Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

— Опять убежал! Ну что за охота сегодня! — один из них в сердцах огрел плетью ни в чем не повинное дерево, давая выход своей злости.
Заметив Никитина, который посохом шевелил листья, он направил коня в его сторону, одновременно поднимая плеть для удара, наверное, приняв его за местных жителей.
Никитин расстегнул куртку и, взглянув ему в глаза, положил руку на рукоять кинжала, кроме того, сегодня за поясом у него был, заткнут ещё и метательный топорик.
Всадник, увидев его арсенал, резко остановился, не доехав до него, метров пять. Его товарищ торопливо подъехал к нему и зашептал тому на ухо, Сергей уловил только обрывки фраз.
— Из наших. отряд…
Охотники резко поворотили своих коней и ничего, не сказав, поскакали обратно. Никитин вновь убрал кинжал под куртку. Конечно, он мог отразить нападение и с помощью посоха, но вид кинжала, а тем более метательного топорика, заставлял любого нападающего задуматься о последствиях. Посох здесь не считался за оружие и, его рассматривали просто как палку, а вот кинжал — это считалось настоящим оружием.
Как там говорят мастера дзен:
— Предотвращенный бой — выигранный бой.
Проводив взглядом незадачливых охотников, Никитин вновь неторопливо побрёл по лесу, направляясь к небольшому сосновому бору виднеющемуся неподалёку. К тому времени он нашёл десятка два белых и десятка три подосиновиков и подберёзовиков. В этом бору ему удалось найти ещё десяток боровиков.
— Для хорошего супчика и для жаркого вполне достаточно — радостно подумал он.
Сергею уже порядком поднадоела мясная пища, а грибы давали приятное разнообразие. Он сориентировался на местности, вышел к озеру и, избегая топких участков, потопал в крепость.
Ближе к частоколу к нему в одиночку и группами начали присоединяться наёмники, громко рассказывающее о нынешней охоте и хваставшиеся своими успехами.
Впрочем, за плечами у многих из них ничего не было, так что большинство рассказанных историй было из области обычных охотничьих баек. У Никитина рюкзак был плотно забит грибами, и на него с завистью косились те, у которых за плечами ничего не было.
— Ну а ты чего парень добыл? — поинтересовался у него один здоровяк, за плечами которого болтался тощий кабанчик.
— Да так ничего особенного — честно признался он.
— А чего тащишь то? — не понял здоровяк.
— Грибы тащу.
— Грибы? — удивился тот — Так от них того, помереть можно.
— Это, смотря от каких грибов. Есть такие, от которых, и помереть можно, а я набрал хороших…
— Как ты только такую гадость можно есть — упорствовал здоровяк — вот мясо самое то! Он любовно похлопал рукой по туше кабанчика.
— Нет, грибы это вещь — неожиданно поддержал Никитина, шедший рядом со здоровяком тощий наёмник.
— Ты чего Сиб, — здоровяк даже остановился от изумления — как можно эту гадость употреблять в пищу?
— Да можно, можно знаешь какая настойка из них получается, выпьешь пару кружечек и такое, такое… У тощего не хватило слов он только блаженно жмурился вспоминая.
— Да ну вас! — махнул рукой здоровяк, с опаской смотря на них обоих.
— А ты парень если будешь настойку гнать, свистни мне я тут же прибегу. Давно не ширился… — тощий заговорщески подмигнул ему.
Ошарашенный Никитин только и смог что покрутить головой, от удивления. Все тем временем зашли за частокол и стали пробираться каждый к своим казармам. Сергей сразу пошёл к своей повозки, где он спрятал свой котелок и сковородку, а так же свои другие кухонные принадлежности.
Неподалёку от их казармы было несколько выложенных камнями очагов, где разрешалось разводить огонь. Готовить ему сегодня было не надо — этим занимались рабы, но вот ихняя готовка не вызывала у Никитина никакого аппетита. К тому же к этому времени он уже проголодался, а когда начнётся пир, было неизвестно.
Очаги были расположены на значительном удалении от деревянных зданий, чувствовалось, что пожары здесь были не в редкость. Закопчённый фасад одного дома красноречиво об этом свидетельствовал. Чуть подальше на втором этаже, одного трехэтажного здания, тоже виднелись закопченные окошки.
 
Никитин почистил и промыл грибы, потом принялся их нарезать мелкими кубиками и поставил котёл кипеть на огонь. Бегающий по двору пёс подозрительно посмотрел на него, потом подошёл поближе понюхал грибы и, не учуяв ничего для себя вкусного, побежал дальше.
— Так с первым и вторым блюдами вроде бы я разобрался — Никитин задумчиво уставился в уже начинающий закипать котёл. — Грибной суп с рисом — нормально, а вот что бы придумать к жареными грибам. Рис и крупы ему уже порядком поднадоели, картошка ему всё никак не попадалась, а до макарон здесь ещё не додумались.
Его задумчивый взглядом прошелся по двору и остановился на огромном в человеческий рост лопухе росшему около навозной кучи.
— А что если использовать лопух — подумал он и решительно направился к нему.
У всех наблюдавших эту сцену наёмников попадали челюсти от удивления. Парёнёк с усилием выдернул здоровенный лопух, потом отрезал и почистил его корень, после чего стал с невозмутимым видом обжаривать его на сковородке мелкими ломтиками вместе с репчатым луком.
Наёмники стали быстро заключать пари, через какое время этот сумасшедший протянет ноги. Десятка два людей уже столпились неподалёку от него и с любопытством следили за его приготовлениями.
Вскоре, раздвинув толпу, приплёлся усталый и злой Гафт, присел рядом с ним у костра и брезгливо принюхался.
— Чего у тебя здесь? — он кивнул подбородком, на котором наливался синяк, в сторону сковородки.
— Грибы. — лаконично ответил Сергей.
— И чего, ты эту гадость есть будешь? — Гафт скривился.
— Буду. Хочешь, могу и тебе наложить?
Его помощник с опаской посмотрел на его стряпню и особенно на оставшийся кусок большого корня лопуха.
— А это что такое, откуда ты его взял?
— Да вот там, у навозной кучи его и нашёл.
— Да врёшь ты всё. — недоверчиво уставился на него Гафт.
— Да нет, вот спроси у этих ребят, — Никитин кивнул на окруживший его народ — они подтвердят.
Народ подтвердил. Некоторые довольно красноречиво, при помощи соответствующих жестов, начали сомневаться в его умственных способностях.
— Ну, так ты будешь, это есть? — спросил его один из тех, кто сомневался в его дееспособности.
— Сейчас буду. — невозмутимо ответил Сергей.
Он дожарил грибы, часть из них кинул в бурлящий котел, а часть перемешал с жареным лопухом.
Наложив себе большую порцию своей стряпни в тарелку, он посыпал всё это приправой и взял ложку.
Вокруг него толпа к этому времени увеличилась раза в четыре, среди них он заметил тощего любителя грибной дури, который что-то с жаром объяснял окружающим. Никитин взял ложку и под напряжённым взглядом толпы отправил свою стряпню в рот.
Жареный лопух немного напоминал картошку, вместе с грибами всё было довольно вкусно, он прожевал и проглотил. Конечно, принимать пищу под таким количеством пристальных взглядом ему ещё не приходилось, но он с этим справился и с невозмутимым видом продолжил трапезу…
— Проглотил, проглотил. — пронеслось по толпе.
Вся людская масса приблизилась к нему поближе и, стала напряжённо всматриваться в него, ища первые признаки отравления.
— Смотрите, ребята смотрите. Бесплатное шоу — поглощение грибов. — мысленно усмехнулся он и зачерпнул ещё своей стряпни.
— Одна ложка, две три, четыре — кто-то начал монотонно считать, сколько он уже съел.
— Гони монету — один из наёмников неожиданно хлопнул стоящего рядом с ним — сразу он не помер!
Тот запротестовал, что надо, мол, ещё подождать, завязался спор. Никитин к тому времени осилил уже половину тарелки и произнёс:
— Эх, хорошо!
Услышав это проспоривший с недовольным видом отдал монету. По толпе прошло движение, поставившие на его быструю смерть расплачивались. Минуты через три Сергей с довольным видом доел тарелку и специально для публики изобразил сытую отрыжку.