Логово гадюк (ЛП)

— Дремота ― моя новая любимая вещь, — заявляет Кензо. — Думаю, мне нужно еще немного подлечиться.
Он играет бровями, заставляя меня чмокнуть его в грудь.
— Да, как и моей киске, так что закрой свой рот и давай спать, — приказываю я, и они оба хихикают.
— Так мило, когда она приказывает нам, — бормочет Гарретт, прижимаясь ближе к моей спине. — Детка, ты думаешь, что контролируешь нас?
— Я не думаю, я знаю, что контролирую, а теперь заткнись и дай мне поспать, — требую я, закрывая глаза, и, как я и думала, они замолкают.
Да, я контролирую этих ублюдков, просто они этого не понимают.
  
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ТРЕТЬЯ
 
РОКСИ
После нашего небольшого сна я просыпаюсь раньше других и оставляю их восстанавливаться. Я пишу Райдеру сообщение, в котором упоминаю, что ему может понадобиться доктор, чтобы проверить их, а затем проваливаюсь в изнуряющую дрему в своей комнате. Должно быть, я проспала остаток дня и ночь, потому что, когда я проснулась, снова светило солнце, так что сейчас явно утро.
Наверное, последняя неделя дала о себе знать, но сегодня я чувствую себя полной сил, и когда я потягиваюсь и ударяюсь обо что-то твердое, я даже не кричу, я просто переворачиваюсь, хватаю нож из-под подушки и в мгновение ока приставляю его к его шее.
Дизель едва приоткрывает один глаз, но улыбка кривит его губы.
— И тебе доброе утро, Птичка, — бормочет он, прежде чем схватить меня и снова притянуть к своей груди.
— Ди! — восклицаю я, прижимаясь ближе. Я скучала по этому сумасшедшему ублюдку. Вчера его не было весь день, он был занят работой, как он сказал.
— Я же говорил тебе, что сегодня буду свободен. Ты была занята, — бормочет он, поглаживая меня по спине, даже когда я прижимаю лезвие к его горлу.
— Что я могу сказать, мне скучно, — дразню я, заставляя его смеяться, прежде чем он издает стон.
— Нам лучше встать, сейчас время завтрака, а я умираю с голоду. Если меня скоро никто не покормит, я могу съесть тебя, — мрачно предупреждает он, а потом хихикает.
— В любое время, детка, в любое, блядь, время.
Садясь, я соскальзываю с его груди с ножом в руке и голая иду в душ. Я слышу его стон позади себя.
— Нечестно, Птичка, — слышу голос Дизеля, когда смеюсь и закрываю дверь.
Приняв душ и переодевшись в рубашку, я выхожу, чтобы застать их всех за столом, как обычно. Честно говоря, я скучала по этим встречам за завтраком. Это единственное время, когда мы обычно все вместе, а с возвращением Райдера на работу, с отъездом Дизеля и его занятостью, все стало не так, как раньше. Я опускаюсь на свое место. Райдер наливает мне кофе, а Кензо наполняет мою тарелку, после чего его рука ложится на мое бедро под столом и небрежно поглаживает его, пока я поднимаю другую ногу и кладу ее на колени Райдера.
Его рука опускается на нее и массирует, при этом он продолжает попивать чай из чашки. Вид того, как он это делает, почему-то до сих пор сводит меня с ума. Каждый день я смотрю, как он пьет из нее, как на чертов ритуал, как будто он меня приворожил.
Райдер ловит мой взгляд и подмигивает, а его глаза сегодня кажутся… теплее. Неужели он все больше и больше тает в нашем окружении, а я даже не замечаю? Черт, у него даже нет при себе телефона.
— Доброе утро, любимая, — бормочет он, наклоняется и целует меня так нежно, пробуя кофе на моих губах, прежде чем вернуться к потягиванию чая. — Хорошо, Ди, пора делиться информацией.
— Папаша Триады мертв, выкатился прямо в окно, упс, а вчера я убедился, что в городе не прячутся другие.
Дизель ухмыляется, открывая зажигалку и прикуривая сигарету, а затем защелкивает ей. Его ноги поднимаются и громоздятся на стол, он скрещивает ноги, продолжая курить.
— Гарретт, как ты себя чувствуешь?
Гарретт пожимает плечами и доедает свой завтрак, откинувшись назад.
— Нормально, доктор обработал раны.
 
Он подмигивает мне, заставляя меня хихикнуть.
— Кензо? — спрашивает Райдер.
Кензо наклоняется ко мне, продолжая поглаживать мое бедро.
— Заживает и все в порядке. Можешь благодарить Рокси за наш откат.
— Не-а.
Я качаю головой.
— Это все вы, ублюдки. Я была там, невинно дремала…
— С твоей задницей, прижимающейся к моему члену, — перебивает Кензо, но я игнорирую его.
— А вы решили устроить сосисочную вечеринку по-быстрому.
Я хватаю сосиску на своей тарелке и жестом сквозь пальцы объясняю, что заставило фыркнуть даже Райдера.
И тогда я понимаю, что это их вариант проверки ― иногда по делу, иногда по семейным делам. Так они держатся вместе, потому что слушают. Это восхитительно, но я не говорю об этом вслух, потому что четверо мужчин будут охотиться на меня и докажут, что это не так уж и восхитительно.
Бросив сосиску, я смотрю на мужчину, о котором идет речь.
— Райдер?
— Да?
Его голос звучит растерянно.
— Нет, я имею в виду, как дела? — фыркаю я.
Он моргает, и тут я понимаю, что никто никогда не спрашивал его об этом раньше.
— Эм, хорошо, у меня сегодня день открытых дверей. — Он вытирает рот и ставит свою чашку. — Что еще раз напоминает мне, что нам нужно кое-что обсудить.
Мой желудок ухает вниз, и я оглядываюсь вокруг, чтобы увидеть, как все их лица стали серьезными.
— Собираетесь попытаться убить меня? — спрашиваю я непринужденно.
Честно говоря, я бы не прогнала их, если бы они решили, что им придется это сделать.
— Не сегодня, — отвечает Дизель, поджаривая меня своей сигаретой.
— Нам нужно поговорить, милая, — серьезно повторяет Райдер, заставляя меня затаить дыхание. Что-то не так, это должно быть так… но как это связано со мной?
Я никого сегодня не избивала, так что дело явно не в этом.
~
РАЙДЕР
Усаживаю Роксану на диван и приседаю перед ней, держа ее руку в своей. Кензо и Дизель стоят по обе стороны от нее, а Гарретт стоит позади нее, защищая ее спину, как всегда.
— Любовь моя, мы тут подумали.
Я обмениваюсь взглядом с остальными, которые кивают в знак поддержки.
— Твой отец…
Она щурится от этого напоминания, и я грустно улыбаюсь и закрываю ее губы рукой, прежде чем она успевает начать кричать и снова говорить, что ненавидит нас.
— Твой отец, Рокси, должен заплатить за то, что он сделал с тобой, как в прошлом, так и недавно. Мы могли бы принять сделку, но теперь, когда мы… мы…
— Любим тебя, — уверенно вставил Кензо.
— Да, любим тебя, — киваю я. — Это значит, что мы не можем допустить такого оскорбления нашей девочки. Я знаю, что ты ненавидишь его, и он несет ответственность за отвратительные вещи в твоем прошлом ― поверь мне, любимая, я понимаю это ― вот почему я хочу знать, хочешь ли ты, чтобы мы разобрались с этим.
Я отпускаю ее губы, и она облизывает их, глядя между нами.
— Ты имеешь в виду убить его? Ты сделаешь это?
— Детка, когда же ты поймешь, что нет ничего, что мы не сделали бы для тебя? — фыркает Гарретт.
— Я не знаю, смогу ли я встретиться с ним лицом к лицу, прошли годы… — признается она, и Дизель прижимается ближе.
— Знаю, любимая, поэтому я и хочу, чтобы ты позволила нам сделать это для тебя, — успокаиваю я ее, но я знаю еще до того, как она решила, что никогда нам этого не позволит. Это ее монстр, которого она должна уничтожить, и как бы мне ни хотелось, чтобы мы могли сделать это для нее, она должна справиться с ним сама. Наша Роксана никогда не пойдет на компромисс со своими проблемами, нет, она слишком сильна для этого, и это только заставляет меня любить ее еще больше.
— Нет, нет, ты прав. Это было уже давно. Наверное, я просто… — Она покачала головой. — Честно говоря, я немного забыла о нем, но ты прав, он никогда не исчезнет из моей жизни, — грустно соглашается она и встречает мой взгляд. Ее глаза потемнели, но в них все та же сила, что и всегда.