Униженная невеста дракона или Хозяйка зимнего поместья (СИ)

Дезмонд выглядит не лучше. Бледное лицо покрывается красными пятнами, а юркие глаза распахнуты так широко, что видны желтоватые белки.
– Призрак, – его голос дрожит, как у капризного ребёнка. – Ты не мог выжить! Её Высочество не…
– Её Высочество проводит время в компании королевского дознавателя, — ледяным голосом перебивает Эридан, делая ещё один шаг вперёд. – Как только с ней закончит – примется за вас.
  
Альфред не выдерживает первым. С истеричным воплем он выбрасывает вперёд ладони, направляя на Эридана мощный поток чёрно-зелёной магии.
– Сдохни! – кричит он, и в его глазах плещется безумие.
Эридан уклоняется с необычайной ловкостью, которую никто не ожидал от измождённого человека. Чёрный поток проносится мимо, расплёскиваясь о стену храма, оставляя на ней дымящиеся отметины.
– Ты думал, что если я отказался от своей драконьей сущности, то стал слабым? – тихо произносит мой муж, приближаясь к Альфреду. Глаза лорда горят яростным пламенем, заставляя пятиться рыжего гада. – Мне не нужна сила зверя, чтобы наказать ублюдков, что посмели тронуть мою Истинную.
Альфред открывает рот, но Эридан движется так стремительно, что я едва улавливаю момент, когда его кулак с глухим стуком врезается в челюсть. Следующий удар приходится в солнечное сплетение, и рыжий гад натурально отлетает, впечатываясь в стену храма! Поверженный, он сползает на пол, оставляя на каменной поверхности кровавый след, и замирает без сознания.
Вольф молча пытается сбежать, но Эридан ловко подсекает его ноги, и мерзкий тиран-папаша падает перед ним на колени.
– Пожалуйста, не убивай... – скулит он, закрывая голову руками.
Оставив Эридана разбираться с Дезмондом, я бросаюсь к трепыхающемуся дракончику. Протягиваю ладони, чтобы поднять его хрупкое тельце, но пальцы проходят насквозь, будто он соткан из тумана.
– Спасибо тебе, малыш, – шепчу я, чувствуя, как слёзы снова наполняют глаза. – Ты спас меня. Ты самый храбрый!
Зверь Эридана поднимает крошечную голову и смотрит на меня блестящими глазами. Высовывает узкий язычок и щекотно проходится им по метке на запястье. Секунда-две и он окончательно растворяется в воздухе, осыпаясь искрами на кожу, что тут же впитываются без остатка.
В дверях храма появляется запыхавшийся Себастьян с покрасневшим от бега и холода лицом.
– Милорд! – выдыхает он, опираясь на тяжёлую створку. – Я поднял на уши всю стражу! Из столицы уже выехал отряд боевых магов, чтобы конвоировать их в Алдервилль!
Эридан молча кивает ему и, прихрамывая, подходит ко мне. Без слов опускается на холодный пол и молча прижимает к своей груди.
Всё закончилось. Весь кошмар остался позади.
  
‌​Глава 71
 
Мир вокруг перестаёт существовать, оставаясь где-то вдалеке, за гранью. Всё, что я вижу, слышу и чувствую сейчас — это мой Истинный.
Сердце мужа бьётся быстро-быстро под моей щекой, выдавая безумный шторм эмоций, царящий у него внутри. Каждой клеточкой кожи ощущаю его жар, слышу каждый удар, каждый всплеск крови в венах.
Живой.
Это не сон. Он здесь, рядом со мной.
Осмелев, обвиваю его шею руками и прижимаюсь сильнее, а Эридан мягко поглаживает меня по спине – вверх-вниз, неторопливо, успокаивающе. Окровавленные пальцы зарываются в мои волосы, перебирают спутанные пряди, а его губы прижимаются к моей макушке.
Нам не нужны слова. Я чувствую его душой.
– Милорд, – осторожно прерывает нас Себастьян, деликатно прочистив горло. – Прошу прощения, но с вами хочет поговорить глава управления стражи Милфорда и заместитель главы города. Они ждут у входа в храм. Ещё служитель требует взять ответственность за учинённый здесь погром.
Эридан поднимает голову. Ладонь, лежащая на лопатках, замирает. Тень напряжения пробегает по его лицу, но он быстро справляется с собой.
– Хорошо, – коротко отвечает лорд Вэйн, и я поражаюсь, насколько невозмутим его обычно властный, холодный голос. Затем он наклоняется ко мне, шепча почти в самое ухо: – Пойдём, поскорее закончим с формальностями и домой.
Горячее дыхание щекочет кожу, и это простое, но такое желанное слово "домой" пробуждает меня, будто я вынырнула из-под воды.
И все скопившиеся вопросы прорываются наружу.
– Как ты? Что с тобой произошло? – тараторю я, отстраняясь, чтобы видеть его лицо. Касаюсь ладонями, чувствуя, как легонько царапает кожу тёмная щетина. – Как ты добрался до Милфорда? И почему твой дракон...
Останавливаюсь на середине фразы, не в силах продолжить. Горло сжимается, а перед глазами встаёт образ полупрозрачного дракончика, пожертвовавшего собой ради меня. Хочется прорыдаться, выплеснуть всё отчаяние последних дней! Задрать голову к небу и выть, пока не охрипну!
– Анна, – Эридан говорит спокойно, но в его глазах я вижу тень, – не здесь и не сейчас.
Что-то ломается внутри меня, и жалкие крохи выдержки разлетаются на тысячи осколков.
– Они говорили, что ты мёртв! – кричу, внезапно набрасываясь на него и стуча кулаками по его груди. – Они сказали, что я вдова! Думаешь, я радовалась? Закатила праздник, когда ты улетел в столицу? Ничего ты не понимаешь! Я так переживала за тебя, думала, что больше никогда не увижу, а ты говоришь "не сейчас"?! Бессердечный ты гад! Ненавижу!
Слёзы текут по лицу, пока я выплёскиваю весь страх и боль, накопившиеся за эти дни. Эридан молча принимает каждый удар, не пытаясь защититься, лишь иногда морщится, когда я попадаю в чувствительные места.
Несколько секунд он просто смотрит на меня, и его радужках я вижу отражение собственного страха. А затем, не говоря ни слова, прерывает мою тираду поцелуем.
Губы Истинного, тёплые и мягкие, прижимаются к моим с неожиданной щемящей нежностью. Это не страстный, отчаянный поцелуй, на тонкой грани гибели и жизни, а ласковый, неторопливый танец.
Пальцы лорда зарываются в волосы, мягко массируя затылок, пока его губы прослеживают контур моих, даря так необходимое тепло и несокрушимую уверенность.
– Меня пытались отравить, – говорит, чуть отстранившись, но не отводит взгляд. – Чтобы отомстить и не позволить спасти тебя от Дезмонда и Альфреда.
Замираю, не дыша и ловлю каждое его слово.
– Мне пришлось лишиться зверя, чтобы выжить. Несколько миль я пробирался до Милфорда по бездорожью, и чуть не опоздал, – продолжает он, и голос его звучит глуше. – Анна, слышишь меня? Мы больше не истинная пара.
Он делает паузу, и я вижу, как тяжело ему даётся признание. Ладони едва заметно подрагивают на моих плечах, а в глазах такая глубина тоски, что у меня перехватывает дыхание!
Челюсти напряжены, на скулах играют желваки. Он делает глубокий вдох, а я стою, не шелохнувшись и отчаянно боюсь разрушить хрупкую ниточку связи между нами.
– Если хочешь – мы расторгнем брак. Но учти, я готов на это лишь для того, чтобы начать всё с чистого листа. Пока я ходил по грани, у меня было время подумать обо всём и осознать, как я ошибался, и как ты мне дорога. Ты дерзкая, отчаянная, несдержанная, – перечисляет он с какой-то особенной мягкостью, от которой моё сердце ёкает и замирает. – До невозможности упрямая. С тобой непросто. Но именно такая женщина и должна быть со мной рядом.
Эридан бережно, почти невесомо касается моей щеки, стирая дорожку слёз.
– То, что истинная связь пропала, значит, лишь, что я буду завоёвывать тебя и добиваться, как человек, который сам этого хочет. А не потому, что боги нас связали.
Смотрю на него – на этого непривычно тихого, уязвимого лорда Вэйна и понимаю, что, возможно, впервые вижу его настоящего.
  
Без маски высокомерия, без напускной самоуверенности.
Мой взгляд скользит по его лицу, отмечая каждую черту, углубившиеся морщинки во внешних уголках глаз, каждый шрам.
И я понимаю, что да, мы разные. Порой настолько, что кажется чудом, как мы вообще можем находиться рядом не разругавшись.
Но Эридан уже доказал искренность своих намерений – не единожды, не на словах. Чтобы спасти меня, он пожертвовал важной частью себя.