Играя с огнём
А они…
К слову, с момента нашего расставания с Оливейра я успела уже и возненавидеть Рафаэля, и соскучиться, и обругать, и поплакать. И вообще…
В общем, это были самые жуткие недели в моей жизни!
Волчица ещё лишь подливала масла в пламя нашей тоски, отказываясь даже оборачиваться. Я вообще её слабо ощущала, словно та впала в спячку. Только родители заперли дома, не позволяя отходить от него дальше забора.
Забора, который поставили специально для обозначения моих границ!
Вот и кто они после этого?!
Нет, я их отчасти понимала. После моей попытки в первый же день сбежать в Рио, применив свой дар на охранниках, меня и дальше порога не пускали. А после вот дворик для прогулок организовали.
А потому обрадовалась их отъезду, словно ребёнок подарку!
Честно говоря, так толком и не поняла, для чего они полетели в Париж. Только уловила посыл о том, что там живёт сестра папы (сколько, интересно, ещё открытий семейных меня ожидает?), у которой недавно умер муж. Так и получилось, что меня оставили на попечение близнецов. Близнецов, которые отказывались уговариваться мне помочь!
Уже битых три часа ходила за ними хвостом, доставая своим нытьём. В итоге, братья привели меня к себе домой, на кухню, где предложили с чувством, с толком, с расстановкой привести доказательства целесообразности моего желания поехать к Оливейра.
И вот тут-то и случилась загвоздка.
Ну, вот что я им могла сказать, помимо, что соскучилась и желаю вернуть себе мужа?!
То-то и оно, что этого оказалось совершенно мало для того, чтобы и Кир, и Демьян прониклись моими страданиями.
Тут я их тоже понимала. Им же потом отвечать перед родителями, случись что. Да и в принципе, что из посёлка вывезли. А наши родители — не те, гнев кого стоило игнорировать.
— Ну, мальчики, ну, пожалуйста, — уселась перед ними напротив через стол. — Не могу я больше здесь торчать. Понимаете? И мы ведь ничего плохого не сделаем, — принялась вновь их увещевать. — Просто слетаем в Рио. Я поговорю с Рафаэлем. Всё.
— А ты уверена, что он ждёт тебя? — поднял свой взор на меня Демьян, будто в самую душу заглянул. — Прошло уже довольно много времени, а он ничего не сделал для того, чтобы тебя вернуть, — прищурился, крепче сжав в руках свой телефон.
Опустив взгляд, сосредоточила внимание на своих ладонях, которые сжала в кулак до оставшихся следов на коже от ногтей.
— Если и так… — голос позорно дрогнул. — Пусть он скажет мне это прямо в лицо. Ты же знаешь, я не из тех, кто станет уговаривать или закатывать истерики. Я просто молча уйду. Но я хочу знать. Не могу больше жить с этой неопределённостью, — на мгновение прикрыла веки, в очередной раз шумно выдохнув.
Ответом мне стало молчание. Братья хоть друг на друга и не смотрели, но была уверена, что мысленно вели свой отдельный диалог. Итогом этого стал мат Кирилла, который поднялся со своего места так резко, что стул, на котором он сидел до этого, с грохотом упал на пол.
— Я присмотрю за кланом, — только и сказал по итогу, одарил меня мрачным взором, а через секунду послышался шумный хлопок двери.
Демьян тоже ничего не сказал. И тоже одарил меня мрачным взором. А после поднялся из-за стола и направился к лестнице, ведущей на второй этаж.
— У тебя час, чтобы собрать, что нужно, — бросил приглушённое на ходу.
— Да! — выдохнула радостно, бегом отправившись домой, собираться в дорогу.
О том, что Демьян может оказаться прав, и всякие рыжие и бесстыжие мне совсем не будут рады, я старалась не думать. Уж слишком велико было нетерпение, которое подогревалось ещё пробуждением волчьей сущности.
В общем, готова я была не то что через час, а уже через пятнадцать минут.
И даже по-прежнему мрачные выражения лиц близнецов не унимали моего воодушевления и предвкушения от встречи с Оливейра.
Демьян, впрочем, больше мучился расставанием с Анюткой. И мне на мгновение даже стало стыдно, что я вынуждаю его расставаться со своей парой. Но радость от приближающейся встречи с Рафаэлем затмевала всё остальное.
— Надеюсь, я получу по шее от отца не напрасно, — проворчал себе под нос Кирилл вместо прощания.
— За маму спрячешься, — отшутилась я в ответ, обнимая его за талию.
— А от неё меня кто спасёт? — продолжил вредничать братец.
— М-м-м… Анюта? — предложила невинным тоном. — Она своими невинными глазками похлопает, и мама отступится.
На этот раз ответом мне послужил неопределённый хмык.
— Валите уже, — махнул рукой Кирилл. — Может, и вернуться до их приезда в Москву успеете, — протянул с надеждой.
— Если не вернёмся, спрячемся у Демона в Эмиратах, — рассмеялся подошедший Демьян в обнимку с Аней и хлопнул своего близнеца по плечу. — Переждём бурю, потом вернёмся, да? — подмигнул уже мне.
— На крайний случай, беременную Селену привезём. Она расплачется, и нам всё простят! — согласилась важным тоном. — Ну, папа точно…
— Хм… — задумался над моим предложением Кирилл. — А вы не могли бы её с собой сразу привезти? — явно оценил такой вариант.
— Ну, если опоздаем, так и быть, залетим в Эмираты, — пообещала ему. — Всё равно опаздывать же будем. Днём раньше… Днём позже… Погоды уже не сделает, — вздохнула, поморщившись. — Хотя такую Селену, я вам скажу, следует принимать дозированно, — припомнила плаксивость сестры. — Даже Доминик страдает от этого, а это уже показатель!
— Хм… — это уже Демьян задумался и посмотрел на брата. — Если что — клан белых рядом, — улыбнулся нервно. — Против бабушки и деда точно не пойдут!
— Да ладно вам! — не выдержала я. — Вы будто похороны планируете собственные! Всё будет хорошо!
Ну, я надеюсь…
— Вот только попробуй ошибиться в своих прогнозах на наше будущее, — показательно пригрозил Кирилл, хотя былая мрачность всё же стёрлась с его лица.
— Ну, всё, валим, — подтолкнул Демьян меня в спину на выход. — На телефоне, — махнул рукой брату.
Правда, выйти мы не успели. Всё тот же Демьян неожиданно развернулся, вернувшись к Анютке, и властно поцеловал ту. И только после этого быстрым шагом покинул дом, ухватив меня за руку.
Я и пикнуть не успела, как оказалась усажена в машину, а через мгновение мы на всей скорости тронулись с места. Естественно, до аэропорта добрались как никогда быстро. Да и нужный рейс ждать не пришлось, так что уже через семнадцать часов моих мучений я выходила из аэропорта Рио-де-Жанейро.
На некоторое время замерла на месте, подставив лицо палящему солнцу Бразилии.
Надо же, а я, оказывается, успела соскучиться по этому городу.
— Ну, что? В отель, закинем вещи, а после в его офис? — уточнил остановившийся рядом Демьян. — Чёрт! Вот уж не думал, что снова окажусь здесь, — добавил с весельем. — Демона не хватает только.
— Зачем он тебе? — сделал вид, что удивилась. — У тебя есть я! — заметила с гордостью.
Брат на это рассмеялся и приобнял за плечи, ведя в сторону стоянки такси.
— Действительно, о чём это я, — улыбнулся.
— А чего вы в прошлый раз здесь делали с ним? — полюбопытствовала, когда мы уселись в салон нанятого автомобиля.
— Бурую вредину спасали, — фыркнул насмешливо Демьян. — Рафаэль одному наркобарону дорогу перешёл, Демон тому добавил, умыкнув Селену практически из-под носа. Тот урод отомстил, застрелив твоего Рафаэля и снова выкрав сестрёнку. Она тогда как раз забеременела. Дальше, думаю, не надо пояснять, что было? — сверкнул на меня серым взором с алыми бликами на дне зрачков.
— Ну да, — согласилась, не став расспрашивать.
Зная Доминика, вряд ли, там кто-то в живых остался в принципе. Даже для допроса. И, кажется, я теперь знаю, откуда у Оливейра шрам на груди.
Эх, за Селену он и то больше беспокоится…
Так обидно стало.
Может, зря я эту поездку затеяла? И лучше улететь, пока не поздно, обратно домой?
Хотел бы, чтобы я была рядом с ним, всё бы уже для этого сделал. Огонёчек не из тех, кто просто так отпустит, если не желает. Уже не раз успел доказать. А раз отпустил…