Калгари 88. Том 5 (СИ)
— Обычные планы, — осторожно ответил Левковцев. — Будем набирать силы, готовиться к Первенству СССР. Этот старт очень ответственный, и нам надо подойти к нему грамотно. Фигуристки сейчас на пике формы. Долго так находиться нельзя — организм работает на износ. Если бросить резко тренироваться, или резко снизить нагрузку, мышцы частично ослабнут и атрофируются. В течение недели я планирую сбрасывать форму в щадящем тренировочном режиме, каждый день снимая нагрузку понемногу, чтобы мышцы расслабились, но объём не потеряли. Потом неделю будут обычные тренировки, которыми мы занимаемся месяцами, но с небольшим нарастанием нагрузки каждый день. И после двух недель темп тренировок будет нарастать лавинообразно, чтобы опять выйти на пик формы за пару дней до соревнований.
— Это всё интересно, — согласился Редькин. — Но вы понимаете, что сейчас в городе настоящий ажиотаж по фигурному катанию? Нас заваливают звонками и письмами. У меня в кабинете уже мешок стоит — с пятницы какой-то невообразимый вал пошёл. Прочитать все письма нет возможности, но наиболее часто задаваемые вопросы — о наборе дополнительных групп по фигурному катанию, а также возможность открытых тренировок, где фигуристки делились бы опытом с новичками и любителями. Много заявок от трудовых коллективов с приглашениями на встречи. Люди подарки девушкам приготовили, деньгами сбрасывались. Мы не можем это всё игнорировать, прошу отнестись с пониманием. Вы же знаете, в народе от любви до ненависти один шаг. И до писем с жалобами в газеты, а то и в партийные органы.
— Хорошо, — невесело кивнул головой Левковцев. — Что от меня требуется? Нужно составить какой-то план, которым мы будем руководствоваться.
— План будет, — кивнул головой Редькин. — Я сам буду вести эти задачи. В частности, на завтра депутаты горсовета, товарищи из горисполкома и горкома партии попросили меня организовать встречу с фигуристками. Товарищ Иван Егорович Силаев, первый секретарь горкома партии, лично попросил меня организовать эту встречу.
— В какое время? — спросил Левковцев.
— Давайте после обеда, в 14 часов, — подумав, сказал Редькин. — Завтра к этому времени с воспитанницами приезжайте в горком партии. Одежда школьная, парадная, с медалями. Девушки же комсомолки? Значки ВЛКСМ обязательно. Я вас там встречу…
… Естественно, в первый день посещения спортивной школы никаких эффективных тренировок не получилось. Каждый одногруппник хотел досконально знать, как съездили в Свердловск, где жили, чем кормили, как всё происходило. Про обстановку в общежитии и на ледовой арене, кто присутствовал, много ли зрителей было, кто что прыгал. Так как Соколовская лишь насмешливо фыркала, отделываясь общими фразами, не желая ничего говорить, при этом не прекращая сначала разминки, а потом и тренировки, то вся тяжесть задачи по информированию о чемпионате легла на Арину, как непосредственную участницу событий.
— Ребята, сегодня занимаемся как обычно! — сказал Левковцев, на время зайдя в тренажёрный зал. — Потом идём в хореографический зал. Разговаривать перестаём! Все разговоры вечером, после занятий! Дайте Хмельницкой полноценно размяться и потренироваться.
Пока тренер сидел в тренажёрном зале и наблюдал за воспитанниками, все усердно занимались, в том числе и Арина. Но стоило ему только покинуть зал, чтобы проконтролировать занятия мастеров, как одногруппники опять постепенно бросили тренировки и обступили Арину. Сначала один, потом другой, и вот уже все стоят вокруг, ожидая, что она скажет. Отказываться от общения было не к лицу, а общаться, когда тягаешь железяки, бегаешь на беговой дорожке или крутишь педали на велотренажере, очень непросто, поэтому Арина тоже отвлекалась на разговоры. Впрочем, этот интерес в будущем, через пару дней, мог сойти на нет, но пара дней, когда тебе за три недели нужно подготовиться к старту, это очень и очень много. А по факту уже оставалось не три недели, а всего лишь две. Чемпионат начинался с пятницы, с 7 марта. Но учитывая, что уезжать надо минимум за 5 дней, то времени оставалось… Арина быстро посчитала — сейчас среда, 18-е число, а в феврале 28 дней. Значит, с этого времени до начала чемпионата всего 12 дней! Три недели внезапно превратились в тыкву, если исключить время на дорогу.
— Так! Тренировка закончена! — хлопнул в ладоши Левковцев. — Добро пожаловать в хореографический зал. Там я вам кое-что приготовил.
— И что вы нам приготовили? — поинтересовалась Анжелика.
— Увидишь, Барышникова, — заявил Левковцев. — Давайте живее, время идёт.
— Но у нас же должен быть отдых двадцать минут! — резонно заметили одногруппники.
— Отдых откладывается! — строго заметил Левковцев. — Во-первых, из-за собрания мы сегодня на час и так задержались с тренировкой, во-вторых, завтра тренировки вообще не будет.
— Как не будет? — удивлённо спросила Нина Потапова.
— Мы завтра с Людой и Мариной пойдём на торжественную встречу в городской комитет партии, — объяснил Левковцев. — Прошу отнестись с пониманием. Дело это общественно важное, и проигнорировать его никак нельзя. Сколько мы там пробудем, неизвестно, так что завтра занятий не будет. Отдыхайте.
В хореографическом зале Левковцев выстроил всех у станка, заставил сначала размяться, потом дал всё-таки десять минут отдыха и велел встать в два ряда посреди зала.
— Хмельницкая и Соколовская! Вставайте перед ребятами и продемонстрируйте движения из вашего показательного, — распорядился Левковцев. — Я буду управлять магнитофоном, говорите, куда и чего мотать.
Пожелание тренера могло бы показаться странным тому, кто близко не знаком с фигурным катанием. Но Левковцев действовал строго по плану занятий. Если какая-то часть уже поставленной программы или вся программа целиком вызвала бешеный ажиотаж и привела к успеху, то движения из неё надо скопировать и передать молодому поколению, которое пусть не прямо, но косвенно может когда-нибудь использовать их для себя. Первенство СССР, скорее всего, последний старт в этом году, а на следующий сезон всё равно предстояло ставить новые программы, в том числе и для показательных — старые программы прошлого года фигуристы катали только по большой нужде, если не успели поставить новые по срокам.
— Владислав Сергеевич, а можно вопрос? — внезапно спросила Арина.
— Говори, Люда, — разрешил тренер.
— А у нас первенство СССР будет последним стартом в этом сезоне? — поинтересовалась Арина.
— Ты график соревнований не знаешь что ли? — удивилась Соколовская. — Он на стенке везде висит.
— Спокойно, Марина! — поднял руку Левковцев. — Сейчас объясню. Призёры первенства попадают в юниорскую сборную и едут на чемпионат мира среди юниоров. В этом году он проходит в Югославии, в Сараево.
— И мы поедем? — наивно спросила Арина. — В смысле, если займём призовые места?
— Люда, это долгая перспектива! — заявил Левковцев. — Сначала надо показать себя в Москве. Состав сборной утверждает тренерский совет федерации. И это могут быть не обязательно победители первенства СССР. Всё зависит от выступления фигуриста по сезону и какие у него дальнейшие перспективы. Вас могут и не отправить, потому что на тебя и Марину у федерации могут быть планы на следующий сезон, во взрослом разряде. Кстати, я уже недавно говорил, что завтра у нас торжественная встреча в горкоме партии, в 14 часов, сейчас дополню, я важный нюанс упустил. Нужно обязательно прийти в парадной школьной форме, комсомольскими значками и медалями. Вы же комсомолки?
— Я комсомолка, — ответила Соколовская. — Хорошо, я поняла про внешний вид.
— Ну… Я не комсомолка… — растерянно пролепетала Арина. — Я в этих… В красном галстуке которые!
Тут раздался дружный смех одногруппниц, но Левковцев решительно пресёк его, подняв руку.
— Тишина! Занимайтесь тем, о чём я вам сказал — учите показательный Хмельницкой и Соколовской, — велел Левковцев. — Сейчас я схожу к директору. Люда! Марина! Задайте темп тренировки!