Со всей силой страсти

Джек открыл было рот, чтобы поспорить с этим человеком, но тот в определенной степени был прав. Встреча с Сэди вызвала в нем чувство неудовлетворенности и если бы не деловой интерес, он наверняка постарался бы утвердить свою мужественность в этом заведении. В конце концов, ему ведь пришлось отказаться от чар леди Гослинг.
–  Так вы здесь для этого?  – удивился Джек.
–  Да, сэр,  – признался его собеседник без тени смущения.  – Только подумайте: я нашел женщину моей мечты. Но едва она выдала падчерицу замуж, как сразу отправилась в путешествие. Ей обязательно нужно было увидеть мир.  – Мужчина угрюмо уткнулся в свой стакан.  – Она, видите ли, не прочь остаться со мной, но не может предать свою давнюю мечту.  – Он насмешливо фыркнул.  – Вы когда‑нибудь слышали подобную чушь?
Джек пробормотал:
–  Ох уж эти женщины!  – Но в груди его пробежал холодок. Сам‑то он, что говорил Сэди перед отъездом? Что любит ее, но их предприятие с Тристаном – это именно то, чем он должен заняться. Он имел в виду, что должен проявить себя в бизнесе ради них двоих – себя и Сэди, чтобы обеспечить ей жизнь, какую девушка заслуживала. Она тогда поняла его. И отпустила.
Темноволосый господин горько рассмеялся:
–  Да уж! Я умолял ее остаться, сделал ей предложение руки и сердца. Знаете, как поступила моя любовь?
Джек покачал головой, не в силах сказать ни слова, даже отвести глаз от лица мужчины, на котором были написаны все владевшие им чувства.
–  Она посмотрела на меня словно жалеючи и сказала, что должна поехать. С ума сойти! Я не из тех, кто позволит, чтобы какая‑то миленькая вдовушка посылала меня в задницу. Поэтому и оказался здесь. Если ночь в Любимом доме не вернет мне самоуважение как мужчине, тогда я подпояшу рясу и уйду в монастырь.
–  Вам попалась недальновидная женщина,  – посочувствовал Джек. Что он еще мог сказать? Тем более что разговор задел его за живое.
Собеседник подмигнул ему.
–  Вот потому я так надеюсь на живительные силы чаровниц в этом заведении.
В комнате вдруг что‑то резко изменилось, как будто кто‑то открыл дверь в ответ на его слова. И вниз по парадной лестнице двинулось настоящее шествие из дам всех оттенков кожи с оголенными руками и ногами. Широко открыв глаза, Джек наблюдал, как самые роскошные и экзотичные женщины, которых ему когда‑либо доводилось видеть, заполняли пространство вокруг. Кто‑то из них занял место за столиком, некоторые перешли в ту часть зала, где он сидел. Хорошо, что дамы сами выбирали мужчину для себя, потому что у него просто разбегались глаза.
Он ждал недолго. На ступеньках лестницы возникло видение в изумрудно‑зеленом атласном платье, оставлявшем обнаженными руки, но скрывавшем роскошный бюст и стройные ноги. Ему доводилось видеть весьма рискованные туалеты на профессиональных танцовщицах, однако здешняя мадам, судя по всему, отлично знала, что если, женщина скрывает больше, чем показывает, она гораздо интереснее для мужчины.
Волосы у куртизанки были темно‑рыжими, брови немного более темного оттенка, молочной белизны кожа и глаза под цвет ее платья. На лице – минимум косметики, что только подчеркивало красоту ирландки.
–  Привет,  – сказала она с акцентом, от которого сжалось сердце. О, он столько раз слышал его в Нью‑Йорке и Бостоне. Несколько часов назад отзвуки его заметил у Сэди. Может, поэтому он так остро среагировал на него сейчас. Господи, какое это счастье – наслаждаться звуками родной речи!
Он невнятно пробормотал что‑то в ответ. Девушка улыбнулась.
–  Так это вы Джек Фрайди?
Вздрогнув, он уставился на нее.
–  Да, это я.
Она протянула ему руку.
–  А я Кэтлин Райан. Надеюсь, вам не пришлось дожидаться слишком долго?
Райан… Оказывается, это сногсшибательное создание – его клиентка, на встречу с которой он пришел. Ему почему‑то казалось, что Райан – мужчина, раз они с Тристаном связаны напрямую. Нет сомнения, партнер, специально забыл сообщить ему столь пикантную деталь.
Криво усмехнувшись, Джек поднялся и пожал протянутую изящную руку.
  
–  Не беспокойтесь, все в порядке.  – Он посмотрел по сторонам. Девушки активно выбирали себе партнеров на ночь.  – Может, мне прийти в другой раз, в более удобное время.
Кэтлин улыбнулась, продемонстрировав два ряда великолепных зубов.
–  О нет. Благодаря вам и мистеру Кейну я могу позволить себе быть свободной этой ночью, если мне так захочется. И даже вообще пока не работать.
Любимый дом неожиданно стал открываться для Джека какими‑то новыми гранями.
Рыжеволосая красавица показала на лестницу.
–  Может, поднимемся ко мне? И поговорим без лишних глаз?
Джек пропустил ее вперед:
–  После вас.
–  Уже уходите!  – воскликнул сосед, с которым он только что свел короткое знакомство. Джек совсем забыл о нем.  – Я знал, что вы недолго будете оставаться без дела.
Он отсалютовал улыбавшемуся мужчине, повернулся и двинулся вслед за своей клиенткой вверх по массивной лестнице. Коридор наверху был отделан в том же стиле, что и первый этаж. Правда, тут было намного тише. Кэтлин подвела его к двери в каких‑нибудь двух шагах от лестницы.
Когда вслед за ней Джек переступил порог комнаты, то не мог скрыть удивления. Он рассчитывал, что здесь будет роскошная обстановка, но то, что предстало его глазам, он не видел ни в одном борделе. Комната была огромной, со стенами, выкрашенными в яркие цвета, со стоявшей в самом центре массивной кроватью под пологом. Еще тут имелась личная ванная. Через открытую дверь он увидел это сокровище, установленное на ножках в виде лап. Один раз они с Сэди сняли похожий номер в дорогой гостинице. Она тогда подумала, что попала в рай. Джек до сих пор помнил, как он занимался с ней любовью в удобной мягкой постели.
–  Виски?  – спросила Кэтлин, подняв бутылку в руке, пока он закрывал за собой дверь.
–  Неплохо бы.  – Слегка улыбнувшись, Джек по пушистому ковру прошагал к окну, где можно было посидеть в уголке. Расстегнул сюртук и опустился на темно‑красную софу.
Подошла Кэтлин с напитками. Деловые переговоры продолжались почти час. Их с Тристаном компания несколько раз за последние четыре года ссужала ее деньгами. Она расплачивалась с долгами сполна. Дополнительный доход Кэтлин получала от этого заведения. В недалеком будущем она могла стать очень богатой женщиной.
Они пили виски и беседовали. Когда деловая часть беседы закончилась, Джек завел разговор об Ирландии. Кэтлин выросла в другой ее части, но все равно было приятно вспомнить о доме и не затрудняться в выборе слов. Она ничего не знала про его семью. Ничего не знала о нем. После стычки с Сэди ему было приятно общаться с ирландкой, которая вела себя так, словно он ей нравился. На такую показную любовь он и сам был горазд. Это было своеобразным условием ведения бизнеса.
Очаровательный бабник – так частенько называла его Сэди.
От выпитого виски начала тихо кружиться голова. Джек во второй раз за вечер поинтересовался, который час.
–  Мне пора.  – Он убрал часы в карман.  – Уже поздно.
Нежная белая рука легла на его бедро.
–  Ты ведь не уйдешь так сразу, не правда ли?
Он улыбнулся.
–  По‑моему, для одной ночи мы и так довольно много занимались делами.
–  Я не о том.  – В зеленых глазах вспыхнули искорки, и она призывно посмотрела ему в глаза.  – Я о приятном завершении чудесного вечера.
Польщенный, Джек усмехнулся и положил свою руку на ее.
–  Хорошо бы.  – Соблазн был велик, очень велик, девушка – само очарование.  – Но, увы!
Кэтлин смутилась на миг, но морщинка между бровями тут же разгладилась.
–  Ну конечно. У такого джентльмена, как ты, должна быть верная жена, которая ждет его.  – Она сказала это так, словно говорила о каком‑то диковинном существе.
–  Нет,  – остановил он ее немного резче, чем хотел.  – Она устала ждать уже давным‑давно. Но я думаю, что сегодня мне лучше поспать одному, хотя спасибо за предложение. Оно было соблазнительным.