Со всей силой страсти

–  Я тоже скучала.  – Вне зависимости от того, что он прочитал в ее глазах, в ее словах звучала правда.  – Ты даже не представляешь как.
–  Прости меня!
–  За что?  – Ее голос отчетливо прозвучал у него возле уха.  – За то, что хотел уехать? Или за то, что жалеешь о возвращении?
–  За все,  – честно ответил он, но не мог не напомнить – Если бы ты настояла тогда, я бы остался.
–  Знаю. А потом обижался бы на меня.
–  Все было бы не так плохо, если бы твои письма не перестали приходить. Я не знал, что думать!
Сэди нахмурилась:
–  Я писала тебе еще долго потом, даже после того, как ты замолчал. Хотя точно не знала, где ты.
Он вопросительно посмотрел на жену:
–  Послушай, я писал тебе вплоть до моего приезда сюда. И нашел эти письма у нас дома.
На ее лице появилось скептическое выражение.
–  Я ничего не получала.
–  Я тоже.
Ему показалось, что Сэди не поверила, но затем ее взгляд изменился, словно в этот самый момент у нее что‑то замкнуло в голове. Когда она снова взглянула на него, в ее глазах были скорбь, раскаяние и немного стыда.
–  Наверное, нам нужно просто пожалеть себя – ведь мы стали игрушками в чужих руках.
–  Что ты имеешь в виду?
Сэди вздохнула:
–  Я думаю, что твой дед перехватывал наши письма.
–  С чего ты так решила?
–  Я виделась с ним после твоего отъезда. Он приходил к нам в квартиру.
Джек резко отодвинулся, как будто ее слова оскорбили его.
–  И ты только сейчас говоришь об этом?
Заливаясь краской, Сэди кивнула.
–  Мне казалось, это не так важно. Но теперь я иного мнения.
Любой бы подумал, что это выдумки, но Джек хорошо знал своего деда. Значит, это он во всем виноват!
Но теперь уже ничего не поделаешь. То, что им вдруг открылось, огромным грузом легло на плечи обоих. Сколько же им пришлось перенести из‑за самоуправства старого болвана!
Он это так не оставит.
–  Что‑то мне есть хочется,  – хрипло сказал Джек.  – А тебе?
Сэди повернулась в сторону стола.
–  Там еще полно еды. Хочешь, принесу?  – И попыталась встать.
Джек обнял ее и прижал к себе. Она вопросительно посмотрела на него.
–  А как насчет сливок?  – тихо улыбнулся он.  – Осталась хоть капля?
Сэди ласково и лукаво посмотрела на мужа.
–  Надеюсь!
Джек усмехнулся, когда жена наклонилась над ним, чтобы поцеловать.
–  Тогда продолжим?
 Глава 13 
Джек проснулся и понял, что один в постели.
–  Сэди?
–  Я здесь.
Он уселся, опершись на подушки спиной, и поморгал, чтобы привыкнуть к свету. В павильоне не было окон: Сейнтс‑Роу тщательно оберегал свои секреты, и Джек не мог сообразить – день сейчас или ночь.
Сэди сидела за столиком, за которым они ужинали. Его рубашка на ее грациозной фигуре смотрелась гораздо лучше, чем на нем. В руках она держала чашку с заваркой. Его чашку, если судить по выражению лица жены.
Господи, твоя воля! У них только что случилась самая роскошная ночь, какую можно себе представить, а Сэди, пока он был в отключке, тут же решила заняться гаданием, чтобы прочитать его будущее!
Ладно, он не станет шутить по этому поводу.
–  Ты уверена, что хочешь увидеть то, что на дне?  – беззаботно спросил он.  – Может, я умру завтра.
–  Только не ты,  – нахмурилась Сэди. Оторвавшись от чашки, она поинтересовалась: – Когда ты последний раз разговаривал с дедом?
Джек сжал челюсти.
–  В тот день, когда он сказал мне, что я для него умер, как мой отец и брат. А что?
Она снова заглянула в чашку.
–  Мне кажется, он плохо себя чувствует. Я думаю, это сердце.
Джек фыркнул.
–  У него нет сердца.  – Его слова ее совсем не позабавили, поэтому он, не удержавшись, спросил: – Что ты там видишь?
Сэди отвернулась и поставила чашку на столик. При движении край рубашки высоко задрался и выставил напоказ ее стройные округлые бедра. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы его вновь охватило возбуждение.
–  Я вижу, он умирает,  – без обиняков ответила она.  – У тебя на руках.
Наклонившись вперед, Джек обхватил колени, укутанные простыней.
  
–  Быть не может.
–  Ты все еще считаешь, что я не умею предсказывать будущее?
Он резко вскинул брови, услышав, с какой горечью Сэди спросила это. Его скептицизм болезненно задел ее. Впредь ему нужно держать язык за зубами, отметил он для себя.
–  Я просто не собираюсь лицезреть его ни до, ни после его кончины.
–  Тебе все равно придется. Ты ведь наследник.
–  К черту наследство!
–  Это несерьезно.
–  Послушай, дорогая,  – уперся он.  – Теперь я Джек Фрайди. Пусть старикан объявит Джека Фаррингтона официально мертвым, и тогда титул перейдет моему кузену Патрику.
Сэди как‑то странно улыбнулась.
–  Ты действительно так поступишь?
Он пожал плечами:
–  Удивлюсь, если дед уже не сделал это.
Она, казалось, взвешивала его слова, хотя он и не понимал зачем. Но задумчивость шла ей. Медленно поднявшись со стула, жена подошла к кровати. Рубашка соскользнула с плеч и легла на ковер, оставив ее обнаженной.
У нее было прекрасное тело. Высокая грудь, тонкая талия, округлые бедра. Ноги длинные, руки мягкие и изящные. И конечно, то место между бедрами – кусочек рая на земле. Но помимо красоты было еще нечто волшебное, что так тянуло его к ней. С первого раза, когда он положил на нее глаз, ему стало понятно, что Сэди – неотъемлемая часть его жизни. Потом они поженились – не важно, официально или нет,  – и она стала его любимой навсегда. Сейчас можно было признать это. Вопрос заключался в другом, сможет ли она думать так же?
У него пока не было шанса поговорить с ней на эту тему. А когда Сэди скользнула к нему в постель, насладиться друг другом стало важнее, чем размышлять над тем, сколько времени они будут вместе.
Перед самым рассветом им, наконец, удалось выбраться из своего любовного гнездышка и никем незамеченными вернуться к своим повседневным делам. Прежде чем посадить жену и карету, Джек наградил Сэди таким теплым и ласковым поцелуем, что у нее навернулись слезы.
–  Когда я снова тебя увижу?  – спросил он, не отрываясь от ее губ, и нежно погладил по щеке, удерживая лицо Сэди в своих ладонях.
Неужели происходящее с ней было реальностью? Все это казалось чересчур прекрасным, чтобы быть правдой. Им удалось поговорить о том времени, которое они прожили порознь, но какие‑то моменты оба избегали обсуждать. Джек не стал спрашивать, были ли у нее любовники. Она тоже не заговаривала об этом. Казалось, они оба понимали, что существуют вещи, в которых они никогда не признаются и не захотят ничего слышать о них, и поэтому молчаливо договорились даже не начинать такой разговор. Ее совсем не волновало, что там было у него. Сэди смотрела только вперед, оставив прошлое позади. Хорошо бы, если бы и он так был настроен. Как она надеялась на это!
–  Сегодня вечером,  – ответила Сэди,  – мне нужно встретиться с Виенной, а потом проверить, как идет ремонт в магазине. Но вечером я свободна.
–  Я хочу свозить тебя куда‑нибудь. Пусть весь Лондон узнает, что я ухаживаю за тобой.
Сэди усмехнулась:
–  Вообще‑то делать это немного поздновато, тебе не кажется? Ты не занимался этим, даже когда мы встретились в первый раз.
Джек чмокнул ее в лоб.
–  Наверное, все удивятся, неожиданно увидев нас вместе в особенности после торгов на аукционе.
Сэди пыталась возразить, но он остановил ее:
–  Джек Фрайди будет счастлив ухаживать за Сэди Мун.
–  Ну ладно, так и быть!  – Она слегка порозовела от удовольствия.  – Но не рассчитывай, что я запрыгну к тебе в постель только потому, что ты преподнесешь мне цветы.
В уголках его глаз обозначились морщинки. Ну не глупо ли, что ей так захотелось поцеловать их?
–  Ты сделаешь это только потому, что именно там твое место.
–  Да, сэр,  – покорно согласилась она и задохнулась, когда его губы снова нашли ее рот.