Вторжение на Землю
– Товарищ президент, – обратился к собеседнику Петров в конце разговора. – Я ходатайствую перед вами о награждении старшего лейтенанта Дубовкина.
– Наградим, – согласился президент. – Только пусть сначала тарелку на Землю, не раскокав, доставит. Вот тогда обязательно наградим.
* * *Семён сильно расстроился, узнав о грядущем вынужденном ожидании и запрете полётов. Он всё понимал и вынужден был согласиться с доводами Петрова, но знал, что дальнейшая одиночная работа с четыреста двадцать первым будет малоэффективной. Дуб великолепно разбирался в программировании, был способным математиком, но очень плохо разбирался в физике и не знал, какие именно вопросы надо задавать, чтобы вытянуть из искина тарелки информацию, необходимую для понимания инопланетных технологий. Да и на Луну слетать, честно говоря, хотелось.
Пожаловавшись французскому астронавту, он неожиданно встретил не только полное понимание, но и поддержку. Тома Песке и сам маялся вынужденным бездельем – до прилёта очередной «Ариан-6» с разгонным блоком оставалось ещё больше недели. И выразил желание оказать посильную помощь, исходя из принципа: «Одна голова хорошо, а полторы – лучше».
Будучи весьма разносторонней личностью, Тома не только разговаривал на пяти языках и заслуженно считался инженером от бога, играючи разбиравшимся в разнообразных приборах и механизмах различного назначения, но и успел в юности поработать в Международном консультативном комитете по космическим информационным системам передачи данных.
Короче, в этот раз разбираться с четыреста двадцать первым они направились вместе. «Вырастив» второе кресло, напарники устроились поудобнее и приступили к работе. Семён, никогда раньше даже не подозревавший о наличии у себя такой способности, телепатически общался с искином тарелки, задавая ему вопросы, сформулированные Томой, и озвучивал французу ответы. Дело продвигалось медленно, но к моменту, когда воздух в баллонах начал заканчиваться, они уже неплохо продвинулись.
Сходив в МКС пообедать и сменить баллоны, напарники продолжили работу. Теперь дело пошло быстрее. Они пока ещё не представляли, как именно работает инопланетное оборудование, но уже хорошо понимали его назначение и возможности. Кроме этого, Тома смог разобраться в символах программного кода инопланетян и теперь самостоятельно читал с экрана, поясняя Семёну суть прочитанного уже на человеческом языке. Он по-прежнему не слышал ни четыреста двадцать первого, ни мысленных команд Семёна. Телепатия никогда не была сильной стороной землян и в этом они, несомненно, проигрывали пришельцам, у которых, как уже разобрались напарники, ей владели не только разумные представители цивилизации, но и большая часть ограниченно разумных виртуальных личностей.
С другой стороны, пришельцы, похоже, никогда не знали войн и, соответственно, в предстоящей битве за Землю у аборигенов были неплохие шансы на победу. Если, конечно, они смогут понять суть гравитации и поставить её себе на службу. А вот с этим пока было туговато. И у напарников появились сомнения, что в этом им помогут физики. Слишком уж разными путями шёл технический прогресс двух цивилизаций. Напарники пришли к выводу, что у альфацентаврцев, скорее всего, не было бронзовых и железных веков, эпох пара и электричества. Похоже, что они надолго застряли в каменном веке и сразу из него вступили в эру овладения гравитацией и некоторыми другими неизвестными на Земле энергиями.
Вернувшись на МКС, Семён доложил обо всём сначала Артемьеву, а потом, связавшись с Землёй, Петрову. Тот предложил ему на следующий день «прогнать» через тарелку весь личный состав, находящийся на орбите. Вдруг ещё у кого-нибудь тоже прорежутся телепатические способности.
К сожалению, чуда не случилось. Никто, кроме Дубовкина, так и не смог не только вступить в телепатический контакт с четыреста двадцать первым, но даже услышать хоть что-нибудь.
* * *На видеоконференции Большой Тройки с российской стороны присутствовали президент, министр иностранных дел и Петров. От Китая были Си Цзиньпин и глава национального космического управления Чжан Кэцзянь, а от США – президент Роберт Десантис и Джош Уильямс Четвёртый. Его за это время повысили до главного советника НАСА, и он, так же как Петров в России, возглавил аналогичный Координационно-аналитический центр космических проблем при президенте США. Все участники уже хорошо знали друг друга и даже сработались, поэтому, коротко поздоровавшись, слово предоставили генералу Петрову.
Николай кратко рассказал о том, каким образом удалось войти в контакт с искусственным интеллектом тарелки, о принципах её движения и возможностях, упомянув, между прочим, что на втором этапе к работе подключился французский астронавт. Потом он поведал о своих опасениях относительно ограниченности моторесурса тарелки и предложил продолжить её изучение на Земле. Причём объединёнными усилиями учёных Большой Тройки и Франции. В заключение он сообщил, что взаимодействие с искином тарелки и некоторые соображения аналитиков позволили сформировать несколько выводов, способствующих лучшему пониманию особенностей и целей цивилизации пришельцев с Альфы Центавра.
– И что же это за выводы? – заинтересовался Десантис.
– Первый и, пожалуй, основной вывод наших аналитиков заключается в том, что цивилизация пришельцев, скорее всего, вообще не имеет опыта военных действий. Именно этим объясняются почти все их поступки. Они не ведут с нами войну, а готовят своеобразную раскорчёвку, которая освободит для них нашу планету.
– Они пацифисты? – уточнил Си Цзиньпин. – Получается, что с ними можно договориться и решить дело миром?
– К сожалению, нельзя. Они не пацифисты в человеческом понимании, а просто другие. Скорее всего, даже не гуманоиды. И для них не существует таких понятий, как война, мир, сотрудничество, договоры. С одной стороны, это упрощает наши действия, а с другой – делает таких противников более опасными. Цивилизация, не знавшая войн, не имеет никакого представления об их опасности, о том, что война может привести не только к многочисленным жертвам, но и к тотальному поражению.
– Интересное предположение, – задумчиво произнёс китайский лидер. – Вы полагаете, что они не люди?
– Именно так. В биологическом плане они, скорее всего, близки к нам, иначе все их действия с похищением наших женщин были бы бессмысленными, но они развивались по совсем другому пути и имеют не только другую, чуждую нам логику, но даже другую физику.
– Что вы имеете в виду под другой физикой? – тут же завёлся Джош. – Физика она одна, общая!
– Может быть, я не совсем правильно выразился. Физика, безусловно, одна, но мы имеем дело с разными её разделами. На Земле технический прогресс шёл последовательно, от обработки камня к бронзе и железу, потом были пар, электричество, ядерная энергия, термояд. А они пропустили это всё, сразу занявшись гравитацией и другими энергиями, для которых мы пока даже названий не придумали. И ещё есть одно немаловажное предположение. Пожалуй, даже не предположение, а заключение. Они телепаты.
– Все? – с тревогой в голосе спросил американский президент.
– Очень похоже, что все. По крайней мере это основной принцип общения их искусственных интеллектов.
– Это очень серьёзно, – заключил Десантис. – А каков уровень их электронных мозгов? Или они не электронные?
– Насчёт того, электронные они или нет, я пока судить не берусь, – ответил Петров. – Слишком мало пока информации. А по уровню – может быть немного продвинутее «Алисы». Но этот вывод наши космонавты сделали на основании знакомства только с одним из них. Среднего уровня. Предположительно искусственный интеллект корабля-матки должен быть мощнее. На сколько именно – я пока не готов судить.
– Хоть одна утешительная новость, – перехватил инициативу в разговоре Си Цзиньпин. – Остальное мы ещё успеем обсудить. Какие будут предложения?
– А это уже прерогатива моих старших товарищей, – Николай мотнул головой в сторону президента и министра иностранных дел. – Я на такие вещи не уполномочен.