Тело сдал — тело принял. Книги 1-7 (СИ)

Тут Никитин спохватился, что не успел поужинать и, торопливо побрёл на первый этаж, освещая себе дорогу светильником. Он сел за свободный стол и вскоре мрачно обозревал свой ужин. Всё та же грязная, плохо вымытая посуда. Сергей зачерпнул своей ложкой, которую он предусмотрительно взял с собой и понюхал, это была уха. Он выковырял из тарелки несколько кусков рыбы и, кривясь, стал их жевать.
Уха была жутко пересолена, он, по примеру других едоков, сплюнул кости на пол, и отставил тарелку. На второе был небольшой кусок жирной свинины, к которому девица принесла пиво в глиняной кружке. Свинину он, немного почистив кожу, съел с удовольствием, в отличие от вчерашней курицы она была хорошо прожарена. Пиво особого интереса у него не вызвало. Расправившись с ужином, Сергей направился прямиком к хозяину.
Разъяснив ему свои гастрономические пристрастия и отдав тому ещё две жемчужины, он получил заверения хозяина в том, что с завтрашнего дня его станут кормить получше. После чего отправился к себе в комнату, с наслаждением съев ещё кусочек сот, завалился спать.
Утром он встал довольно поздно, немного подивившись на то что, петухи не кричат, хотя довольно много птиц бродило по двору, что-то поклёвывая.
Как выяснилось позже, здесь была, порода молчаливых петухов, а может быть и не петухов, но похожих птиц. Они только шипели, как земные гуси, друг на друга и на людей. Никитин выбежал во двор, умылся у колодца и, забежав за дом полчаса, занимался физзарядкой, не обращая внимания на ухмылки парня-охранника и его глупые подначки.
Сегодня за столами никого из вчерашних постояльцев не было, торговцы — ранние пташки, все уже разбежались по своим делам. Землянин уселся за стол и с интересом стал ждать, что ему сегодня подадут на завтрак. Как он и просил ему принесли несколько сваренных вкрутую яиц, небольшой кусок копчёного окорка, лепёшку и небольшой котелок кипятка, куда он накидал сушеных цветков.
Эти цветочки он набрал ещё в деревне. По вкусу, они напоминали ему каркадэ. Это был, конечно, не чёрный чай к которому он привык, но это было лучше, чем ничего. Закончив с яйцами, он отдал должное окороку с лепёшкой. Слегка очистив кинжалом мягкую лепёшку от отпечатков грязных пальцев, он разорвал её на части и стал жевать. В лепёшке изредка попадались мелкие камешки, поэтому жевать её приходилось осторожно.
— Неужели трудно просеять муку через сито! — недовольно подумал он, выплёвывая очередной камешек — Что в деревне, что в городе! Цивилизация язви её!
Землянин захватил котелок с настоявшимся питьём с собой наверх, и там с наслаждением выпил несколько чашек чая со щедрыми порциями мёда.
Тело, получившее большое количество глюкозы, рвалось в бой и сегодня, он решил сделать самостоятельную вылазку в город. Девочка ему вчера, уже немного просветила в области местной географии, и теперь он чувствовал, что вполне может обойтись и без проводника.
Отдав котелок хозяину, он спустился с крыльца и на несколько мгновений задумался, не зная, куда направится в первую очередь. После недолгого раздумья он направился на местный базар, мимо которого он проходил, когда вошёл в город вместе с караванщиками.
Теперь, когда он обзавёлся, благодаря кладу, кое-какими деньгами, нужно было срочно обзавестись некоторыми необходимыми ему вещами. Светило вчера и сегодня сильно припекало, обсушивая промытые дождями низины, грязи под ногами стало немного поменьше, но всё равно пару раз он проваливался по щиколотку пока шёл к рынку.
Уже за километр можно было на слух определить, где находится рынок, низкое слитное гудение толпы сразу же выдавало его. Ближе к рынку уже можно было различить отдельные крики продавцов и покупателей. Вначале Никитину пришлось пройти через продуктовые ряды, от которых тянуло жутким зловонием.
К счастью, совсем недавно, здесь прошли сильные дожди, смывшие большую часть нечистот, но и оставшейся грязи хватало с избытком. Особенно мерзко воняло возле скотобоен, где жалобно ревел рвущийся из загонов скот. Животных убивали и тут же разделывали дюжие молодцы с огромными топорами в руках. Кровь и ненужные внутренности отбрасывались в сторону, где моментально пожирались собаками, больше похожими на волков.
 
Внезапно один из мясников размахнулся и высоко подбросил большой кусок мяса окровавленной рукой, псы с рычанием подпрыгнули, но никто из них в прыжке не достал мясо, которое ловко поймал другой мясник. Так несколько раз они кидали мясо, взад-вперёд смеясь над беснующимися псами. Наконец один из них неудачно кинул этот кусок и один из псов вцепился в него, вся свора тут же набросилась на счастливчика, по земле заметался пёстрый клубок тел, шерсть летела клочьями.
Мясники подбадривали собак довольными криками, чувствовалось, что подобные низкопробные зрелища они частенько себе устраивают. Мигом сбежалась толпа. Сергею пришлось несколько минут пробираться сквозь неё.
Заросшие человеческие лица, мало, чем отличались от звериных морд кусающих друг друга. Люди плотно окружили грызущихся зверей и подбадривали их громкими криками.
Временами казалось, что некоторые из этих людей вот-вот кинутся в эту драку и станут, подобно им свирепо рвать и кусать своих соперников. Сергей внимательно вгляделся в эти беснующиеся человеческие лица. Вот молодой парень с переломанным носом, рядом с ним, подпрыгивал от возбуждения довольно пожилой тип, потрясая палкой. Лики, нет, не лики, лица, тоже не то слово — хари, это ближе, все они орали и потрясали кулаками и палками, подбадривая своих любимцев.
— Низкий уровень — чего с него взять! Те же инстинкты — подумал землянин, проталкиваясь вперёд.
Немало лиц из толпы действительно очень сильно напоминали волчьи и собачьи морды — эти люди, по всей видимости, не так давно вышли из животного мира и это были их первые инкарнации в человеческом теле.
Никитина передёрнуло от этого зрелища, и он сплюнул и быстро, стараясь не дышать, пошёл прочь от этого неприятного пропитанного кровью места.
— Правда, и в моем мире подобных типов тоже хватает, достаточно приглядеться к публике сидящей на зрелища типа «вышиби другому последние мозги» — подумал он.
Всё-таки в этом мире было явно больше душ низкого, причём очень низкого, эволюционного уровня. На Земле тел-носителей были многие миллиарды, поэтому после смерти душа очень быстро вселялась в другое тело. Соответственно души на Земле более быстро эволюционировали и, сейчас основная масса душ, пребывающая на Земле, находилась, по крайней мере, уже в конце низкого уровня. Здесь же картина была гораздо хуже.
В этом мире тел-носителей пока было не так много, да и свежеиспечённых душ тут хватало, поэтому душам часто приходилось ждать своей очереди сотни лет, прежде чем для неё нашлось бы новое тело. Соответственно и эволюционировали здешние души не так быстро.
— Ладно, хватит размышлять о высоких материях, я сюда пришёл за покупками, в конце концов. — оборвал свои мысли Никитин, едва не угодив в очередную огромную зловонную лужу.
Правда, когда он проскочил зловонный мясной ряд стало почище, таких луж уже не было. Этот базар выгодно отличался оттого, что он наблюдал в Замире, здесь чувствовалось больше порядка. Широкая площадь была щедро засыпана песком, пополам с мелкими камнями. Везде тянулись длинные деревянные прилавки с товарами, лесу вокруг было много, и его не жалели. Был и ещё один приятный момент, вьючные животные на рынок не допускались, поэтому можно было не опасаться утонуть ногой в навозной куче.
На базаре, для перетаскивания грузов, можно было использовать только носильщиков, которые так и шныряли повсюду с кожаными тюками или плетёными корзинами за спиной и протяжными криками привлекали к себе внимание.
За всем этим на базаре наблюдало с десяток стражников, которые зорко следили за соблюдением порядка и, отлавливали воришек. Один из них уже угрюмо сидел на верёвке у столба, вкопанного в центре рынка.
— И что с ними у вас делают, когда поймают? — спросил Никитин у торговца тканями, у которого он щупал приглянувшийся рулон материи, ткань была тонкая и мягкая на ощупь.