В гостях у сказки, или Не царевна лягушка (СИ)

— Мы же закрыты еще, — она зевнула, потянулась… и замерла.
— Дошло, — обрадовалась ехидная Малашка. — Собирайся быстрей. А то Настюша одна не справится.
— Угу, — Маша пулей полетела в мыльню. О том, чтобы к высоким гостям выпустить Меланью, речи по понятным причинам не шло.
Через десять минут она, кое-как приведя себя в порядок, вошла в пустой по утреннему времени зал.
— А где?.. — вопросительно посмотрела на Потапыча, привалившегося к косяку.
— На кухне, — оборотень, как всегда, был немногословен.
— Ага, поняла, — кивнула Маша и замерла на секунду перед дверями, ведущими в поварню, собираясь с мыслями. Даже на всякий случай перекрестилась, а потом заставила себя улыбнуться и решительно вошла. — Доброе утро, дорогие гости.
К ней одновременно повернулись Аспид, хрупкая черноглазая незнакомка и девчонка, лицо которой являлось Марье в кошмарах — та самая ведьма из новгородской миски, Яга Ягишна собственной персоной.
— И тебе не хворать, красавица, — откликнулась старая знакомая. — Прости, что пришли без приглашения.
— Ну что вы, — опередила с ответом Настюша. К удивлению Маши, она чувствовала себя совершенно спокойно в компании высокопоставленной нечисти. — Мы вам очень рады.
— За себя говори, — мрачный Подколодный озвучил мысли Марьи.
— Мы, собственно, вот по какому поводу… — царевна Любава, положила узкую ладошку на руку Аспиду, заставляя того замолчать и успокоиться. — Очень уж из вашего трактира завлекательные запахи доносятся. Я вчера по городу гуляла, чуть слюной не захлебнулась, вот и уговорила дядюшку к вам зайти.
— А я сама в компанию навязалась, — призналась Яга. — Любопытная стала под старость лет. Дай, думаю, гляну что тут квакушечки сотворили, — ее шутливый тон не обманул Марью, у которой со страху руки похолодели.
— Не слушайте их, Маша, — царевна с укором поглядела на Ягишну. — И не обижайтесь. Просто они очень меня любят и переживают, потому и намекают всячески на ваше прошлое. Извините их и меня. На самом деле я просто хотела посмотреть на вас и на… — она не договорила, но и так было понятно кого именно хотела увидеть Кащеева дочь.
— Может, лучше позавтракаем? — неожиданно для себя предложила Марья, которой пришлась по душе царевна Лукоморская. Надо же все про них с Малашкой знает, а не хамит и не кривится. — Настюша такие блинчики жарит, язык проглотишь.
— Отличная идея, я слона бы съела, — обрадовалась Любава.
— Я против, — наперекор ей сказал Аспид и подозрительно поглядел на Марью. 'Упорный какой ужик, — подумалось ей. — Но вообще-то молодец, правильный мужик. За родню всех порвать готов. Уважаю.'
— А я за, — поддержала царевну Яга. — Только уж ты сама нас уважь.
— Я? — удивилась Маша.
— Ты, лапушка, — подмигнула ведьма. — Я завсегда девок, которые Аспиду глазки строят, так проверяю. А то целоваться все горазды, а вот по дому чего хорошее сделать их нету.
— И что же мне для вас приготовить? — проморгавшись, спросила Марья. Разговоры о поцелуях, она мудро проигнорировала. Просто сделала вид, что не услышала их.
— Чебуреков очень хочется, — облизнулась царевна. — Можно?
— Конечно, — засучила рукава Облигация. — Фарш с ночи на леднике стоит, а тесто завести — дело нехитрое.
— Ура.
— Пробовать будешь то, что нам подашь, — прошипел на ухо Маше Подколодный, та промолчала, не хотелось ругаться, а ответить спокойно сил не было. Так и подмывало послать ужика к Лихоманской матери на катере.
Вместо этого она надела фартук и подступила к столу, оставив гостей на Настю. Пора вспоминать бабушкину науку. Баба Нюра была женщиной основательной, к ведению хозяйства она относилась очень серьезно. К этому же приучила дочь и внучку. Уж как она гоняла их, пока учила готовить борщ, вспомнить страшно. Чуть ли не по минутам контролировала процесс. Но зато и результат был потрясающим.
А ее кулеш? А галушки? Соседи к заборам подходили, принюхивались и напрашивались в гости, едва почуяв их запах. Что уж говорить о варениках. Бабушка и мама х лепили сотнями, не отвлекаясь от просмотра телесериалов.
 
Вот и сегодня Марья решила попотчевать незваных гостей вареничками. Чебуреки это, конечно, хорошо, но не с самого утра. А вот вареники с творожком да свежайшей сметанкой. Мням… А ведь можно еще и с вишней налепить. Вон ее сколько домовухи припасли. Работалось на удивление легко. Словно бабуля с мамой помогали, как в детстве оберегая от неприятностей.
Не прошло и часа, как на столе почетное место занял самовар, его окружили плошки с вареньем, сметаной, медом. На плите доходили вареники трех сортов: с ягодами, творогом и с мясом. Специально для Аспида. Пусть ест, может подобреет.
Ну и о чебуреках Маша тоже не забыла. Жарятся сердешные.
Ясное дело, что на обычной кухне она провозилась бы гораздо дольше, но в 'Трех лягушках1плиты были зачарованы на совесть. И вода на них закипала быстрее, и масло не плевалось, и не пригорало ничего. Воистину, магия — сила.
— Откушайте, гости дорогие, — поклонилась хозяйка, прежде чем присесть на свое место.
— Класс, — азартно потерла руки царевна и без затей полезла за чебуреками.
— Чайку? — улыбнулась ей Маша.
— Ага, с лимончиком.
— Погоди, Любаша, — подозрительно повел носом Аспид. — Пусть хозяюшка пробу снимет с яств своих. Отведай, Марьюшка, — добавил нажима в голос змей.
— С чего начать? — стараясь не захихикать, спросила потупившись, а у самой перед глазами Юрий Яковлев, заставляющий Шурика дегустировать 'Столичную'. Как там было-то? 'Отведай, боярин, из моего кубка/ — и морда подозрительная такая.
Судя по тому, как развеселилась Настя, она тоже любила комедии Гайдая, а вот почему смеется царевна? Впрочем, какая разница. Подумать об этом можно потом, сейчас следует заняться дегустацией.
— Это с вишней варенички? — облизнулась Любава. — Тогда с них, пожалуйста.
Вареники с медом проголодавшейся на нервной почве Маше зашли на ура, чебуреки тоже проскочили только в путь. Пельмешки…
— С ваших тоже пробу снимать? — посмотрела она на Подколодного, налегающего на пельмени-переростки.
— Обойдусь, — словно огромный кот фыркнул он и потянулся за сметаной.
— Чайку мне плесни, — попросила Яга. — Отменно заварен. Да и вообще, как я погляжу, девка ты рукастая. И не дура вроде. Можешь и дальше к Аспиду приставать, дозволяю.
Несчастный змей, аж пельмешкой подавился.
— Спасибо, конечно, — автоматически похлопав Подколодного по спине, поблагодарила Марья, — но я лучше воздержусь.
— Это почему это? — под веселыми взглядами Любы и Насти и оскорбленным Аспида напоказ обиделась Яга. — Он — жених завидный и, вообще, мужчина хоть куда.
— Нянюшка! — не выдержал Аспид.
— Нервная какая молодежь пошла, — как ни в чем не бывало пожала плечами ведьма. — Ну не хотите, как хотите.
— А может мороженого? — Настя постаралась сгладить неловкость. — Это такой десерт из замороженных сливок, — пояснила она. — В широкий доступ мы его пока еще не выложили — отрабатываем рецептуру, но сами уже лакомимся.
— Настоящее мороженое? — обрадовалась царевна.
— Сливочно-клубничное, шоколадное и пломбир, — Маша торопливо поднялась, ледник казался ей сейчас самым желанным местом на земле: тихо, холодно и нет ехидных ведьм.
— Все хочу, — вдогонку крикнула Кащеева дочка.
Уходили они довольными. Люба с Ягой улыбались и шутили. Даже Аспид как-то отмяк, перестал шипеть и сыто жмурился. Мороженого, кстати, он сожрал больше всех. Причина же повышенных волнений Подколодного стала ясна, стоило Кащеевой дочке встать из-за стола. Хрупкая до прозрачности царевна оказалась беременной. Заметный уже животик выпирал из-под свободного сарафана.
— Летник накинь да застегнись, — захлопотал вокруг племяшки Аспид. — Нечего всяким на тебя пялиться.
— Жарко в летнике, — для вида капризничала та, но позволяла себя одевать.
А к Марье подошла Яга.