Вторжение на Землю

– Понятно. Автоматы брать будем?
– Нет, завтра они нам не понадобятся.
– А с утра как обычно?
– Конечно! Вылетаем после завтрака. Вот, возьми фотографии грибов, которые будем заготавливать, покажешь бойцам, чтобы ничего лишнего не натащили.
– Так тут только белые и красные?
– А нам другие и не требуются. И ещё. Там на другой стороне размеры отмечены, предупреди чтобы соблюдали.
– Учту. Пойдём проводить вечернюю поверку?
– Пошли, время уже.
* * *
Во время утренней зарядки взвод Константина опять пробежал пятёрку и потом, после завтрака, совершил ещё одну небольшую пробежку до аэродрома, где их роту ожидал большой десантный носитель. Перелёт до Печенгского аэродрома занял двадцать пять минут. Всё-таки через стратосферу получается в разы быстрее, чем по-самолётному. Построив роту прямо на бетонных плитах посадочной площадки, Алексей Соловьёв поставил задачу:
– Сегодня будем работать повзводно. Напоминаю: границы полигона с севера и востока ограничены автодорогой «Кола», с юга – Верхнетуломским водохранилищем, и шоссе Е75 с запада. Приближаться к автодорогам ближе двадцати километров запрещаю. Там могут оказаться рыбаки, грибники, ягодники. Полагаю, что для отработки совместных полётов и перестроений десяти тысяч квадратных километров вам будет достаточно. Первый взвод занимает восточный сектор полигона, второй – центральный, начиная от окраин Заполярного, третий – западный, от Никеля. Во избежание путаницы схему нарезки секторов я сейчас сброшу вам на планшеты. В каждом из секторов замаскировано по десять колёсных бронетранспортёров «Росомаха». Ваша задача отыскать их и уничтожить. На выполнение задачи отводится два часа. По истечении этого времени всем независимо от достигнутого результата прибыть сюда для доклада. Отчёт – координаты и фотофиксация. Вопросы?
– Лейтенант Шумейко. Уничтожение обозначать одиночным попаданием, или можно не церемониться?
– Не церемоньтесь. Это битые машины. По ним Петров с компанией уже постреляли в прошлом году.
– Лейтенант Петров. Какие поисковые средства разрешены к использованию?
– Любые, кроме радара, естественно. Лейтенант Коновалов?
– Вопросов нет!
– По ступам! Вылет по команде взводного. Время пошло.
– Взвод! Слушай мою команду! – выкрикнул в эфир Константин, заняв место в ступе и опустив колпак. – Вылет парами, с пятисекундным интервалом, начиная с первого отделения, с набором пятикилометровой высоты и построением в клин, направленный на запад. Первая пара пошла!
Ступы попарно вылетали из взводного отсека носителя через потолочный проём и, мгновенно ускоряясь, уходили за облака, плотно обложившие небо Кольского полуострова. Дождавшись вылета последней, Константин бросил свою ступу в проём, потом немного в сторону (чтобы никого не зацепить при ускоренном наборе высоты) и откинулся в ложементе противоперегрузочного кресла, принимая на грудь десятикратную перегрузку. Командир покидает носитель последним, но на острие клина должен оказаться первым. Все остальные, стартовавшие со стандартным четырёхкратным ускорением, будут выстраиваться в клин за его спиной.
Командирская ступа почти сразу провалилась в белую облачную вату, потом туман за прозрачным колпаком просветлел, и почти сразу в глаза ударило солнце, яркость которого была тут же снижена светофильтром. Верхняя граница облачности заканчивалась на четырёхкилометровой высоте. Константин снизил ускорение до 4g и лишь после этого смог сфокусировать зрение и отыскать на экране зелёные огоньки ступ своего взвода. Обогнав пару, которая стартовала первой, он снизил скорость до четырёх махов и перевёл ступу в горизонтальный полёт.
К тому моменту, когда уже полностью сформировавшийся клин достиг окрестностей Никеля и повернул на юг, Константин успел связаться со спутником, запросить и получить информацию о всех крупных железяках, находящихся на земле в его секторе. Их было много. Учения на Кольском полигоне проводились не первый год. Дав бортовому компьютеру команду исключить объекты массой менее шестнадцати и более двадцати шести тонн, а также пронумеровать оставшиеся, он посмотрел на получившийся результат и сбросил его на компьютеры подчинённых.
 
– Взвод, слушай мою команду. Переходим на дозвук, снижаемся до нижней границы облачности и, оставаясь на ней, образуем строй фронта. Крайние ступы идут по границам сектора, моя – по осевой линии. Я сбросил вам потенциальные цели. Проверять будем все. Посмотрите на фотографии «Росомах», они есть в памяти ваших бортовых компьютеров. Ступа, находящаяся ближе остальных к потенциальной цели, спускается и приближается к ней пользуясь складками местности. Идентифицировав «Росомаху», поражаете её очередью в полсотни патронов из КПВТ. Приблизившись, фотографируете, сбрасываете мне фотографии и возвращаетесь на своё место в строю. Имейте в виду: лобовую броню «Росомахи» КПВТ не берёт. Доложить, всем ли понятен приказ.
Получив от каждого из подчинённых «квитанцию», Константин ещё раз взглянул на экран – до первой из потенциальных целей оставалось пять километров, и, наклонив ступу, посмотрел вниз сквозь прозрачный колпак. Под ступой простирался каменистый край, состоящий, казалось, только из невысоких сопок, частично поросших кустарниками, к которым смело можно было отнести и взрослые берёзы, редко превышающие по высоте человеческий рост, а также из озёр, ручейков и болотец, занимающих всё пространство между сопками.
Одна из ступ взвода резко ушла вниз и спустя минуту вновь начала набирать высоту.
– Объект номер один – ложная цель. Это «Брэдли», – прозвучал на общей волне доклад Лисицына.
– Доклад принят, – ответил Константин, делая пометку на экране и наблюдая, как уходит вниз вторая ступа.
Первому повезло Табгаю.
«Символично, – подумал лейтенант. – Первую цель поразил профессиональный охотник».
Следующим, почти сразу, «Росомаху» обнаружил Рабоданов. Потом было полтора десятка ложных целей, пока удача не улыбнулась младшему сержанту Фролову.
Последнюю «Росомаху» в самом конце сектора идентифицировал и расстрелял из КПВТ рядовой Смирнов. Получив фотографию, Константин скомандовал «Поворот все вдруг» и, с набором скорости, увёл взвод за облака. Там, разогнавшись до трёх махов, они на обратном пути отработали перестроения в правый и левый уступ, пеленг, кильватер, коробочку. Общее время, затраченное на выполнение задачи, у третьего взвода составило восемьдесят две минуты.
Шумейко справился с задачей за девяносто четыре. А взвод Коновалова спикировал на аэродром на сто девятнадцатой минуте, так и не обнаружив последнюю «Росомаху».
Ротный отправил первый взвод обратно, дав Коновалову ещё один дополнительный час, а второму и третьему разрешил отправиться в свои сектора для сбора грибов, сдав оставшиеся патроны и закрепив на внешней подвеске ступ по два пластиковых сорокалитровых контейнера.
Сбор грибов, разумеется, преследовал не только утилитарные цели, а ещё и являлся идеальным упражнением для развития внимательности и мелкой моторики. Дело в том, что срезать грибы и укладывать их в контейнеры космодесантники должны были с помощью манипуляторов. Не вылезая из ступы.
Инструктируя взвод, Константин показал им фотографии грибов, объяснив, что брать надо только эти два вида. Причём имеющих диаметр шляпки, не превышающий двенадцать сантиметров. Пояснив, что грибы большего размера могут быть червивыми. Есть, мол, небольшая вероятность. А червивые грибы на кухне не нужны. И велел не уплотнять грибы в контейнере, пытаясь запихнуть туда больше, чем он вмещает. Грибы, мол, от этого портятся.
Сам Константин заядлым грибником никогда не был. В Москве грибы водились только в магазинах, а на природе он чаще бывал не летом или осенью, а зимой, когда можно было вдоволь погонять на лыжах. Собирать грибы с помощью манипуляторов ему вообще до этого ни разу не доводилось. Поэтому в самом начале он даже отставал от некоторых из своих подчинённых, уже имевших соответствующий опыт. Но быстро приноровился и под конец даже выбился в лидеры.