Играя с огнём

Ну, как можно не улыбнуться ей в ответ? Снова.
— Любишь аттракционы? — уточнил, прищурившись. — Никогда не посещал подобные места, — признался следом.
— Не поверишь, я сама там один раз только была! Папа на моё десятилетие снимал весь парк, — рассмеялась. — Значит, пойдём? А то потом меня не пустят, — тяжко вздохнула.
Я же взглянул на циферблат наручных часов. Время близилось к ночи.
— Придумаем что-нибудь, — заново улыбнулся девушке.
— Ну, можно и завтра, — заметила она на мой жест.
— То есть ты до сих пор сомневаешься во мне, да? — усмехнулся встречно.
Вроде уже должна понять, что я всегда получаю желаемое.
Так или иначе. Независимо от обстоятельств.
— Я сомневаюсь в вашей бессонной выносливости, синьор Оливейра. Вы четвёртые сутки без сна. Заснёте мне там, и что я с вами делать буду? — сложила руки на груди, глядя на меня заинтересованно.
— Можешь укрыть одеялом и пожелать сладких снов, синьорита референт, — хмыкнул на такое заявление, передразнив её тон. — Ещё и референта себе нового искать придётся, — вздохнул, вспомнив о насущном.
— Что? Как это нового?! Сам сказал, что ни через месяц, ни через год не уволишь! — возмутилась тут же серая волчица. — Да я тебя за это… — замолчала, с серьёзным выражением личика придумывая для меня месть. — Я тебя засниму и Доминику отошлю фотографию, — заявила важно. — А уж он с близнецами что-нибудь точно придумает! — вздёрнула подбородок.
— Насчёт увольнения, скажем так… — протянул задумчиво. — Это было больше провокацией для одной маленькой обманщицы, нежели тем, что я действительно собирался сделать, — пояснил, обхватив её лицо, вынуждая вновь смотреть исключительно на меня. — Тем более, на тот момент я не собирался на тебе жениться. К тому же, личные взаимоотношения в моём офисе не приветствуются, ты же помнишь? — склонился к ней ближе, почти касаясь сладких чужих губ своими. — А будешь угрожать… — невольно ухмыльнулся. — Придётся принять меры.
— А я и не просила на мне жениться, — пробурчала недовольно Ангелина. — И неуставные отношения со мной заводить — тоже. И вообще, ты же меня скоро папе вернёшь, — съехидничала. — Так что… — замолчала, улыбнувшись многозначительно. — Ты прав, нового референта тебе точно надо будет искать. Как и жену, — припечатала невозмутимым тоном.
Вопреки словам, её сердечко с каждым мгновением билось всё громче и быстрее.
— Вот уж не думал, что тебе действительно нравится на меня работать, — отозвался, не скрывая удивления.
Новую жену искать, значит — не только референта…
Мечтай, девочка, дальше, если тебе так нравится жить иллюзиями.
Не отпущу!
Даже если весь мир перевернётся.
Мой — уже давно перевернулся, в конце концов, так что терять нечего.
— Да какая теперь разница, — вздохнула в очередной раз, нахмурившись, и дёрнула головой в сторону в желании разорвать прикосновение.
Только кто бы ей позволил.
— А знаешь, лгунья из тебя действительно никудышная, — хмыкнул, притягивая её к себе ещё ближе, одаривая коротким поцелуем в уголок губ, после чего и вовсе перетащил к себе на колени, крепко прижав за бёдра. — После того, как разберусь с проблемой, ты вернёшься в Рио. И твой отец тебя не спасёт от этой незавидной участи, если ещё не поняла. А насчёт референта… Если будешь очень убедительна, может, и не придётся другую искать, — пообещал, смягчив собственный ультиматум. — По крайней мере, в ближайшее время, — поправил сам себя, не сдержав предвкушающей улыбки.
— Между прочим, не спои ты меня, не скоро бы узнал, кто я такая, — парировала Ангелина. — Я же тогда проболталась, да? — уточнила больше для проформы. — И я с удовольствием посмотрю, как ты заберёшь меня у родителей и с острова, — совсем радостно заулыбалась.
— Тогда проболталась, да, — не стал отрицать, через короткую паузу добавив с ласковой улыбкой: — А ещё у тебя удивительно прекрасный цвет глаз. Не спутаешь ни с каким другим. И про океан, и свою семью ты, даже будучи трезвой, слишком много болтаешь. А семья у тебя… Хм… Довольно своеобразная.
 
Обо всём остальном…
Не сейчас.
— Да, но ты почему-то ни разу не задумался над моими словами, — ухмыльнулась. — Я вот всё ждала-ждала…
— Ну, если тебя это успокоит, скажу, что ничего прям конкретного, ты мне так и не сказала тогда, — отозвался снисходительно. — Правда, считаешь, ни разу не задумался? — хмыкнул в довершение, не спеша уточнять истинный посыл и сжал объятия крепче, с наслаждением вдыхая присущий волчице аромат цветущего сада с яблочным привкусом.
— То есть у меня ещё есть надежда, вырасти достойным партизаном? — отшутилась она, запустив руки в мои волосы. — И, конечно, ты задумался. Я ж столько интересовалась твоей невестой. Сложно было не задуматься. Кстати, ответы как-то вот с реальностью не вяжутся. Говорил, нет никаких отношений, и не будет, а сам… женился. И кто из нас больший обманщик, синьор Оливейра? — зажала волосы на макушке в кулак, чуть натянув, вынуждая посмотреть на неё. — И это была жестокая месть тем утром, между прочим, — прищурилась, задумчиво глядя на меня. — И ты так и не рассказал мне о той ночи. Что было.
— Жестокая месть? — переспросил насмешливо. — Поверь, солнечная моя, я был очень-очень мягок и великодушен, — проговорил снисходительно. — А на той Ангелине Рязановой, с которой я не должен был никогда знакомиться, я, и правда, никогда бы не женился, — дополнил уже серьёзнее. — Это тебе к твоему вопросу о том, что было бы, если б ты действительно являлась просто моим референтом и ничего больше, синьора Оливейра, — показательно выделил обращение.
— Вот я так и знала, что не стоило соглашаться на уговоры Селены, — вздохнула наигранно грустно. — На будущее, Огонёчек, — протянула самодовольно, — если я когда-нибудь и стану твоей синьорой Оливейра, то только потому, что сама этого захочу, — одарила серьёзным взглядом. — Поцелуй меня, — внезапно попросила негромко следом.
— Что за нравы пошли? Замуж она не хочет, а поцелуй хочет… — покачал головой, удручённо вздохнув.
— Ты прав, — покивала Ангелина с важным видом. — Совсем меня испортил. И, раз я теперь вся такая плохая… — весело улыбнулась, прежде чем самой впиться в мои губы жадным поцелуем.
Внутри в одно мгновение настоящий пожар разродился. Едва сдержался, чтобы не зайти дальше. Мне стоило огромных усилий ограничиться одними лишь поцелуями и банально не выпроводить из машины третьего присутствующего, который старательно делал вид, что не замечает происходящего, концентрируясь исключительно на дороге и вождении. Так и прошло всё оставшееся время до момента, как весь наш многочисленный эскорт прибыл в пункт назначения.
Ангелину я оставил в том ресторане, о котором упоминал прежде. Всех сопровождающих — также с ней, так что поднимался на нужный этаж в одиночестве.
Верховный уже ждал в зале Совета. Сидел в кресле у самого окна и задумчиво смотрел на открывающийся городской пейзаж. Ещё одно кресло стояло напротив него. Одетый во всё чёрное подстать собственной внешности, с взъерошенными волосами и небритый. Ещё и курил. Вишнёвый ароматный дымок поднимался наверх, утягиваемый вентиляцией под самым потолком. Заметив меня, он стряхнул пепел в пепельницу, которую держал в другой руке, а после и вовсе затушил сигарету.
— Присаживайся, — опустил всяческие приветствия, отставив пепельницу на стол, и вперился в меня непроницаемым взглядом.
Прежде видеть самого старшего по рангу среди всех оборотней приходилось лишь пару раз, да и то недолго, а о том, какой он, ходило слишком много слухов, так что решил с собственными выводами не торопиться. Просто последовал его предложению и уселся в одно из кресел напротив стола, кивнув вместо приветствия.
— Йен О'Двайер, — вздохнул он устало. — Можно просто Йен. Ну, или Верховный. Тут уж как тебе удобнее, — продолжил изучать внимательным взглядом мою персону. — Ладно, рассказывай, что у вас конкретно происходит в Рио, — сложил рук на груди, вытянув ноги.