Играя с огнём

Не удержалась и снова рассмеялась.
Мало мне Селены! Теперь ещё и эти…
Луна! За что?!
— Ну уж нет, парни! Ни за что! Я в этом не участвую! — поспешила откреститься от подобной перспективы.
— Почему? — нахмурились снова.
И вот как им объяснить, что я здесь вообще, чтобы расторгнуть помолвку как раз с их несравненным Оливейра, а никак не узаконивать её?
— Хватит с меня одного жениха! — выпалила первое пришедшее на ум.
Кажется, ребятки обиделись за своего альфу. Искренне так. Похоже, очень желали помочь тому найти девушку. И почему-то решили, что ею могу стать я.
— В таком случае, жить вам в этом номере и дальше вдвоём! — припечатали и покинули, наконец, этот самый номер.
Я же пребывала в откровенном шоке от последнего заявления.
Наверное, стоило возмутиться, закатить скандал, но на деле я лишь опять рассмеялась.
Этот день определённо бьёт все рекорды по идиотизму!
А чуть позже ко мне снова пришли.
На это раз тот, кто приходил вместе с работницей на рассвете. Тоже огненный волк. Но в отличие от Рафаэля цвет его волос был не столь насыщенный и посветлее, а голубые глаза — слишком прозрачные. Но в целом довольно милый и располагающий молодой оборотень по имени Альберто. На этот раз он принёс обед. Даже компанию мне составил. Очень улыбчивый парень восемнадцати лет. А ещё он очень умилительно смущается по любому поводу!
Совершенно непохожий на всех остальных из свиты охраны.
И откуда только среди оборотней такой экземпляр взялся?!
Даже не знала, что кто-то из нас вообще способен так смущаться!
Немного погодя нашу компанию разбавило появление Пабло, который хотел меня поддержать в самолёте. С ним вместе пришли четверо братьев: Бенисиу, Габриэль, Гильермо и Густаво. Последние мне в качестве извинений за своё поведение и нашего примирения вручили плетёный браслет дружбы.
— Спасибо, — поблагодарила их со всей искренностью. — Очень красиво! — заметила, разглядывая дар.
Сложное плетение из разноцветных нитей выглядело по-детски мило, но я бы подобное внимание не променяла на все цветы мира. Видно же, что ребята старались, выбирали.
В итоге, я и сама не заметила, как вскоре оказалась среди толпы народа. И все что-то спрашивали, интересовались моей личной жизнью. Мне же на самом деле хотелось одного — чтобы они все ушли, но прогнать не решалась.
В целом, волки ничего плохого не делали. Просто рассказывали всякие байки из жизни, ужином накормили. Но для меня такое столпотворение было в новинку и действовало угнетающе. Поэтому, когда прибыл новый охранник, на этот раз с коробкой всяких договоров — обрадовалась ему, как родному. Только, если думала, что это поможет избавиться от гостей — ошиблась. Впрочем, их помощь пришлась кстати.
Бумаг оказалось много и перебирать их мне одной было затруднительно в силу отсутствия опыта. Зато ребята очень быстро сориентировались и организовались. Они откуда-то даже сканер притащили, подключив тот к взятому в поездку с собой ноутбуку. В общем, дело двигалось со смехом и прибаутками. По крайней мере, пока речь не зашла о моей сестре.
— А ведь чуть не поженились. Оставалась какая-то неделя до свадьбы, — рассказывал один из оборотней.
И вот кто мне скажет, почему вдруг стало так обидно и больно до слёз?
Значит, жениться собирался на старшей из нашей семьи, а после, когда не вышло, переключился на младшую?
Как… мило.
И как папа позволил такому случиться?
И почему Селена об этом никогда не говорила?!
Хвала Луне, моё состояние никто не заметил, да и я сосредоточила всё своё внимание на работе. Лишь однажды отвлеклась, чтобы написать сообщение Селене. Хотелось услышать обо всём лично от неё.
Неудивительно, что Доминик так не любит Рафаэля!
Вскоре я даже вошла во вкус рабочей деятельности, мысленно отстранившись ото всех, полностью погрузившись в изучение документов. Наверное, потому не заметила, когда вернулся синьор начальник.
Естественно, войдя ко мне в номер он застал наверняка небывалую картину того, как половина охраны спит, кто где придётся, другие — тихонько переговариваются, стараясь не мешать моей деятельности, а ещё треть — подают мне документы, которые я сканирую, а затем распределяю по папкам, чтобы впоследствии отправить главам нужных подразделений в офисе.
 
Дальше порога Рафаэль проходить не стал. Застыл в открытых дверях, в явном недоумении оглядывая окружающее пространство. Оценивал он сию картину не так уж и долго, а после… грязно выругался и, развернувшись, ушёл, громко хлопнув дверью.
В общем-то, это и заставило меня отвлечься от разбора кипы бумаг и по-настоящему осознать, кто только что к нам заходил.
— А что не так? — поинтересовалась у находившегося рядом Пабло.
Оборотень на это тяжело вздохнул, беспомощно разведя руками. Другие вовсе загадочно хмыкнули, тут же сделав вид, что молчали.
— Ну, и ладно, — пробурчала, возвращая внимание документам, от долгого чтения которых в глазах уже чёрные точки плясали.
Закончила я только к трём ночи.
— Всё! — выдохнула устало, упав спиной на софу и раскинув руки в стороны.
— Жива? — ухмыльнулся нависший надо мной Альберто.
— Не уверена, — призналась честно. — Завтра скажу, — губы растянулись в блаженную улыбку, предвкушая отдых.
— Ладно, отдыхай, — потрепал меня по голове Мигель. — А ну все разошлись, — рыкнул на весь этаж, наверное.
Все, даже спящие, тут же подскочили, и через минуту о присутствии многочисленной толпы мужчин не осталось даже напоминания.
— Надо тоже так рычать научиться, — проговорила себе под нос негромко и прикрыла глаза.
Сил не осталось ни душ принять, ни на кровать перейти, ни вообще пошевелить пальцами рук и ног. Только спать. Так и провалилась во тьму. А разбудило меня довольно холодное, в приказном тоне:
— Просыпайся, Микаэла. У тебя полчаса, чтобы позавтракать и собраться.
— Конечно, папочка, — пробормотала, мысленно отмечая, что какой-то странный голос у папы.
Непривычно резкий и отстранённый по отношению ко мне.
— Теперь я тебе ещё и папочка? — донеслось следом сухое, хотя и с долей откровенной насмешки.
Осознание настоящего приходило медленно, но верно. Тихонько застонав обречённо, я приоткрыла веки, с деланным интересом осматривая нарушителя моего спокойствия.
На Рафаэле была вчерашняя одежда. Заметно мятая. А ещё от него несло женским парфюмом. Несколькими видами.
— Не похож, — вынесла вердикт, мысленно скривившись от окутывающих оборотня ароматов. — От него не разит, как от отдела дешёвой парфюмерии, — поднялась на ноги и немного пошатываясь со сна, направилась в спальню за вещами. — Я, кстати, всё сделала, что вы просили, — отчиталась, доставая из сумки чёрные брюки с широким поясом-корсетом, голубую полупрозрачную блузку и нижнее бельё в тон последней. — И разослала, кому надо, — продолжила говорить, направляясь в душ. — И да, доброе утро, синьор Оливейра. Рада вас видеть, и всё такое. Проходите, конечно же, — не удержалась от ехидства, заходя в ванную. — Я скоро, — пообещала, закрывая дверь на замок.
— Ты просто ох*реть, как любезна, синьорита референт, — всё равно расслышала брошенное мне вслед всё в таком же тоне.
— Я вообще очень милая и хорошая, — поддакнула ему, едва сдерживая смех, и принялась раздеваться и расплетаться.
Что ж, пора признаться себе хоть в чём-то — Рафаэля Оливейра было безумно приятно доставать и злить. Я от этого получала огромное удовольствие.
— Бука, — хмыкнула, подставляя лицо тёплым струям водного потока, льющегося на меня сверху.
Обратно вышла уже полностью готовая к выходу в свет. Правда, волосы на этот раз собрала сперва в хвост, а уже после заплела в обычную косу. Пока разбиралась в этим водопадом малодушно подумала, не постричься ли. Раньше хоть мама помогала ими заниматься, а сейчас одной, да ещё с этой работой — мешаются. Так и вернулась в гостиную, задумчиво накручивая на палец кончик косы.