Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

— Я есть хочу! — недовольным голосом произнесла Тифа за его спиной.
— Спускайся к нам вниз, там и поешь… — предложил ей Никитин и закрыл за собой дверь.
Тифа что-то недовольно пробурчала ему вслед, но он не обратил на это внимания.
Вновь усевшись за стойкой, землянин незаметно от веселящейся публики передал ему тяжёлый мешочек. Боктор ленивым движением смёл мешочек со стола, умудрившись при этом забросить его себе во внутренний карман куртки.
— Значит так… — деловым тоном начал он. — Есть у меня мой сородич, он служит сотником у этой Ящерицы.
— Какой Ящерицы? — удивился Сергей.
— Ну, так зовут этого парня, что уселся на Скальный Трон. Его полное имя Огненная Ящерица из Ке. Так вот завтра я отправлю к нему своего человека, он поговорит с Ящерицей. Думаю — тут он начал медленно загибать толстые пальцы — дней через десять, ну пятнадцать он вернётся обратно из Хебо и расскажет как там дела.
Трактирщик выжидающе уставился на Сергея. Быстро обдумав ситуацию, он предложил:
— Идёт!
Оба они синхронно стукнули друг друга, по плечам заключив, таким образом, сделку.
— Эй, малый тащи кувшин! — кликнул Боктор пробегавшему мальчугану.
— Ах, да ты же не пьёшь! Всё время забываю! Ну что ты за ловец удачи!
— Уж, какой есть! — развёл руками Никитин — Ничего за меня вон Медведь выпьет — заценит твой кувшин.
Трактирщик покосился в сторону Медведя.
— Только, чур, я пью первым, а то он успеет осушить этот кувшин за один глоток — он гулко захохотал от своей шутке.
Неожиданно по трактиру прошла волна движения, и раздались удивлённые крики. Никитин обернулся посмотреть и мысленно выругался. Со второго этажа, одевшись в богатые одежды и с диадемой в чёрных волосах, неторопливо спускалась Тафа. Довольная произведённым эффектом, она неторопливо спустилась в зал и подсела к Медведю с Гафтом.
Большая часть постояльцев, откровенно пялилась на Тифу понятно каким взглядом, но кое-кто смотрел на это сексапильное диво, отнюдь не вожделённым взглядом. Их глаза оценивающе глядели на диадему, где ярко переливались несколько крупных камней.
— Балуешь ты свою рабыню! Эта штука на ней тысячи на три потянет! — быстро оценил диадему Боктор.
Сергей кисло кивнул, ему не нравилось, что Тифа привлекла к себе такое внимание. Он кинул на неё недовольный взгляд, но она приняла его хмурый взгляд, за ревность и ещё больше стала кокетничать. Наконец перед ней поставили еду и она, наконец, принялась, есть.
— Да! Батор будет здесь — завтра! — вспомнил трактирщик — У него сейчас двадцать бойцов, ну десяток-другой бойцов он ещё наберёт. А у тебя сколько будет?
— Ну, человек двадцать наберу.
— Нормально! — одобрил Боктор — Хватит, чтобы отбиться от шальных ребят.
Ему принесли кувшин, он налил себе в кружку.
— За нашу удачу! — вслух произнёс он и опрокинул её себе в рот. — Эх, хорошо! Жаль, что ты не пьёшь! Ладно это твоему Медведю — он с сожалением придвинул кувшинчик к Сергею.
Никитин щёлкнул пальцами, привлекая внимание Гафта и, когда тот прибежал, указал ему на кувшин.
— Это вам от Боктора!
— Ух, ты! — восхитился парень и, бережно держа кувшинчик в руках, поспешил за свой стол, где его появление вызвало бурю восторгов и завистливые кривые усмешки соседей.
— А что из себя, представляет этот рудник?
Боктор задумчиво почесал волосы.
— Я там давно был. Ну, яма там огромная, ну и там рабы руду добывают и наверх по канатам поднимают. Кузни там ещё есть. — он наморщил лоб припоминая подробности — Несколько деревень неподалёку есть. Провинция бедная, кроме рудника ничего там нет. Поэтому и просит дёшево уже за десять тысяч готов отдать, а поторговаться так и за пять отдаст. И будешь ты у нас кером Саж!
— Кером стать дело нехитрое, там ещё и удержаться надо.
Трактирщик развёл руками.
— Ну, ты сам туда лезешь. Только вот не уверен я, что ты парень потянешь это, ох не уверен. Зачем тебе туда лезть? Сколько денег можешь потерять на этом!
— Надо Боктор, надо!
— Ну, ты деньги платишь, тебе и решать… — поставил точку в этом споре Боктор.
 
Хлопнув землянина по плечу, он направился осматривать своё хозяйство. Проводив его взглядом, Никитин, отправился за свой стол, где Тифа рассказывала, как они выбирались из города, где свирепствовала эпидемия и, что там творилось в это время.
Присев рядом с ней, Тифа тут же крепко прижалась к нему, отчего сидящие вокруг мужчины хмуро взглянули на него. Некоторые из них демонстративно, с вызовом усмехались, глядя на его, отнюдь не рослую фигуру, но Никитин окинул их безразличным взором и обнял Тифу за талию.
Девушка ещё полчаса красочно расписывала, и как могла, приукрашивала, как на них охотились те, кто заболел чумой, заставляя бывалых воинов поёживаться. Одно дело бой — там всё ясно и понятно, а вот эта незримая и неизлечимая болезнь, от которой никак не спасешься, заставляла многих из них теребить свои амулеты.
Смеркалось. Многие посетители начали расходиться. Мальчишки притащили десятка два плошек, где неярко горели потрескивающие фитильки. Внимание Сергея привлекли растения, которые стояли около окон, когда стало темнеть, он с удивлением заметил, что они начали мягко светиться в темноте. В прошлый раз он как-то не обратил на них внимания.
Никитин подошёл поближе и пригляделся к одному такому живому светильнику. От мясистого ствола разбитого на отдельные сегменты, отходили плотные мясистые зелёные листья. Сергей осторожно провёл пальцем по листику — палец слабо засветился в полумраке гостиницы.
— Неплохо! — хмыкнул он. — Десяток-другой таких растений в комнату и можно жить с комфортом и электричества не надо!
От наёмников Никитин уже слышал, что есть такие растения, которые освещают по ночам дома, но считал это обычными байками, которые от скуки в изобилии рассказываются у костра.
Сзади подошёл Медведь, тоже удивлённо хмыкнул, глядя на светящиеся растения и, ничего не сказав, вновь уселся за стол. За окном было непривычно темно, сегодня было пасмурно, и свет многочисленных звёзд не разгонял наступившую темноту.
Землянин мельком оглядел стол, за которым сидели его люди, там уже вовсю стучали костяшки. Медведь с Гафтом играли по маленькой с двумя принятыми в отряд новичками. Судя по довольной физиономии Гафта, ему сегодня везло. У остальных, судя по ругательствам, сопровождавшим каждый бросок костяшек, дела обстояли неважно.
Тронув за плечо Тифу, которая с азартом наблюдала за игрой, он указал ей наверх. Девушка недовольно скривилась, но послушно пошла, наверх захватив с собой одну из плошек с горящим жиром. Сергей тоже взял одну плошку, и сопровождаемые танцующими тенями они поднялись в комнату.
Тифа сразу уселась на кровать и зевнула, после чего стала не торопясь снимать с себя одежду, дразня его.
— Тифа у меня к тебе одна просьба! — начал Никитин.
— А… — застыла она, отвлёкшись от стягивания с себя многочисленных одежд.
— Так вот Тифа! Я хотел тебя попросить, что бы ты, не одевалась так богато, да ещё с этой диадемой. Нам сейчас ещё нельзя привлекать к себе излишнее внимание, а твоя диадема довольно приметна, сегодня её заметило очень много народу, и по ней могут выйти на наш след.
Тут Тифу прорвало, Никитин знал о её вспыльчивом характере, но сейчас он впервые ощутил это по максимуму.
— Что я теперь до конца жизни не смогу выйти в хорошей одежде! Неужели то, что мы взяли…
— Заткнись! — резко произнёс Сергей.
Она на мгновение опешила, так он с ней никогда ещё не разговаривал! Девица открыла рот, чтобы достойно ответить ему, но Никитин поспешно шагнул к ней и, закрыв ладонью её рот, спокойно произнёс.
— Я ещё раз говорю, заткнись. Здешние стены имеют уши, и то, что ты сейчас будешь кричать, могут услышать чужие. Ты понимаешь это?
Она торопливо закивала головой.
— Вот так-то лучше.
Никитин убрал ладонь от ее рта и, глядя в её глаза начал медленно говорить: