множество путешественников было готово за небольшие деньги, а то и за возможность плотно пообедать заняться какой-нибудь чёрной работой — копать ров, тесать камень или дробить его в щебень, работы хватало на всех. Некоторым из них, кто не ленился, Сергей предлагал остаться у них. Так время и летело — в трудах и заботах…
Землянин вышел на дорогу и огляделся. Длинный ряд неплотно пригнанных брёвен с белыми заострёнными концами, уходил вдаль, в башенке маячил силуэт часового. Чуть дальше тоже шёл частокол из разносортных деревьев, но пониже, метра полтора в высоту — там Сергей планировал ставить на отдых большие караваны.
Там весело стучало несколько топоров и один, за одним поднимались столбы. Вскоре там вырастут навесы для тех, кто не особо склонен переплачивать за проживание в гостинице. Лесу вокруг сильно поубавилось, и теперь можно было разглядеть изгиб речки, которая раньше не была видна из-за деревьев.
Справа и слева от дороги на пепелищах выросли ряды палаток, а кое-где уже потихоньку начали закладываться дома. Крестьяне, которые переехали вместе с ним, пока жили в палатках больших и малых, но вскоре все они надеялись получить свой дом, а пока спешно распахивались все свободные окрестные земли и готовились к посевной. Так что в скором времени в его маленьком феоде будут свои продукты.
Следующим шагом станет закладка трёх новых домен и нескольких кузен. Ближе к реке он планировал разместить несколько мастерских, так что строителям и плотникам здесь ещё много предстояло потрудиться.
— Так! Всё ли я вспомнил? — подумал Никитин, уже несколько одуревший от всей этой суеты требовавшей его личного участия. — Ах да забыл! Нужно будет сделать нечто вроде полосы препятствий, для моих орлов, и это даже нужнее сейчас чем мастерские. Надо бы ещё не забыть набросать проект водного колеса…. Ох, Бог ты мой на кого бы это всё скинуть?! Не на кого, всё на мне!
Его размышления прервал грубый окрик. Никитин торопливо сошёл с дороги, уступая дорогу повозкам. Около гостиницы остановилось несколько повозок. С передней спрыгнул толстый мужчина, судя по добротной куртке, купец или охранник и поспешил к открытым воротам. Минут через пять их караван уже втягивался за частокол. Там уже сейчас можно было разместить несколько сотен фургонов, и купцы потихоньку начинали здесь останавливаться, пополняя его кошелёк.
А траты были очень солидными, по его подсчетам, с учётом жалования, он уже потратил больше пяти тысяч золотых монет, на обустройство и закуп необходимых товаров и конца краю, этому всё не было.
— А вот ещё забыл! Надо бы сделать лесопилку, сколько леса переводим из-за того что нет нормальных досок! — он вытащив вощёную дощечку и сделал соответствующую пометку.
— Домну надо спешно закладывать! — в очередной раз подумал он. — Плуг надо ещё сделать и не один, а три или четыре. А то как сделал в прошлом году один плуг так только им и пользуются до сих пор! А что делать — не получается сделать всё сразу!
Да и не хотел он, честно говоря пока не хотелось ему замахиваться на многое, ему пока непонятен был его статус на этой территории принадлежащей теро. Их патрульные отряды часто проезжали мимо него, даже пару раз останавливались на обед, но ничего конкретного патрульные ему не говорили.