Зов услышат избранные (СИ)
Покорёженная и оплавленная аппарель десантного челнока с громким скрежетом пошла вниз, и трое Буров в сопровождении Атами спустились по трапу на палубу. За ними штурмовики выволокли пленного таморианского капитана, целого и невредимого.
Принцессу в сопровождении Сурии сразу же отправили в заранее отведенные ей покои. Сейчас не до церемоний, это всё потом, сейчас надо уносить отсюда ноги, иначе Зоты могут потерять возле этой планеты всё!
Капитан крейсера срочно связался с Атами и вызвал их в боевую рубку.
— Берите управление орбитальными крепостями на себя и обеспечьте наш отход, — дал он им команду, как только те вышли из телепортационных врат.
— Мы готовы, — хором ответили Атами, а это значит, что теперь торпеды, пушки и еще какое-то там вооружение крепостей будут направлены только на таморианские корабли.
Стратеги настаивали на том, чтобы активация крепостей была только при отходе. Эта их задумка стоила Зотам двух истребителей и поврежденного крейсера, но, наверное, они были всё-таки правы. Таморы, так отважно вступившие с незваными гостями в бой, скорее всего, решили, что те как-то сумели заглушить их орбитальную оборону и на этом всё, но вот когда спасатели принцессы ее активируют вновь… для них это должно стать очень и очень неприятным сюрпризом. Там уже будет не до погони…
— Начать разгон. Уходим в гиперпрыжок.
Капитан на миг оторвался от управления кораблем и нетерпеливо глянул на Атами. Те замерли на месте неподвижными изваяниями. Но вскоре от них посыпались доклады.
— Коды введены.
— Крепости под нашим контролем.
«Таморы несут ощутимые потери», — послышался голос Сурии, неотлучно находившейся возле принцессы.
Капитан облегченно выдохнул и вернулся к управлению.
День спустя
До выхода крейсера из гиперпрыжка осталось всего несколько минут.
На летной палубе возле отремонтированных и снова готовых к бою истребителей клана Акум собрались пилоты, двое Атами и выжившие в недавней мясорубке штурмовики.
— Вам не обязательно возвращаться на Литэр, — пытался вразумить их капитан. — Начатое вами закончит уже направляющаяся туда ударная группировка наших кораблей во главе с «Гиполисом». Они уничтожат всех Таморов и заберут оттуда Зорга и Хата, живых или мертвых.
— Там Зорг, — упрямо возразили Граик и Сфоген и, больше не говоря ни слова, направились в сторону истребителей.
— Там Хат, — ответил за всех один из пилотов, — Зорг не оставил нашего брата и, рискуя собой, пошел к нему на выручку. Мы спасли принцессу, выполнили свой долг, теперь вольны поступать по законам чести.
— Там наш командир, а мы своих не бросаем, — коротко добавил один из штурмовиков и, поправив на бедре штурмовой бластер, поспешил вслед за другими в сторону истребителей.
Как только «Кусач» вынырнул из гиперпространства, с его летной палубы стартовали восемь истребителей клана Акум и встали на обратный курс в направлении планеты Литэр.
Берсерк
— У тебя пять секунд! — завопила Кира. — Принимай решение.
В голове мигом сложилась картинка: мое полностью обнаженное и обезглавленное тело лежит среди множества поверженных врагов, а оставшиеся в живых таморианские штурмовики, громко смеясь, играют между собой, перебрасывая мою голову друг другу.
От этого жуткого зрелища кровь закипела в венах, и я, поплотнее схватив рукоять бластера, прорычал:
— Бой! Я остаюсь с Шикром, а там будь что будет!
— Принято, — коротко ответила Кира.
И в следующий момент со мною стало происходить что-то странное.
Интерфейс доспеха перед глазами мигнул и осветился красным. Я прям почувствовал, как Шикр уплотнился на груди и спине, как мои руки, плечи и ноги покрылись острыми шипами, на концах которых проявились огненные пульсирующие точки, и я услышал чей-то незнакомый голос. От его низкого тембра мелкие колючие мураши пробежались по спине и ушли куда-то в пятки.
— Я Торк — искин Шикра. Теперь доспех под моим управлением и подчиняется только мне. Включены резервные накопители. Режим Берсерка активирован на сто процентов. Защита доспеха — десять процентов. Вооружение: правая пушка, интегрированная в систему вооружения Шикра, активирована на тридцать процентов; штатная левая — на пятнадцать; клинок — двадцать три; бластер, интегрированный в систему вооружений Шикра — три процента. Рекомендую использовать его как оружие последнего шанса…
Слушая искин Шикра, я следил за обстановкой вокруг. Мой внутренний биорадар подсказывал мне, что противник уже совсем где-то рядом, и они наступают со всех сторон. Враг взял это место в кольцо и постепенно сужает его, тщательно осматривая каждый закоулок.
Ну что же… я считаю, что поступил правильно, оставшись в Шикре. Был, правда, еще один вариант. Настроить доспех на охрану этой местности, и когда тот вступит в бой, самому по-тихому улизнуть. Но тогда потеряется бесценный подарок Крона, а это несмываемый позор на всю оставшуюся жизнь…
Нет уж, лучше прорываться вместе с Шикром, так будет правильно и почетно. Виза если что, поймет и простит…
Из-за угла ближнего ко мне здания появились первые дроны таморианцев.
В затылок как будто воткнулся огненный штырь, и я почувствовал, что больше не управляю своей броней. Режим Берсерка начал действовать.
Против моей воли я поднял с земли ранее поверженного мною «паука» и, прикрываясь его покорёженным корпусом как щитом, бросился навстречу врагам.
Странное ощущение.
Я прекрасно чувствую свое тело, но в тоже время ясно осознаю, что оно совсем не подчиняется мне. Торк управляет мною как какой-то безвольной марионеткой. Мои движения четки, выверены и максимально экономны. Ни одна кроха драгоценной энергии не расходуется зря, и должен признать, что такой способ ведения ближнего боя более смертоносен, если бы Шикром управлял я сам.
Стремительно перемещаясь и прикрываясь от выстрелов противника корпусом дрона, Торк для поражения врагов использовал только мои наплечные пушки. Каждый выстрел достигал цели, уничтожая одну, а то и несколько мишеней разом. Но враг не дремал. Он уступал мне в скорости, но за счет подавляющего превосходства в численности не оставлял мне шанса остановиться хоть на секунду. Стоило мне хоть чуть-чуть замешкаться с противником, как на то место где я только-что стоял прилетала сеть или взымалась земля от частых разрывов зарядов. И всё-таки им удавалось с завидной регулярностью дырявить корпус дрона, превращая его в решето.
От частых попаданий «паук» в моих руках быстро пришел в негодность и в какой-то момент развалился на две неровные половинки.
Резко крутанувшись вокруг своей оси, я запустил ставшие бесполезными железяки в гущу набегавших на меня с тыла врагов и тут же юркнул в сторону. Бросок получился настолько точным, что я сумел повредить дрона, вырвавшегося вперед, и тот на полном ходу принялся забирать влево, смешивая и без того нестройные ряды нападавших.
Непрерывно паля из пушек, я выхватил из-за спины Черныш и вклинился в самую гущу наседавших на меня врагов.
Рубя направо и налево, я уже не разбирался, где дрон, а где пехотинец. Во все стороны летели ошметки тел и детали «пауков».
Сколько времени продолжалась эта битва трудно сказать. Я уже давно потерял счет времени и количеству поверженных врагов. Мои наплечные пушки давно молчат и убраны в свои штатные места, клинок снова потерял свою остроту, и Торк, чтобы сохранить ценное оружие, поместил его за спину.
В какой-то момент интерфейс перед глазами очередной раз мигнул, корпус Шикра окутался смертоносным коконом из красных нитей, и я начал как умалишенный носиться среди разбегающихся в разные стороны врагов, уничтожая их только одним своим прикосновением. Такое оружие я наблюдал ранее у Атами, но никак не подозревал, что у Шикра тоже есть что-то подобное. Доспех выжимал из себя всё, чтобы спасти себя и своего хозяина.