Соратники

Пройдя через весь зал, Монстры остановились, и близлежащие первые ряды мгновенно, как по волшебству, опустели. Предводитель Монстров, звавшийся, как знали все в Прави, Левсом, жестом приказал своим воинам занять места, но сам остался стоять и с грохотом опустил на пол перед собой огромный боевой молот.
Левс – наполовину человек, наполовину лев, сам себя назначивший лидером Монстров, выглядел наиболее грозно и устрашающе. Во всей его огромной фигуре чувствовались невероятная сила и мощь, а ловкость, гибкость и плавность движений выдавали опытного и опасного противника. Из одежды на нём были только кожаные штаны да высокие сапоги. Обнажённый торс покрыт множеством татуировок и шрамов. Руки украшали браслеты из кожи убитых врагов, а могучую грудь – ожерелье из зубов, когтей, костей и прочих добытых в боях трофеев, бывших когда-то частями чьих-то тел. Нехитрый наряд дополняла латная перчатка на левой руке с угрожающего вида длинными лезвиями вместо когтей.
Левс грозно прорычал, легко перекрывая гул, поднявшийся в зале после появления нежданных гостей:
– Звезда взошла! Перун мёртв! Быть новому Повелителю, и править он будет от имени нас, Монстров!
Взмахнув молотом, полулев словно припечатал свою фразу, молот обрушился на ближайшую скамью и разнёс её в щепки. Обитатели Прави сначала опешили, а потом вновь заговорили все разом.
Один лишь Боян оставался невозмутим, во всяком случае, с виду. Повернувшись к Левсу, он спокойно проговорил:
– Негоже на Общем Совете силушкой хвалиться, чай не дитё малое. На Совете Царств испокон века друга дружку почитают. Возжелал слово молвить – дождись черёда.
Левс в ответ только отмахнулся высокомерно:
– Не тебе меня учить, старый хрен! Хочешь отправиться вслед за своим господином?
В зале снова поднялся крик, в котором теперь отчётливо слышалось угрожающее рычание присоединившихся к спору Монстров. Один лишь Боян, не теряя достоинства, молчал до тех пор, пока шум, наконец, не поутих. После чего заговорил вновь, продолжив с того места, на котором его прервали, и не обращая более внимания на Монстров, точно их тут и не было.
– Рождение Повелителя в Яви в диковинку для нашего мира, – говорил Боян. – Но раз уж так распорядилась Судьба, нужно отправляться в мир людей и отыскать отмеченного Звездой младенца. Общий Совет решил, что это должно стать привилегией российских царств. Так что все мы, россияне, соберёмся на малый совет и обсудим наши действия. Придём к общему решению, откроем портал и отправим посольство в Явь. Пусть отыщут нового Повелителя и присмотрят за ним – ведь это ещё младенец. А когда царственный ребёнок подрастёт, то…
Снова раздался грохот, – это перебил речь Бояна удар молота.
– Не будет никаких посольств! – взревел Левс. – И ждать мы не намерены! Кто первым найдёт Повелителя – то царство и будет править. И хватит пустых разговоров. Открыть портал, и немедля!
Последние его слова потонули в рёве Монстров и возмущённом гуле, волной пустившемся по залу. Добрая половина собравшихся повскакивала на ноги, жители Прави что-то кричали во весь голос, перебивали друг друга, отчаянно жестикулировали – и никто никого не слышал…
* * *
В чертоге Боян провёл рукой над хрустальным жёлудем – и исчезла волшебная картинка, пропал образ Зала Советов, словно его и не было. Соратники, до сего мига замершие, как истуканы, шумно задвигались, заскрипели тяжёлыми стульями. Старый сказитель горестно вздохнул.
– Долго сие длилось, зреть далее толку не будет, – пояснил он.
– Но портал-то отворили всё ж таки? – нетерпеливо осведомился Кощей.
– Отворили, – кивнул Боян.
– В одну сторону али в обе? – заинтересовалась Яга.
– В одну. Только для нас. Людям из Яви в Правь по-прежнему ходу нет.
– Добились-таки своего пёсьеглавцы поганые, – покачал головой Леший.
– Что греха таить, – снова, ещё горше, вздохнул Боян, – побоялся Совет им перечить. С тех пор как Левс сумел самого Перуна в битве одолеть, все Монстров боятся. Только одни впрямую в этом признаются, а другие, особливо из тех царств, что поновей, – скрывают да притворяются. Со сколькими их жителями я говорил, со сколькими колдунами и магами, коих последнее время несть числа развелось, – те всё больше отмахиваются да хорохорятся. Делают вид, что не воспринимают пёсьеглавцев всерьёз. Нам-де Монстры не страшны, на нас они не нападали, а нападут – так мы их быстро на место поставим. Вот только верят ли они сами в то, что говорят? Ведь каждому ведомо, что сила у Царства пёсьеглавцев особая. Ни у одного другого царства в Прави такой силы нет.
 
– Но как так вышло-то? – недоумённо поинтересовался Водяной. – Откуда ж у них такая сила взялась, что никто их одолеть не может?
– Увы, никому то неведомо, – развёл руками Боян.
– Верно, из Яви та сила к ним идёт, – предположил Леший. – Уж больно пёсьеглавцы у людей ныне в почёте.
– Твоя правда, – закивали головы Горыныча. – С тех пор как Монстры в силу вошли, люди ко всем, кто раньше у них в почёте был, интерес потеряли – и к супергероям, и к охотникам за нечистью, и к роботам в человеческом обличье. Хотя, казалось бы, только вчера поклонникам их в Яви имя было легион…
– Может и так, – хмыкнула Яга, – да вот мощь таких царств всегда недолговечной оказывалась. Как быстро увлекались ими люди – так же быстро и забывали. А Перун всё это время как был Повелителем – так и оставался.
– Только теперь и его правлению конец пришёл, – Кощей не счёл нужным скрыть злорадство в голосе. – Теперь вот новый владыка народился.
– Так выходит, вся власть в Прави отныне достанется тому царству, кое первым в Яви новорожденного Повелителя найдёт? – уточнил Водяной.
– Так хотят Монстры, – кивнул Боян. – Кто найдёт младенца раньше остальных и успеет короновать в Зале Совета до тех пор, пока на небосклоне не погаснет Вещая Звезда, от того царства Повелитель и будет править. А уж что будет, коли власть таким образом достанется поганым пёсьеглавцам, не ведающим ни доброты, ни жалости, ясно каждому. Поработят они все царства…
– И много ли царств собрались на поиски? – заинтересовалась одна из голов Горыныча, вроде бы средняя.
– Кроме Монстров – никто, – объяснил Боян. – Все на Совете согласились с Одином, что раз звезда над Россией взошла, значит, это дело одного из наших царств. И не стали вмешиваться.
– А другие русские царства? Кроме нашего, Тридевятого? – продолжила расспросы Яга.
Боян покачал седовласой головой.
– Никто больше не вызвался. Сдаётся мне, просто побоялись. Всякому ведомо, что выйти на бой с чудищами – это как на верную смерть.
– А мы что же? – насупил зелёные брови Леший. – Нешто и мы побоимся? Нешто измельчало наше Тридевятое царство? Нешто ж нет в нём больше доблестных воинов да богатырей?
– Есть-то есть, – покачал головой Боян. – Да уж больно непросто пёсьеглавцев одолеть. Им ведь числа нет!
– И откуда их только берутся такие полчища несметные? – вскинулась правая голова Горыныча и пыхнула огнём, опалив паутину на стенах и потолке, отчего мизгири, лишившиеся своего убежища, в страхе разбежались по углам. Яга поёжилась брезгливо, проводив взглядом особо крупных пауков, тревожно, по-женски огляделась исподволь вокруг себя, нет ли их рядом.
– А на то есть у них секрет один, – невесело усмехнулся Кощей. – Слыхал я, владеют пёсьеглавцы диковиной, что способна мёртвых оживлять. Оттого и не убывают их ряды. Сколько бы их в битве ни полегло, – а на терновом мосту, что ведёт в Навь, уж много лет как ни одного чудища не бывало. Правду ведь я говорю, да, Яга?
Та лишь неопределённо буркнула что-то в ответ. Взор её был по-прежнему устремлён на Бояна.
– Стало быть, нашей силой Монстров не одолеть, – заключил тот. – Как ни бейся, – а без помощи Повелителя никуда.
– Но ведь новый Повелитель, что в Яви народился, – человек, не нам чета, – задумчиво промолвил Леший. – Захочет ли он править по указке пёсьеглавцев?