Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

— Ну, два дня я шёл по джунглям, потом помог спастись одной женщине-охотнице. В благодарность за это её племя приютило меня, погостил я там у них.
Никитин весело взглянул на наёмников, те понимающе усмехнулись, молодой парень сделал неприличный жест, Никитин развёл руки — да было дело. Потом вытащил свою прозрачную флягу и продемонстрировал окружающим, все с любопытством вертели её в руках, один из них, даже поскреб ногтем непривычный материал и вернул обратно, покачал головой.
Такого здесь не видели, Фитул вернул ему флягу. Никитин убрал её обратно в рюкзак и закончил свой рассказ.
— Вывели они меня из джунглей и я несколько дней пробирался сюда, костёр не разводил, прятался от всех в траве вот и дошёл.
— М-нда — неопределённо произнес капитан наёмников.
— Бывал я в этих краях и не раз. — задумчиво произнёс трактирщик — Вдоль той дороги мы часто, в своё время, засаду делали и в том овраге тоже сидели. — Он задумался, видимо вспоминая былое. — Только как ты смог так быстро убежать от них, эти мохнатые на своих быках быстро несутся, так что пешему от них не удрать, а до джунглей там не близко.
— Да не близко, — Никитин согласно кивнул головой — один из них уже почти настиг меня — тут он сделал продолжительную паузу.
— Ну и что, что дальше было то… — нетерпеливо выпалил молодой парень, который подшучивал над трактирщиком.
Вместо ответа Никитин вышел из-за стола, подошёл к своему рюкзаку и, вытащив из него топор, положил его на стол. Все заворожено уставились на фиолетовую сталь топора, потом руки всех присутствующих непроизвольно потянулись к этому дивному оружию.
Глаза мужчин, с малолетства приученных к оружию, горели при виде новой смертоносной игрушки. Рука Фитула первым легла на рукоять, он повертел его и так и эдак, оценивая баланс, удовлетворённо кивнул, потом ногтем попробовал сталь. Изумлённо выругался, когда ноготь в момент оказался срезанным.
Капитан обернулся к трактирщику, тот понимающе кивнул, ненадолго вышел и вскоре возвратился, неся в руке старый кожаный шлем с нашитыми на нём медными полосками.
Бурум поставил шлем на край стола, и кивнул, давай мол, Фитул коротко размахнулся, лезвие молниеносно опустилось на шлем, и все ахнули. Лезвие топора разрубило шлем на две половинки, но помимо этого оно отхватило и край стола.
— Хорош! Ах хорош! — трактирщик, от восхищения ударил себя по отвислому животу.
Фитул задумчиво посмотрел на половинки шлема, потом поднёс лезвие ближе к глазам и присвистнул.
— Никогда такого не видел — признался он — даже маленькой зазубринки нет! Странный металл, видел я как то у одного топор из чёрной бронзы, хорошее у мужика оружие было, но это — он ласково погладил топор — это лучше. Да и легче. Нет не бронза, точно!
Дальше топор перешёл в руки трактирщика, который провел ногтем по лезвию, слегка порезался и, хмыкнув, передал оружие дальше. Сунув порезанный палец в рот, он задумчиво покачал головой:.
— Нет, такого металла я тоже не видел.
Все примеривались, качали головами и с вздохом сожаления передавали дальше. Когда оружие попало в руки Зуба, он даже понюхал сталь, потом покачал головой и сказал:
— Видел я нечто похожее, далеко отсюда, за Жёлтым морем, дней сто ещё ехать, есть там одно место, там куют похожее оружие, правда, цвет металла немного другой — он задумчиво сковырнул лезвием щепку от многострадального стола — но это лучше.
Наконец оружие вернулось к нему и Никитин, под завистливые взгляды убрал топор обратно в рюкзак, предварительно надев на лезвие узкую полоску из затвердевшего сока, сделанную ещё в джунглях. Без этой полоски топор мог легко прорезать ему рюкзак.
— Вот гляди на этого парня, — трактирщик ткнул пальцем в молодого наёмника — моложе тебя, а уже всё у него есть! Это тебе не языком трепать. Даже на топор позаботился нашлёпку сделать, сразу видно хозяйственный малый.
Парень уныло кивал головой, соглашаясь с трактирщиком.
— Ты ещё за него свою дочку выдай — хмыкнул Фитул.
— Да хоть сейчас бы и выдал, если бы он захотел. — трактирщик лукаво взглянул на него. — Ну, чего берёшь?
 
Никитин усмехнулся и помотал головой.
— Да только чую я, он парень не промах, что ему моя дочка! Он и дочку кера может себе взять, с таким то топором. Да за такой топор кучу денег парню любой отвалят, не задумываясь.
Разговор после этого пошёл исключительно об оружии, все стали вспоминать, что у кого было, да сколько заплатили за него. Оружие здесь, надо сказать, стоило раза в два-три дешевле, чем за переходом.
Выяснилось также, что при осаде, оборонявшиеся, вроде бы захватили у мохнатых два таких топора. Все принялись с жаром спорить, кому они достанутся. Одни утверждали что керу, другие что они достались тому кто их первым поднял с земли.
— Да врут они всё это. — махнул рукой Зуб, обрывая их спор. — Никому, эти топоры не достались, мохнатые их все с собой утащили! Я сам тогда на стене стоял, когда они своих раненых обратно волокли. Не было там под стенкой никаких топоров! Щитов да копий валялось немало, а топоры я сам видел, они все обратно утащили. — горячился он — Так, что врут они всё! Там драпанули все, не до трофеев было. Хорошо стены в этом месте высокие, только так и отбились.
— Н-да стоит такое оружие немало. — протянул Фитул после недолгого молчания. — Повезло тебе парень, сильно повезло.
Никитин развёл руками.
— Главное в чём мне повезло, так это в том, что я выжил.
Трактирщик понимающе усмехнулся, протянул, было, ему бурдюк, но, вспомнив, что он не пьёт, сам вновь отхлебнул из него.
Дело близилось к вечеру, солнечный свет уже изрядно потускнел и Никитин спохватился, что ему нужно искать ночлег, оставаться в этой компании ему не хотелось, несмотря на то, что все наёмники дружно уговаривали его остаться. Наконец поняв, что его не уговорить Фитул вызвался проводить его к дому тысячника.
Пока они шли по извилистым закоулкам, Фигул уговаривал его влиться в их отряд, обещал хорошую долю в добыче, вот только где они эту добычу возьмут, не говорил. Отделывался общими фразами. Доведя его до дома Зонтера, капитан местных наёмников похлопал его по плечу, и быстро зашагал обратно.
Никитин огляделся вокруг, и хмыкнул, тысячник отхватил довольно большую территорию, застолбив её частоколом. Толкнув рукой, массивные ворота, он очутился во дворе и огляделся. Зонтер жил с размахом, всё было хорошо и добротно обустроено. В глубине двора виднелось длинное двухэтажное здание в виде буквы «П».
— Гектара два себе отхватил, дядя не меньше. — прикинул Сергей обежав глазами местность.
По двору важно ходили птицы похожие на индюшек, и что-то деловито клевали и разгребали почву когтистыми лапами, совсем как их земные собратья.
В загонах блеяли козы всевозможных раскрасок, рядом издавали резкие лающие звуки животные, напоминавшие буйвола. По двору взад вперед сновали мужчины и женщины, один из них, поманил его к себе пальцем. Никитин подошел к нему и коротко поклонился.
— Чего тебе надо парень? — его глаза быстро обежали его одежду. — Вроде бы наниматься в работники ты не спешишь.
На несколько мгновений все замерли, рассматривая пришельца, потом беготня возобновилась, только молоденькие девушки, пробегая мимо с любопытством, глядели на его светлые волосы.
— Мне к тысячнику надо. — просто ответил Сергей.
Лицо мужчины сразу помрачнело.
— Не случилось ли чего! Может быть, опять «мохначи» появились? — тревожно спросил он.
— Да нет, все спокойно, он мне велел сегодня к нему придти.
— А— а тогда другое дело. — мужчина с облегчением вздохнул. — Я Провк, управляющий и старший над слугами и рабами. Пошли я тебя провожу к нему.
Управляющий вперевалочку пошел к дому, Сергей последовал за ним. Войдя в дом, они прошли через несколько комнат, судя по запахам, здесь была кухня, и по скрипучей лестнице поднялись на второй этаж.
Здесь они сняли обувь и, пройдя через комнату, завешанную всевозможными шкурами, остановились перед пологом, из-за которого доносился веселый девичий смех и звук льющейся воды.