Вторжение на Землю
– В смысле не умеет?
– Мысли скрывать не умеет.
– А, ты про это. Что, тоже телепат, как Шумейко?
– Конечно. В нашем выпуске телепатов было больше восьмидесяти процентов.
– Так ты сейчас что, мысли наши читаешь?! – напрягся Коновалов.
– Зачем мне их читать? У тебя, Юра, и так всё на лице написано.
– Так, парни, хватит! – остановил назревающий конфликт командир роты. Давайте сейчас допьём вот это, – он тряхнул полупустой бутылкой. – И в коечки. Завтра рабочий день.
– Что, и чая не попьют? – удивилась Катя.
– Чаю попьют обязательно, – смилостивился Алексей. – Костя ещё твоего варенья не пробовал.
Разошлись они уже хорошо за полночь.
* * *В пять утра Константин уже был на ногах. Умывшись, он выпил кружку воды, после чего в быстром темпе прогнал разминочный комплекс, чтобы побыстрее удалить из организма остатки спирта и ацетальдегида. После чего принял холодный душ, побрился, позавтракал и к шести часам уже был в роте на подъёме.
Выведя взвод на зарядку, Константин, после короткой разминки, направил его на пятикилометровый маршрут, решив, что насчёт шести километров он вчера немножко погорячился. Для начала с них и пяти хватит. Передвигаясь вдоль строя, он давал указания по дыханию и движениям рук, шутил, подстёгивал отстающих, снова шутил.
Пятикилометровую дистанцию взвод пробежал за шестнадцать минут. И даже первогодки вымотались не очень сильно. По крайней мере на ногах стояли. В принципе, для начала вполне прилично. Для физически здоровых старшеклассников. Значит, после вчерашнего марш-броска никто не охромел. Уже плюс. А результаты подтянутся. Это процесс постепенный.
Дав космодесантникам немного отдышаться, Константин показал им малый комплекс упражнений, предназначенных для развития плечевого пояса, которые можно проводить на ходу. Сопроводив взвод до казармы, лейтенант прошёл в канцелярию командира роты.
– Алексей, как тут у вас со стометровым тиром дела обстоят? Надо заранее заказывать?
– У нас, Костя, у нас, – поправил его ротный. – А по тиру сейчас гляну. Когда тебе нужно?
– Лучше бы прямо сейчас, после завтрака.
Соловьёв, глядя на экран монитора, сделал несколько движений мышкой, после чего заявил:
– До обеда тир свободен. Бронировать на весь период?
– Давай на весь. Расход патронов ограничен?
– Только разумной необходимостью.
– Это хорошо. Я хочу своих в движении погонять. Там ножи тоже можно метать?
– Ножи, сапёрные лопатки, сюрикены – всё, что пожелаешь. Слушай, Костя, ты сейчас никуда не торопишься?
– До окончания завтрака свободен.
– Я тебя вот о чём хотел расспросить. Раньше в ВДВ до половины личного состава были контрактниками. А у нас тут только офицеры и инструкторы. С чем это связано? Изменились задачи?
– Именно. Контрактники нужны для того, чтобы воевать. Это профессионалы войны. А сейчас войн нет и в ближайшие пару десятков лет не предвидится. А в мелких конфликтах можно обойтись маленькими группами спецназа или, как в предыдущем случае, привлечь курсантов. У армии на ближайшее будущее другая задача. Обучить военным специальностям максимально возможную часть населения нашей страны. И потом поддерживать их боеготовность, периодически привлекая на сборы. Тогда, в случае нужды, можно будет оперативно мобилизовать на контракт и вооружить десятки миллионов профессионалов.
– Спасибо, я понял. Грандиозная задача. Но вполне решаемая. А в других странах Десятки так же обстоит?
– Не во всех. В Штатах, во Франции, Вьетнаме и на Кубе – почти как у нас. В Китае и Большой Индии – иначе. Им не имеет никакого смысла готовить по полмиллиарда военных. Поэтому там, наоборот, в основном контрактники, посвящающие службе в армии почти всю свою жизнь. А остальное население проходит только начальную военную подготовку. Ладно, потом ещё поговорим. А сейчас я получу автомат и побегу – хочу своих на выходе из столовой перехватить.
* * *Успел в последний момент – взвод уже строился. Дождавшись окончания процесса, Константин велел Кривоносу отвести всех в казарму, получить в оружейке автоматы, после чего топать в стометровый тир. А сам пошёл в него сразу. Стометровый тир размещался в котлованном железобетонном сооружении, стены и арочный свод которого были изнутри выложены чёрными плитами пулеуловителей. Такие же плиты устилали пол. Константин поковырял пальцем – вроде резина, но очень твёрдая. Механизмы для подъёма ростовых и грудных мишеней имелись на дистанциях в двадцать пять, пятьдесят, семьдесят пять и сто метров.
К приходу космодесантников лейтенант успел пристрелять своё новое оружие и коротко обсудить план занятия с инструктором. Дав команду перестроиться в одну шеренгу у ближнего торца помещения, он поинтересовался, все ли умеют стрелять из автомата. Поверив на слово, что умеют все, он задал уточняющий вопрос:
– А в мишень попадать все умеют?..
Сделав паузу и выслушав хоровое «так точно», он закончил предложение:
– В движении.
В этот раз положительный ответ дали всего трое: младший сержант Фролов и двое рядовых: Табгай и Нестеров.
– А на следующий вопрос я попрошу ответить рядового Лисицына: чем мы сейчас будем заниматься?
– Учиться попадать в движении, товарищ лейтенант!
– Правильно. Всем получить патроны и снарядить один магазин. Патрон не досылать, автомат поставить на предохранитель.
Дождавшись, пока все выполнят команду и займут своё место в шеренге, Константин объявил:
– Показываю первое упражнение.
Выйдя на рубеж стрельбы, он вопросительно посмотрел на стоящего у пульта инструктора и одновременно с его командой передвинул флажок предохранителя в положение «отсечка двух патронов». Щелчок предохранителя слился со звуком передёргиваемого затвора.
Первая ростовая мишень выпрыгнула слева на двадцатипятиметровой отметке. Подняться до конца ей было не суждено. Сдвоенный выстрел прозвучал одновременно с опрокидыванием мишени. Константин стрелял от пояса. Сразу после выстрела он завалился вправо, сделал один оборот по полу, вытянув перед собой руки с автоматом, поразил из положения лёжа мишень, выскочившую справа на семидесятипятиметровой дистанции. Не переставая катиться вправо, сбил самую дальнюю мишень. Сделал один оборот в обратную сторону и поразил мишень на пятидесятиметровой отметке. Команда инструктора «дробь» застала его во время очередного переката, на этот раз вправо. Лейтенант упруго вскочил на ноги, подбил магазин резким ударом правой ладони, этой же рукой передёрнул затвор и поймал выскочивший из него патрон. Шагнув вправо, он, опять же правой рукой, вынул из воздуха не успевший упасть магазин, вставил в него патрон и одним движением пристегнул магазин на место. Одновременно левой рукой поставил автомат на предохранитель и, повернувшись к инструктору, доложил:
– Лейтенант Петров упражнение номер один закончил.
– Первая мишень поражена двумя пулями в голову, остальные тоже двумя – в грудь; время, затраченное на упражнение, семь секунд, – объявил инструктор.
Космодесантники смотрели на лейтенанта открыв рты, Табгай и инструктор – с уважением.
– Всем понятно, что следует делать? – спросил Константин.
– Так точно!
– Рядовой Табгай, на исходную. После выполнения упражнения разряжайте автомат обычным способом – для выполнения моего трюка нужно долго тренироваться, я его показал сверх программы.
Табгай поразил все четыре мишени за двенадцать секунд, тоже практически не целясь.
– Охотник? – спросил Константин. – Белку в глаз бьёшь?
– Так точно, товарищ лейтенант. Зачем шкурку дырявить?
– Молодец, Табгай. Назначаю тебя моим заместителем по огневой подготовке. Будешь учить своих товарищей. А сейчас разряжай автомат и сдавай оставшиеся патроны. Тебя учить стрельбе – только портить. Младший сержант Фролов, на исходную.
Фролов тоже поразил все мишени, но каждый раз целился, совмещая мушку с прорезью и замирая при этом на пару секунд на месте. Времени на стрельбу он затратил более полминуты.