Логово гадюк (ЛП)

— Эй, придурок, это твоя любимая сучка. Открывай! — кричит она.
Я поднимаю брови, но через несколько минут в двери открывается щеколда, являя два ярко-голубых глаза.
— Какого лысого ты приперлась, засранка?
Роксана выпячивает бедро, закатывая глаза.
— Очевидно, чтобы вышибить тебе мозги, — невозмутимо отвечает она, и все мы переглядываемся. — А теперь впусти меня, ты, неприятный человечишка.
Я слышу, как он хихикает, прежде чем защелка захлопывается и дверь распахивается. Должен сказать, парень, который выходит, не такой, как я ожидал. Он массивный, такой же большой, как Гарретт, с руками, способными раскроить череп. Его голова выбрита и покрыта татуировками, рубашка натянута на груди. Он смотрит на нас и прищуривается, его голос глубокий и грохочущий, когда он спрашивает:
— Кто они?
— Друзья, на данный момент. Собираешься впустить нас, или мне придется стоять здесь, пока вы, ублюдки, меряетесь длиной своих членов? — насмешливо спрашивает она.
Он вздыхает, улыбка кривит его губы, когда мужчина смотрит на нее сверху вниз. Она крошечная по сравнению с ним, но по ее поведению этого не скажешь.
— Ты знаешь, что мой больше твоего, мы измеряли в прошлый раз.
— Да, да, ну, ты жульничал, Тайни, так что впусти меня. — Роксана протискивается мимо него, и он следует за ней. Гарретт оглядывается на меня, и я киваю.
Мы входим внутрь, и когда я захлопываю за собой дверь, я вижу, что она ждет внизу какой-то промышленной лестницы. Комната маленькая, не больше лестничной клетки, и когда я оглядываюсь, то понимаю, что здесь есть камеры, автоматическая система блокировки и огромный дробовик, лежащий рядом с дверью.
Удовлетворенная тем, что мы идем за ней, Роксана начинает подниматься по лестнице. Мы следуем за ней, мои глаза прикованы к ее заднице в форме сочного персика, когда она делает два шага за раз. Кажется, Роксана знает, куда идет, и когда мы добираемся до следующего этажа, она поворачивает налево через другую дверь и входит на склад.
Комната огромная, и ребята разделились, чтобы проверить, нет ли там кого-нибудь еще или укромных мест. Я стою и жду, пока она направляется прямо к диванам в центре комнаты и плюхается на них, вытянув ноги на одном из них. Они старые и красные, но ей, кажется, достаточно удобно.
Рядом с Роксаной располагается впечатляющая установка — четыре компьютерных монитора, все повернуты внутрь, с огромным креслом, которое, без сомнения, предназначено для Тайни. В дальнем углу под окнами стоит кровать на полу и шкаф для одежды. Справа — оружейный склад с пистолетами, ножами и даже гребаной ракетницей. Она не шутила, когда говорила, что знает нужных людей.
Тайни шагает мимо меня и шлепает Роксану по ногам, когда он бросается в свое кресло. Она показывает ему язык и поднимает их обратно.
— Так чего стряслось, засранка? Слышал, ты исчезла по семейным обстоятельствам? — издевается он.
Она закатывает глаза.
— Я говорила им, что никто в это не поверит. — Я ощетиниваюсь, думая, что нам придется убить этого человека, но она продолжает, несмотря ни на что. — Просто хочу немного отдохнуть от бара, залечь на дно.
— У тебя неприятности? — интересуется он, наклоняясь вперед.
— Когда у меня их, сука, не было? — смеется она. — Ничего такого, с чем я не могла бы справиться, но мне действительно нужна услуга.
Он вздыхает.
— Конечно, ты здесь поэтому.
— Ублюдок, ты все еще должен мне с прошлого раза, когда мы проснулись на той барже. Не хнычь сейчас, когда тебе нужно отработать.
Насколько близки эти двое? Я прищуриваюсь на Роксану и направляюсь в ее сторону, присаживаясь на подлокотник ее дивана, в то время как остальные завершают обследование комнаты. Тайни не сводит с них глаз, и на экранах компьютеров я замечаю открытую секцию видеонаблюдения, позволяющую видеть весь склад, как на ладони.
— Ладно, какого хрена тебе нужно? — рявкает он.
Роксану, кажется, не смущает его грубость, она ковыряет ногти своим новым ножом, отдыхая. Почему ей не может быть так же комфортно с нами? Я хочу разбить ему харю, прежде чем вспоминаю, что он нам нужен. Роксана сказала, чтобы говорила только она, но я все равно перебиваю.
 
— Мне нужно отследить кое-кого, кто приобрел у тебя документы.
Его лицо застывает, когда Тайни поворачивает свою массивную голову и смотрит на Роксану.
— Девочка, кто, черт возьми, эти парни? Ты рассказывала им всякую чушь обо мне?
Он лезет под стол, поэтому я хватаю свой пистолет и небрежно кладу его на колени в качестве предупреждения. Его глаза сужаются, но он перестает тянуться к оружию.
— Какого хрена тебе надо, чувак?
Роксана вздыхает и садится.
— Убери свой гребаный пистолет, — рявкает Роксана на меня и смотрит на Тайни. — Одолжение, как я уже сказала ранее.
— Сколько это стоит?
— Бесплатные напитки в течение года за счет заведения, — предлагает она, и в комнате воцаряется тишина.
— Удвой, и по рукам. — Тайни протягивает руку, и она пожимает ее.
— В следующий раз, блядь, не приводи этих придурков, тупая сука.
Он смотрит через мое плечо, и я следую за его взглядом на Дизеля, который играет с гранатами из арсенала хозяина.
— Не трогай мои гребаные вещи.
Дизель ухмыляется и отступает, но я вижу, как он кладет в карман гранату, отлично. Повернувшись обратно к Тайни, я смотрю, как он поворачивается лицом к своему компьютеру.
— Кто они вообще такие? Какой-то мужской гарем, который следует за тобой повсюду?
— Точно, — кричит Дизель, прежде чем поспешно оказаться рядом с Роксаной и ухмыльнуться. — Ее гарем.
— Храбрый парень, — бормочет Тайни. — Хорошо, кого мы ищем?
— Насколько храбрый? — вопросительно ухмыляется Дизель.
— Ну, в прошлом месяце я видел, как она чуть не отрезала чей-то член осколком разбитой стеклянной бутылки, которую он бросил в Роксану, когда она разбила ему сердце. Я просто говорю, что вы храбрые ублюдки, — ржет Тайни.
Я смотрю на Роксану, приподнимая бровь, а она просто пожимает плечами.
— Он был груб, плюс это было один раз… Ладно, может быть, и не один раз, но, честно говоря, парни с членами всегда думают, что они знают все намного лучше и могут вести себя так, как будто ты им принадлежишь. Я напоминаю им, что влагалища сильнее, чем члены, так как наши спрятаны внутри, а ваши торчат… будто только и ждут, чтобы их отрубили.
Я скрещиваю ноги и морщусь, даже когда Дизель истерически смеется.
— Не стесняйся, можешь отрезать мой, Маленькая Птичка.
Тайни поворачивается, глядя на Роксану.
— У этого что-то не в порядке с головой.
— Расскажи-ка мне об этом подробнее. — Роксана кивает, наклоняясь вперед, когда Дизель начинает играть с ее волосами. — Хорошо, парень был бы за границей, что еще?
Затем она смотрит на меня, и я откашливаюсь.
— Мужчина, моложе сорока, черноволосый. Нападающему также понадобились бы способы достать оружие, а именно снайперскую винтовку. Как-то завязан со здешними. — Я знаю, что он понимает, что я имею в виду, когда выражение его лица омрачается. — Не местный, которого ты никогда не видел, дорогой.
Он присвистывает.
— Лучше бы тебе выделить мне три годика бесплатной выпивки, когда я пересекусь с ним.
— Так ты его помнишь? — взволнованно спрашивает она.
— Черт возьми, да, чувак был мудаком. Платил хорошо, хотя хотел получить документы в два раза быстрее. — Тайни кивает.
— В курсе, кто его нанял, или, может, вспомнишь какие-нибудь подробности о нем? — спрашиваю я. Мы близко как никогда, причем не только к тому, чтобы найти этого человека, но и людей, стоящих за ним.
Тайни о чем-то спорит сам с собой с секунду прежде, чем взглянуть на Роксану.
— Я хочу напитки с самой верхней полки, сука, — требует он, прежде чем повернуться к компьютеру и начать печатать. — Я проверяю всех, когда они входят в эту дверь, знают они об этом или нет. Вы правы, он немец. Свободный художник, без связей. Тоже хорош, один из лучших, не считая того, что на севере, и его команды.