Калгари 88. Том 5 (СИ)

  
Глава 2
 
Савосин -чемпион!
 
Ксенофонтов, видя назревающий конфликт, попытался погасить его, растолковав всё, что касается программ.
— Дорогие товарищи, программы у девушек каждый сезон разные, и бывают самые неожиданные, и к личности фигуриста они никакого отношения не имеют. Давайте будем сдержанными. Продолжайте задавать вопросы.
— Здравствуйте, — с места встала женщина интеллигентного вида и улыбнулась, приветственно помахав рукой. — Ирина Анатольевна Смирнова, директор школы номер 22. Девочки, я бы хотела спросить, а вы могли бы пообщаться с нашими ребятами? Рассказать им о том, как вы начали заниматься фигурным катанием, ответить на вопросы? Показать ребятам что-нибудь из вашего арсенала? Ну, девчонки… Хотя бы не надолго?
— Эммм… — неопределённо протянула Арина, не зная, что сказать. Что тут скажешь? Что они люди подневольные и никуда без дозволения тренера и принимающей стороны не ходят?
Однако слово взял Чертанов Максим Игнатьевич, председатель комитета по физкультуре и спорту Свердловской области. Мужчина встал, галантно поклонился и рассказал, как следует поступить.
— Здравствуйте. Это надо не к фигуристкам обращаться, а к нам, к руководителям и принимающей стороне, — сказал он. — Давайте так, товарищи. Устроим всё организованно, чтобы не перетягивать одеяло друг на друга. Можно организовать официальные вечера встреч фигуристок с болельщиками. С представителями школ, техникумов и ВУЗов отдельно, в ДК пионеров имени Крупской, а с представителями трудовых коллективов отдельно, например, в ДК имени Свердлова. Так что после встречи, в ближайшее время подавайте заявления от лица профсоюзов и трудовых коллективов. Просите своего председателя комитета профсоюза, и уже он пусть обращается к нам, в комитет по физкультуре и спорту. Сейчас, после встречи, мы обсудим с тренерами график пребывания спортсменок, и потом решим вопрос с вами, дорогие товарищи. Скажу сразу — у девушек ещё запланировано показательное выступление, да и чемпионат ещё не завершён. Завтра, в четверг, произвольные программы у юниоров и мужчин. В пятницу и субботу стартуют парники и танцоры, где тоже будет очень много интересного, и в воскресенье будет большой показательный концерт, где вы увидите выступления полюбившихся вам фигуристов.
— А можно на встречу пригласить только одну фигуристку? — неожиданно спросила Тамара Ивановна Быстрицкая, председатель совета ветеранов 144 завода. — Мы хотели бы встретиться только с ней.
— Нет, товарищи! — покачал головой Чертанов. — Я уже всё сказал. Встреч с болельщиками будет только две. Одна для подрастающего поколения, другая для трудящихся и пенсионеров. И фигуристки на них будут присутствовать все трое.
— А если для девушек устроить экскурсию на предприятие, рассказать о его традициях, потом провести чаепитие и встречу с болельщиками в дружеской обстановке? — спросил председатель ветеранов Уралмаша Николай Егорович Ляпин. — Я с Уралмаша. Если наши рабочие придут в ДК имени Свердлова, он рухнет. Для нашего предприятия можно устроить отдельную встречу в ДК Уралмаша, что на улице Фестивальной.
— Пусть председатель профсоюзного комитета свяжется со мной, — согласился Чертанов. — Но в любом случае это будет организовано на следующей неделе, после показательных выступлений.
После этого встреча спортсменок с журналистами и болельщиками была закончена. Теперь осталось принять поздравления от родителей и группы поддержки.
— Иди сюда, моя девочка, — Дарья Леонидовна наконец-то добралась до дочери, обняв её. — Такое ощущение, как будто мы год не видимся, а прошло меньше недели. Вообще, странно это — видеть своего ребёнка словно со стороны… Не имея возможности ни встретиться, ни поговорить.
— Ма, спасибо за всё! — растроганно сказала Арина и обняла маму. — Ну, так получается. Ты не представляешь, какая тут чехарда и нервяк. Я постоянно после соревнований только ем и сплю. Больше сил ни на что не хватает. Увидимся ещё!
— Поздравляю тебя, дочурка! — сказал Александр Тимофеевич и приобнял дочь, чуть подвинув Дарью Леонидовну. — Вот и исполнилась твоя мечта. Это просто сказка какая-то. Я до сих пор как будто во сне живу. Что сейчас будешь делать?
  
— Отдыхать, наверное, — пожала плечами Арина. — Я на ногах скоро стоять не смогу.
— Так… Отдых отдыхом, но не забываем и о товариществе. Девочки! Завтра произвольная программа у нашего Егора, так что приезжаем поболеть и поддержать, — строго сказал Левковцев.
После этого Соколовская решительно сказала, что она устала и хочет отдыхать, поэтому поздравляшки быстро свернули, вышли из здания и сели в автобус. Арина действительно ощущала смертельную усталость — казалось, ещё немного, и откажут ноги или потеряет сознание на ходу. Сил было потрачено много, как физических, так и моральных. Сколько займёт восстановление до приемлемой кондиции? Неизвестно. А ещё эти мероприятия… Встречи с болельщиками, встречи с трудящимися предприятий… Встречи с журналистами…
Арина с неудовольствием подумала, что попала в очередной капкан публичности и медных труб, которые неизбежно следуют за пьедесталом почёта любого уровня. После успешного чемпионата, на который потрачена уйма сил, вместо того чтобы отдыхать и восстанавливаться, ты таскаешься по встречам, банкетам и мероприятиям. А время-то идёт. Проходит неделя, две… Тебе нужно готовиться к следующим соревнованиям, но ты ещё не сбросила форму после предыдущих, потому что не было времени ходить в спортивный зал. Тебе нужно усиливать тренировки, а ты ходишь по ток-шоу, банкетам и… политическим митингам… И самое главное, что ты не можешь от этого отказаться, потому что сразу твоя дальнейшая карьера в спорте может начать испытывать большие трудности. Образ народной любимицы и гордости нации требует определённых жертв… Но эти жертвы всегда негативно влияют на дальнейшие старты. Вот что самое парадоксальное. Когда ты купаешься в лучах славы и деньгах, ты понемногу теряешь будущее.
Остаток дня прошёл скучно, как это всегда бывает, когда спортсмен чувствует, что важная цель достигнута, а новой цели ещё нет. Арина повисла в безвременье. Вроде и чемпионат закончен очень удачно, но ощущения праздника нет. Возможно, сказывалось то, что несвобода не закончилась, и предстояло ещё множество обязательных мероприятий.
Зато не скучно было Аньке. Она изучала магнитолу Арины! Включила кассету с «Депеш Мод», делала то громче, то тише, регулировала тембр. Играло хорошо! Не сравнить с «Весной-205», из которой Люська зачем-то выломала подкассетник и наклеила обёртки от жвачки на корпус. Низкие частоты были на высоте, да и стереоэффект ощущался. А особенно приятно, что заработала это аппарат своим талантом.
— Круто играет! — заключила будущая маман, а потом перевернула на обратную сторону и смешно округлила глаза от удивления. — Ни фига себе. Цена 400 рублей! На этот магнитофон целых два месяца работать надо! А Люська за пять минут выиграла!
— Нет, не за пять минут, — покачала головой Арина. — Это месяцы и годы тренировок. Будешь чем-нибудь хорошо заниматься, результат будет такой же. Например, если продолжишь рисовать.
— Ну-ну… — иронично промычала Анька, и вдруг вспомнила что завтра нужно будет болеть за Савосина. — А ваш Егор какую программу будет катать? Люся, скажи пожалуйста?
Арина вдруг поняла, что не может сказать, какая произвольная программа у Савосина. Она ни разу не видела её на тренировке. Однако, похоже, знать должна, потому что Соколовская и Муравьёва с удивлением посмотрели на неё.
— Что? — с удивлением спросила Арина, глядя на одногруппниц. — Что значат эти странные взгляды?
— Ты же сама на летних сборах ему эту музыку предложила, — заметила Соколовская. — Ты опять прикалываешься?
— Не прикалываюсь, — недовольно ответила Арина. — Я вообще-то головой ударялась, если вы забыли.
— Под «валенки» он катается, — ответила Соколовская, внимательно глядя на Арину. — Которые не подшиты, стареньки.