Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)
Очень давно здесь стояли города выходцев из Бартхеша, но лет шестьсот назад страшное землятресение стёрло с лица земли почти все прибрежные города почитателей бога-паука, и здешние города и земли быстро захирели и запустели.
Потом на эти земли пришло несколько новых плёмён людей, и они потихоньку начали здесь обстраиваться и строить новые города на месте старых.
Большинство торговцев, конечно, отправлялось в город Тину, который был не только самым крупным городом Шестиградья, но и самым крупным портовым городом на всем побережье Жёлтого Моря. Он был самым старым из городов Шестиградья, выходцы из этого города основали ещё два города Тану и Туру.
Здесь, да и в некоторых других землях, если город основывал другие колонии, то они обязательно брали первую букву от названия города-прародителя, признавая, таким образом, его главенство и первородство.
В обмен на это они получали защиту и покровительство метрополии. Остальных города были основаны пришлыми племенами, которые оседали в этих землях и тоже со временем строили города.
Откровенно говоря, помимо этих шести крупных городов, было здесь еще два или три небольших городишка, расположенных за пределами торгового пути, но их никто не считал за города, так мелочь. Деревня, она и есть деревня.
Издревле по этому тракту из степей Джерги, где жили кочевые племена ханатов и их соседей аданов, везли товары. Иногда мелкие кланы шалили на тракте, но их быстро или изгоняли или уничтожали, поскольку в нормальной торговле все были кровно заинтересованы.
Из земель аданов везли шкуры и войлок, топлёный жир, пряности. В землях ханатов были месторождения золота и олова. Здесь, в городах Шестиградья, особенно ценилось олово.
Все города Шестиградья традиционно торговали лесом, мебелью, древесной смолой, но наиболее богатый выбор был, конечно, в Тине, куда со всего света везли товары по земле и по морю.
Так было до недавнего времени. Теперь, всё изменилось, большинство ханатских кланов Джерги, объединились и пошли войной на Шестиградье.
Интересно было то, что племена аданов не принимали участия в этом нашествии, что было очень странно. Обычно именно аданы, время от времени, совершали набеги на здешние города.
Видимо ханаты, понадеялись на своих новых мохнатых союзников, да и добычей видимо не захотели делиться со своими хищными соседями. Сергей только качал головой, слушая все эти местные хитросплетения.
Предательство Альбиноса позволило ханатам уничтожить несколько лучших боевых дружин городов Шестиградья и теперь им оставалось только уповать на крепкие стены и тех немногих оставшихся у них войск, отрядов наёмников и городское ополчение.
Вот уже четыре недели как не было обычных торговых караванов. Купцы и тысячник, имевший на базаре свою лавку, подсчитывали убытки, но что самое плохое никто не мог сказать ничего определенного, когда это всё закончится.
Кое-кто начал потихоньку сворачивать свои торговые дела, но таких было очень мало, большинство купцов верило, что многочисленная дружина Тины, сумеет сломать незваным пришельцам хребет и после этого всё вернётся в привычное русло.
Так уже было лет двести назад, когда несколько кланов Джерги сумели даже захватить и разорить один из городов — Туру, но объединённое войско городов, наголову разбило захватчиков. Сейчас повторялась похожая история, но вот только нынче у кочевников появились воины-собаки и колдуны, которые оказались страшной силой. Теперь, многие из воинов, склонялись к тому, что в открытом поле их не победить.
Плохо было и то, что сейчас между городами не было единства, как раньше и никто не верил друг другу, все предпочитали отсиживаться за стенами городов и не спешили на помощь соседу.
Пройдясь по странным союзникам кочевников, Зонтер стал нахваливать их топоры. Как оказалось, сотник оказался страстным коллекционером всевозможного оружия и жалел, что им в руки так и не попало это чудесное оружие.
— Ах, какой топор, какая сталь, ничего подобного не видел. Как они ворота рубили, щепки так и летели, ещё немного и они бы нас всех покрошили! И откуда у этих мохнатых такое дивное оружие? Всё бы отдал за такой топор!
Никитин согласно покачивал головой. О своём трофейном топоре он благоразумно промолчал, он и так сожалел что в трактире уступил минутному мальчишескому порыву — похвастаться что он такой крутой. Хозяин вновь отхлебнул пива.
— Да и сами они откуда взялись? Никто не знает, хотя кое-кто из пришлых купцов говорил, что они с неба свалились — недоумевал он.
Никитин уже не знал, что ему делать плакать или смеяться, разговоры у сотника, почти слов в слово, повторяли разговоры, которые уже были в таверне у Бурума.
— Может быть, они и правы!. — вдруг встрял в разговор один из десятников с обоженным лицом — Отродясь таких тварей мы не видывали! Сколько уже веков с ними воюем, да и не похожи они ни на какую расу! Демоны это! Проклятые колдуны вызвали их!
Другой десятник согласно закивал головой.
— Точно демоны и оружие у них заколдованное. Один из моих парней, говорил, что этот топор, с одного удара разрубает кинжал хорошей ковки.
— Там рубили шлем, здесь кинжал сейчас начнут вспоминать оружие — с лёгким юмором подумал Сергей.
Так и произошло, разговор после этого перешёл на оружие, собеседники принялись вспоминать клинки, которые прошли через их руки. Заметив кинжал, который висел на поясе у Никитина воины деловито, опробовали бронзу, сошлись, что клинок хороший, но у сотника лучше. Никитин не стал возражать.
Потом разговор вновь перешёл на топоры мохнатых, собеседники вновь отхлебнули пива и опять принялись спорить.
— Если они начнут вспоминать что за Жёлтыми морями есть нечто подобное, то я точно загну что-нибудь, вроде того, что за Белыми морями делают сталь куда как лучше! — мрачно подумал Никитин.
Женщины устав от мужской говорильни начали собираться, сотник, опомнившись, хлопнул одну из них по заднице и указал наверх, очевидно выбрав на эту ночь, после чего спор опять возобновился.
Мелькали названия городов и имена мастеров, которые ничего не говорили Никитину. Что бы не выглядеть полным невежей, он как бы случайно вспомнил, что в деревни амазонок делают оружие из сока одного из растений.
Его собеседники в немом изумлении уставились на него.
— Да какое это оружие из него получится — презрительно скривился Зонтер — дикари они, чего с них взять.
Десятники согласно закивали головами. Никитин упомянул, что копьём с таким наконечником одна из амазонок, убила пантеру. Собеседники не поверили, Сергей сказал, что у него есть с собой пара таких наконечников. Что тут началось, все рванулись к нему смотреть на диковинку.
Управляющий быстро принес несколько факелов и все, пошатываясь, двинулись в апартаменты которые, ему отвели. Никитин слишком поздно вспомнил, что в рюкзаке у него лежит ещё и топор, который так хочет заиметь сотник, но предлога отделаться от этой компании он уже не сумел найти. К счастью он вспомнил, что эти наконечники лежат у него отдельно в одном из карманов рюкзака, так что топор можно будет не показывать.
Покачиваясь на узких ступеньках, изрядно принявшие вояки, ввалились в комнату, управляющий услужливо посветил ему, пока он вытаскивал их кармана рюкзака один из наконечников.
Никитин подал сотнику наконечник, мужчины долго дивились на незнакомый материал, потом сотнику пришло в голову, сравнить его с его коллекцией и гуляки всей толпой теперь повалили, в его апартаменты.
При виде такого количества народа голая женщина лежащая на кровати испуганно пискнула и поспешно натянула на себя шкуру, но на неё никто особенно не обратил внимания, все стали с интересом пробовать новую игрушку.
После недолгих испытаний все признали что он, конечно, похуже, чем из закалённой бронзы, но для боя сгодится. Собеседники часто переходили с торгового на местный диалект, отчего Никитин временами терял нить разговора.
Под конец утомлённый всем этим Никитин подарил сотнику этот наконечник. Обрадованный воин стиснул его в крепких объятьях, тут же распорядился, что бы его гостю теперь не в чем не было отказа.