Я великий друид которому 400 лет! Том 7 (СИ)

Ну а мы продолжили тренировки, вернувшись к силовым упражнениям, после которых народ окончательно выдохся.
— Всё, на этом и закончим, — заявил Ли и окинул всех взглядом. — Вы все молодцы. Особенно Игнат. Для первой тренировки очень даже хорошо. А что касается женщин… В следующий раз вперёд вас поставлю! А то уставились на задницу Ивана и не отрывались!
— Ты видел его задницу? Вах же! — хихикала Кристина.
  
— Задница, как задница, — фыркнула Оля. — Вот у Ли задница! Ай… За правду не бьют!
Сестра уставилась на меня, закрывая лоб руками.
— Если маленькие девочки засматриваются на взрослых мужчин, то им следует дать ремня, — возразил я, а она показала мне язык и побежала вниз.
— Мы в баню! — крикнула Любава, уводя женщин, ну а мы, вчетвером, пошли в душевую на втором этаже пагоды. Там были две душевые: маленькая мужская и большая женская… Также две комнаты отдыха и раздевалки.
— Корейцы — настоящие монстры! — ругался Святослав в душе. Все мы принимали душ. — Они пьют столько, что я полностью изменил своё отношение к пьянкам в Москве. Там, оказывается, культурные посиделки с мизерной дозой алкоголя.
— Всё настолько плохо? — удивлялся я.
— Меня в Корее обблевал директор компании, с которой я заключал сделку! Каждый вечер на протяжении пяти дней мы большой компанией пили как черти. Караоке, ким-чи и…
— Бабы! — хохотал Ли, а Святослав обернулся. — Что? Все знают, что корейцы после своих пьянок нередко становятся малоадекватными. А там, если много девушек, такого сочного пупсика, как ты, всяко зажмут в уголке или в туалете овладеют.
— Виктории только не говорите… — виновато сказал он.
— Как будто ей есть до этого дело, — Ли покачал головой, обидев парня. — Свят, ну, серьёзно. Мы тебе сразу сказали, что это мазохизм. Человек она особый, и не знаю, как ты, но для меня она скорее как робот. Какой бы красивой она ни была, но какой в этом толк, если с человеком даже поговорить не о чём и нет эмоционального отклика?
— Какие все шибко умные, — ворчал я и кинул взгляд на Святослава. — К тому же ты ведь выпил антидот?
— Да… После очередной пьянки мне было так плохо, что… прости… — крашеный блондин опустил голову, я лишь пожал плечами, ведь это было предсказуемо.
— Я-то что? Я не осуждаю. Ты попробовал, не получилось. Бывает. В этом нет ничего ужасного.
— Спасибо…
Мы продолжили мыться и расспросили Святослава про Корею. И до чего же чудная страна! Думал, что китайцы странные, но, нет, корейцы тоже имеют «изюминку».
Вскоре мы собрались за большим столом. Пили грибной напиток и ждали, когда же там женщины накупаются. Но думается мне, это долгая история. Как вдруг у Ли зазвонил телефон.
— Да-да? Оу… Минутку, — он передал мне телефон.
— Слушаю.
— Друид… Это Ночь. Спаси меня, пожалуйста… — раздался голос девушки на фоне ругани и криков.
— Неожиданно. И звучит как ловушка Джеймса.
— Почитай боливийские новости… Я не вру, и я уже истощена. Не хочу обратно… Не хочу в этот ад… Спаси…
— Не понос, так золотуха, — вздыхал я. — Рассказывай.
 Глава 4 
Москва.
Шереметьево.
На следующий день.
— И сразу давайте свидетельство о рождении ваших дочерей, — сказала мне девушка на регистрации. Я же посмотрел на двух полторашек рядом с собой. Они одеты в милые голубые платьишки, глаза наивные, на лицах полуулыбка.
— Кхм… Посмотрите, пожалуйста, их возраст в паспорте.
— М? Ох… Прошу прощения… — смутилась девушка, аж уши покраснели от стыда. Но тут Любава виновата. Одела близняшек как детишек. Вот слов нет… Лишь проблемы создала на пустом месте.
— Ничего, они же азиатки. Мне кажется, что они произошли от вампиров. Вечно молодые. А потом, бац, отведали серебра, и всё, старики сморщенные.
Девушка смущённо улыбнулась и продолжила работать, после чего выдала нам билеты. Мы прошли дальше и разместились в бизнес-зале.
Там был диванчик в углу со столом, где я и рухнул вместе с близняшками. Да, мы летим в Боливию. Псих ли я? Возможно… Но оно того точно стоит.
Я могу заполучить себе Ночь. И я хочу её. Опросить, конечно же. У девушки есть очень важная для меня информация. Что это за информация, Ночь не говорит, но она касается магических растений… Если Джеймс смог мутировать растение и оно начало создавать ману, то это катастрофа…
Поэтому я весь прошлый день готовился и, продумав план, отправился в Ла-Пас. Столицу Боливии. Ночь же попытается добраться до города, и как я уже говорил, велик шанс, что всё это ловушка. Так что я прихватил с собой близняшек. У них ядра, так что им будет проще восстановить ману. Ну и они — теневики. Убийцы. Проникнут, куда нужно, и… спасут меня, если нужно.
— Ешь, — от размышлений меня вывел голос Ёнхи. Беловолосая поднесла мне какой-то сладкий десерт. Я же с сомнением посмотрел на девушку. — Люба сказала, чтобы мы убедились, что ты правильно питаешься.
— И поэтому ты даёшь мне сладость?..
— Для мозгов, — возразила она, и я открыл рот.
— И это, — добавила Соён, протягивая мне тефтельку.
Так что ел на обе стороны. И когда они успели еды набрать в тарелочки?.. И люди на меня странно смотрят. Но… Со стороны, наверное, и правда выглядит всё «подозрительно». Спасибо, хоть в полицию не звонят… Хотя кто их знает?
А эти… После Дубая совсем распоясались. Шалят да шкодят. Ещё и Любаву любят троллить. Вот прям очень! И они прям расцветают, когда делают это. Поэтому рыжая их и терпит. Правда, всё же полторашкам пару раз досталось по заднице.
— Женщины… я сейчас лопну! — возмутился я, когда мне в очередной раз что-то совали в рот.
— Вырабатываем в тебе рефлекс, — раздался голос слева.
— Брать в рот всё, что дают, — добавил голос справа.
Я дёрнулся, чтобы схватить этих зараз, а они изогнулись словно кошки и шустро сбежали.
— Любаве всё расскажу!
— Ябеда, — Ёнхи выглянула из-за соседнего стола. И мне захотелось в неё кинуть что-нибудь, и я кинул тефтельку. А её сестра, взявшаяся откуда-то, поймала тефтельку ртом и съела. Тогда я кинул ещё одну, потом ещё и ещё.
— Выдрессирую вас и в цирке буду показывать, — заявил я и расхохотался.
— Мужчина! — услышал я гневный голос какой-то тётки. А затем и увидел. Крупная брюнетка, лет сорок с лишним. — Вы что творите⁈ Нельзя над детьми издеваться! Тем более над такими милыми девочками!
— Он — тиран… — близняшки прильнули к ней, и женщина приобняла их за плечи.
— Если будете с ними плохо обращаться, опека заберёт их у вас!
— Он… не наш отец… — тихим голосом и жалобным видом сказала Соён. И у женщины аж рот открылся.
— И он видел нас голыми… Регулярно… — добавила Ёнхи.
— П-п-п-п-полиция! Нужно позвонить в полицию!
— Женщина, им по двадцать шесть, — успокоил я её, а близняшки тут же разбежались и мгновенно затерялись в зале.
— А? Двадцать шесть? — она заозиралась, ища зараз мелких. — А куда они делись?..
— Сбежали, чтобы им не дали по голове. Причём заслуженно.
— Вот мелкие! Разыграли меня! — расхохоталась женщина. — Но сама виновата. Обидела их, назвав детьми.
— Они ж специально нарядились так, — возразил я.
— Ну-ка… — она достала телефон и, сев рядом, начала копошиться в интернете. — Они же кореянки? Ага… Вот!
Мы стали изучать корейскую моду, и я морщился. Кошмар какой-то.
— На улице такое никто не носит.
— Ой! — перепугалась женщина, обнаружив близняшек рядом с собой. — Вы так тихо ходите!
Те пожали плечами и убежали. Маневрируя меж людей, они прибежали к шведскому столу и, набрав всякого разного, принесли за столик к нам.
  
— Спасибо, — улыбнулась женщина и показала телефон. — А такое носят?
Там было что-то «оверсайзовое» или «вешалки» по-нашему. Но было и много «няшно-милого», так что непонятно, кому сколько лет и какого они там все роста. Лишь после просмотра видео с иностранцами в Корее стало понятно. Да. Коротышек там тьма. Есть, конечно, и высокие, и даже немало, но нам в основном попадались видео с коротышками.