Жена в награду (СИ)

- Но ты ошибаешься! Вспомни сколько раз я попадала в беду, когда оставалась без тебя! Нам нельзя разлучаться, любимый! Я поеду с тобой, и обещаю, что не буду капризничать весь путь до самого Лондона!
- А в Лондоне, стало быть, ты станешь капризной? – Вигго потянул к себе жену и усадил на колени.
- Ну если только чуть-чуть, - наслаждаясь близостью мужа, тихо ответила Элизабет.
  
Она прижалась щекой к его груди, нежно провела пальцами по колючей щеке и прошептала:
- Пожалуйста, не оставляй меня. Я не смогу без тебя.
Вигго тяжело вздохнул.
Он оказался бессильным перед словами жены.
К тому же, та была права, да и сам Вигго еще не забыл, что случилось, когда он в последний раз покинул замок.
- Хорошо, любимая. Ты поедешь со мной. Но ты должна пообещать, что будешь слушаться меня и делать все, что я скажу.
- Обещаю, - не раздумывая, согласилась Элизабет.
На рассвете следующего дня Вигго Датский вместе со своей супругой и частью воинов покинули замок.
Словно сжалившись над ними, с неба перестал валить снег, и яркие лучи солнца всю дорогу, до самого вечера, согревали путников.
Оставалось только надеяться, что грядущая встреча с королем не омрачится дурными вестями.
Вигго слишком хорошо знал, как, порой, бывают коварны дворцовые интриги…
  
65
 
ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ ПЯТАЯ
Они прибыли в Лондон спустя 9 дней пути.
Город встретил их липким, мокрым снегом.
Словно стальной купол, серое небо нависало над городом.
В воздухе витала сырость вперемешку с запахом свежеиспеченного хлеба.
Вигго и Элизабет предоставили просторные покои, не уступавшие по своей роскоши тем, что были во владении воина прежде.
Парча, бархат, толстые ковры, в которых, по щиколотку, тонули ноги. Огромный камин источал столь нужное теперь тепло.
И уютная, широкая кровать так и манила к себе.
Искупавшись и легко позавтракав после, Элизабет сразу же легла спать. Измученная дорогой, она не смогла уже сопротивляться нахлынувшей на неё усталости.
Вигго тоже присоединился к жене, но не надолго.
Стоило только той уснуть, как он переоделся и, оставив возле спальни охрану, отправился прямиком к королю.
Вигго прекрасно помнил, где находились комнаты Кнуда Великого. Велев страже доложить о своем появлении, воин замер возле дверей, ожидая ответа.
Прошло достаточно времени, прежде чем Вигго услышал заветные слова.
«Король ждет вас».
Едва сдерживая свое нетерпение, Вигго быстрым шагом направился в королевские покои.
Взгляд его остановился на Кнуде – тот, сидя за столом, разглядывал письмо.
Заметив появление своего верного воина, король медленно поднял глаза на него.
Взгляд Кнуда был нечитаемым, и трудно было, почти невозможно понять, зол тот или же испытывает радость от встречи.
- Знаешь, что в этом письме? – вместо приветствия, зловещим шепотом начал Кнуд.
Его черные глаза вспыхнули, как горящие угольки.
- Обвинение в твоем предательстве, Вигго Датский, - не давая ему ответить, произнес король.
- Не рукой ли Стреоны написано это письмо? – отвечая Кнуду прямым взглядом, произнес Вигго.
************************
Большой королевский зал этим вечером был полон знати.
Свет тысячи свечей ослеплял своим сиянием, сияли и драгоценные камни на придворных дамах.
Столы ломились от угощения – запеченное мясо, засахаренные фрукты, тушеные овощи, различная выпечка, пирожные.
Менестрели и фокусники, священники и воины, и, разумеется король с королевой – в этот вечер все собирались в зале для празднования рождества.
Элизабет, облаченная в темно-синий бархат, на фоне вычурных королевских модниц, казалась диковинным по своей красоте и чистоте цветком.
Многим мужчинам пришлось отвести свои взоры при её появлении.
Но не из страха перед Богом.
Все было куда прозаичней – многие из них помнили, что Вигго Датский – один из лучших воинов короля. Никто не хотел испытать на себе гнев ревнивого мужа.
Эдрик Стреона был, пожалуй, единственным, кто то и дело поглядывал на Элизабет.
Она стала еще краше! И желаннее!
Извращенное желание сдавило его тело, сделало тяжелым.
Стреона, пыхтя от вожделения, сжал челюсти и напомнил себе, что до победы осталось еще недолго.
Он был нужен королю.
Как олдермен Мерсии, как умный политик, как преданный ему человек.
Кто как не он лучше знает местную знать? Кто как не он умеет дергать за нужные ниточки?
Уже сегодня вечером стража схватит Вигго, и тогда Элизабет достанется ему. Нужно было только подождать.
Гул голосов стих, умолкли лютни.
Все обратили свое внимание на королевскую чету.
Король Кнуд, держа за руку королеву Эмму, прошел в зал. Дождавшись, когда королева сядет на трон, он после разместился на своем троне.
Элизабет с облегчением смотрела на королеву.
Она все еще помнила слова свекрови о том, что у Кнуда имелась другая жена, но теперь, глядя на улыбающуюся Эмму, Элизабет чувствовала, как грудь заполняет облегчение и радость за неё.
Эмма Нормандская сияла своей красотой.
Золотая корона, усыпанная сверкающими камнями, украшала её темноволосую голову. Платье из золотой парчи подчеркивало безупречную белую кожу.
Она казалась неземной красавицей – царственной, гордой и великой.
Из всех женщин Стреона больше всех ненавидел Эмму. Та видела его гнилую сущность, подчеркнуто не доверяла ему. Учитывая то, что отныне она стала официальной женой Кнуда Великого, в списке Стреоны королева была второй, от которой тот намеревался избавиться.
Яд для неё был уже куплен и надежно спрятан.
Оставалось только подобрать нужный момент. Подкупить служанку или повара…
Когда Эммы не будет, Кнуд ослабнет. Вот тогда придет и его черед.
Трон станет свободным.
И он, Эдрик Стреона, сделает то, для чего был рожден.
Он станет королем.
- Прежде чем мы начнем праздновать, - зычно начал Кнуд, - я бы хотел поблагодарить всех своих верных подданных, которые оказали мне неоценимую поддержку. В трудный час вы были со мной. И были верны мне.
Сказав это, Кнуд Великий прошелся немигающим взглядом по лицам собравшихся.
- Что как не верность ценится больше всего? Что как не верность достойна особого почитания? Пожалуй, есть и другое, не менее важное чувство, из которого вырастает верность. И имя ему – любовь! Из-за любви, порой, мы совершаем самые безумные, но важнейшие, поворачивающие ход истории, поступки!
Кнуд бросил в сторону Эммы взгляд, и уголки губ той дрогнули в сдерживаемой улыбке.
А король, как прирожденный оратор, продолжал распаляться:
- Ради любви мы рискуем собственными жизнями, мы сражаемся… Порой даже сами с собой! Но все это стоит того, чтобы испытать это чувство. Однако… Чтобы вы сделали, узнав, что вашей любви угрожает опасность? Что кто-то плетет паутину вокруг вашего объекта любви? Что кто-то намеренно пытается ввести вас в заблуждение, окутывая своими сладкими и липкими, как паутина, речами? Как поступить?
Кнуд резко поднялся и шагнул вперед.
Его бородатое лицо исказила гримаса злости.
- Ответ здесь только один! – яростно продолжил король. – Этому пауку нужно вырвать все лапы, а затем оторвать его поганую голову и бросить его тело на радость воронам!
Сказав это, Кнуд Великий отдал приказ кивком.
Двое воинов ринулись вперед и схватили ничего не понимающего Стреону.
- Господин! Мой король! – пытаясь вырваться из рук воинов, закричал Стреона. – Что это значит?!
- Это значит, что ты – тот самый паук! – брызгая слюной, выплюнул Кнуд.
Он схватил Эдрика за волосы и потянул с такой силой, что тот застонал.
  
- Ты счел, что ты умнее короля? Ты хотел убить мою королеву, ты хотел убить моего верного воина, ты хотел стать королем… Но король здесь только один! Это я – Кнуд Великий!
Кнуд поднял взгляд на Вигго и моргнул.