Играя с огнём

Сестра тяжело вздохнула.
— Даже и не представляю, что ты ему такого сделала, что он настолько зол на тебя, — промямлила она, а через короткую паузу продолжила уже более бодрым голосом: — На самом деле, контракт, действительно можно расторгнуть в любой момент. Просто, если Рафаэль так категорично настроен, придётся выплатить неустойку… и позвонить папе. А то… эта неустойка, как три наших клановых посёлка обойдётся, — помолчала ещё немного, добавив совсем тихо: — И остров.
— Слов нет… — пробормотала. — Цензурных, — дополнила и без того понятное. — Ты чем вообще думала, когда решила провернуть эту аферу, Лен? Зная, что в случае чего придётся выплатить такую огромную сумму? Да ты бы хоть предупредила, я б сидела мышью под столом, не вылезая. Да и вообще бы не стала соглашаться на это всё. А теперь — что? Идти раскрывать карты и говорить, кто я есть? Хорошая идея, кстати, — заметила ей на полном серьёзе.
— Предупредила? — внезапно сменила тон на деловитый. — Слушай, дорогая моя младшая сестра, чтоб ты знала, этот пункт есть в договоре у каждого сотрудника компании Оливейра. И ни разу ещё он его не применял! Ну, до тебя, — коротко хихикнула. — Ты что ему такого сделала, а?
— Знаешь, дор-рогая моя старшая сестра, — передразнила её с рычанием, — ты прекрасно знала, что я ни черта не смыслю во всём этом деле. Это же ты у нас учёная. И не знаю я, что такого сделала. Вчера приходил ваш Лукас, немного раздраконил Рафаэля, тот меня и уволил, когда я отказалась переезжать из отеля. Правда, потом, ночью уже, подкараулил на пляже и извинился. Вроде… — закончила неуверенно, не помня этого факта.
— Вроде? — отозвалась заинтересованно Селена. — А ну-ка рассказывай всё! — велела командным тоном.
— Я не помню! — взвыла в отчаянье. — Он принёс какой-то вишнёвый напиток. Вкусный такой. Меня после этой бутылки в сон потянуло… — замолчала, не зная, стоит ли продолжать.
— А потом? — с нажимом протянула родственница.
— Говорю же, не помню! — рыкнула, снова разозлившись на себя. — Кажется, я заснула всё-таки. Проснулась уже у себя в номере, — снова опустила подробности пробуждения.
Наверное, стоило бы сказать, вдруг это как-то с утром связано, но говорить о таком было неловко.
— И? — как будто чувствовала, что я недоговариваю. — Ангелина, если ты действительно “просто проснулась у себя в номере”, вряд ли бы Раф был сейчас настолько зол, — протянула мстительно. — Ты вообще хочешь, чтобы я помогла, или нет, в конце концов? Договаривай уже!
— Придушить я тебя хочу! — прошипела я. — Я не одна проснулась.
— Ммм… И с кем же тогда? — уточнила родственница.
Вроде бы голос звучал нейтрально, но так и представила себе, как сестрица сейчас старается сдержаться от сопутствующих комментариев и замечаний.
— Догадайся с одного раза, — съязвила ей в ответ.
— Ну-у… — протянула, очевидно, ещё одна бесстыжая, хоть и не рыжая. — Как вариант, с Лукасом. Тогда, кстати, понятно будет, чего так Раф взбесился…
— И чего? — уточнила я для проформы, стараясь не замечать ноток любопытства в собственном голосе.
И вовсе мне не интересно.
Если только чуть-чуть…
— Как это чего? — фыркнула Селена. — Ты что, реально не понимаешь? Ты же сама сказала: он извиняться к тебе приходил… Луна! Ангелина, вот ты сколько времени провела с Рафом? Ты хоть раз видела, чтоб он перед кем-нибудь извинялся, а? — вздохнула. — Всё ещё не доходит до тебя что ли? Он, может, серенады тебе не поёт, но ты ему явно не безразлична. А кому понравится, если девушка, на которую ты обратил внимание, спит с другим? — задала риторический вопрос, добавив мрачно: — Женихом, к тому же… М-да…
— Да в том-то и дело, что я с ним проснулась! — уже на истерике выпалила.
Слёзы уже давно закончились, почти сразу как начались, зато теперь меня обуяло неподконтрольное веселье. В слова сестры верилось с трудом. Точнее, совсем не верилось. Про интерес огненного волка. Если только на одну ночь. Впрочем, он вон и взбесился после этой самой ночи.
— Видимо, недоволен остался, — добавила сквозь смех.
 
— Эмм… вот прям так сразу и недоволен? — скептически хмыкнула на это девушка.
— Да откуда я знаю? — вздохнула устало. — Я не помню ничего. Совсем. Только как засыпала на его плече на пляже. А ещё он меня теперь с чего-то "солнечная моя" зовёт, — припомнила его обращение.
— То есть, проснулись такие, а он тебе сразу в лоб гадости говорить, прибавив к этому “солнечная моя”? — съехидничала Селена. — Ангелина, ты в своём уме?! А ну, быстро мне всё рассказала, как есть! Если, конечно, ты не собираешься реально на него работать до конца дней своих… — хмыкнула многозначительно.
— Не собираюсь, хотя работать с ним интересно, — призналась честно, а после собралась с мыслями и всё-таки рассказала ей про произошедшее этим утром. — Вот как-то так, — закончила повествование с тихим вздохом.
Заново воцарившееся молчание длилось ещё дольше былого…
— Как вариант, ты можешь попробовать с ним помириться, — предложила в итоге Селена. — Но я бы лучше сразу папе позвонила, — добавила совсем тихо. — Хотя… Слушай, ты сейчас чем занимаешься?
— Сижу на полу в своём номере и с тобой разговариваю, — отозвалась невозмутимо, а после добавила уныло: — Папа нас прибьёт… Или скорее даже мама… — потёрла лицо свободной ладонью, которой до этого всё волосы перебирала.
— А к нему когда собираешься? Или не собираешься?
— Не знаю… Ты мне скажи, — нагло перевела стрелки на старшую из нас. — Ты же у нас опытная…
— Кхм… — отчего-то закашлялась сестра. — Думаю, будет правильно постараться наладить с ним отношения. В конце концов, не желал бы тебя видеть, сам бы и уволил, и всё. А тут… — в очередной раз замолчала. — Ты, главное, помни о том, что не тебе одной бывает одиноко. Даже если он сам для себя это не признаёт.
— Да лучше бы уволил, вот честно, — парировала ей. — Вся эта афера уже вышла из-под контроля. И единственное, что меня удерживает от звонка папе — неустойка эта долбанная. Не хочется вешать на него свои проблемы. Да ещё в таком эквиваленте, — фыркнула раздражённо. — Слушай, а может, рассказать ему правду, о том, кто я, и что здесь делаю? Может, тогда и неустойку не надо будет платить. Документы же подписывала Микаэла Мартинс, а не Ангелина Рязанова. А первой и вовсе не существует в природе. Так что в некотором роде они получаются не действительными. Или как?
Селена ответила не сразу. Молчала около минуты, обдумывая мои слова.
— Не думаю, что стоит это делать, — наконец, заговорила. — Он и без того сейчас сильно зол на тебя, а если ещё и про нашу ложь узнает… Лучше пока не говорить, в общем. Сперва помирись с ним, а там дальше видно будет, как лучше поступить.
Пришла моя очередь взвешивать все "за" и "против".
— Тебе виднее, — высказалась по итогу. — Ты его лучше моего знаешь. Но мне это всё не нравится, если хочешь знать. Мы заигрались, и мне даже страшно представить, чем это может обернуться. Вдруг Рафаэль решит отомстить потом как-нибудь? А он может… — закончила говорить совсем тихо. — И будет в некоторой степени прав, — добавила с укором.
Сестра в очередной раз шумно вздохнула.
— Скажешь. Вот как остынет немного, так и расскажешь, — согласилась она, явно недовольная этим фактом. — Только не в ближайшие дни. А лучше вообще недельку выждать.
— А если он приставать будет? — пробормотала я растерянно.
Какие-то у меня не радужные перспективы вырисовывались в голове. И интуиция подсказывала, что лучше бы бежать мне из Рио. Только вряд ли меня сейчас один огненный волк выпустит из города.
— Ну-у… — протянула Селена со смешком. — Я даже не знаю… Расслабиться и получать удовольствие? — предположила, явно издеваясь. — Всё равно раз уж всё было, хоть узнаешь, каково оно на трезвую голову.
— Вот была бы ты рядом, я б тебя стукнула! — зашипела на неё. — Я ведь серьёзно, а ты…
— А что я? — сделала вид, что удивилась. — Брось, Ангелин, если ты не захочешь — ничего не будет. Не насильник же он, в конце концов.