Я великий друид которому 400 лет! Том 7 (СИ)

Он, как и Джеймс, был в противогазе. И оба были со впалыми щеками, потому что ядовитый газ и до них добрался. В городе не было никого, кто не пострадал бы от газа…
— Друид! Будь ты проклят! — зарычал Джеймс, и его стошнило, прямо в противогаз…
* * *
Ферма.
Поздний вечер.
Прошипев от ожога на груди, я кинул взгляд на «умиротворённого дракона». Эта рыжая зараза чуть весь дом не спалила. Меня всего две недели не было, а встречала, будто я год в дальнем рейсе пробыл.
  
Выбравшись из комнаты, попал в кольцевой коридор и направился на кухню-гостиную. И открыв дверь, услышал музыку, а войдя, увидел Ингвара, пьющего чай за большим столом.
Кухня у нас была немного загнута, и, когда входишь, по правую руку у нас диван с телевизором. Там же есть кресло и комод. По левую сторону — большая кухня. С… посудомоечной машиной!
Недалеко от зоны готовки стоит большой стол на большое количество людей. За ним огромный шкаф полный всякого-разного. У южной стены, которая напротив кухни, стоят два дивана со столиком. Также у восточной стены была дверь с выходом на веранду, которую пока не построили. Ну и всё.
Пол у нас мягкий, из мха белого цвета, но две недели назад он был зелёный. Тут как захотим, так и поменяем цвет.
(Суперкарта кухни)
Так вот за столом сидел Ингвар, а на диване перед телевизором расположились Ночь с Аквой, и болтали. О своём, о бывшегеройском.
Так что я сел за стол, взял уже стоявший тут чайничек с чаем, вот чай и начал пить. Разве пришлось постараться чтобы найти кружки.
— С возвращением, — сказал Ингвар, и я кивнул ему. — Долго вас не было. Я уже закончил те артефакты для защиты от злых духов, и Занн отвезла их тому знахарю.
— Благодарю. А что насчёт артефактов для уничтожения духов?
— К нам уже пять человек из «психов» приезжали. Двоим дали лекарства для мозгов, у троих реально были проблемы со злыми духами. Но пока не выходит создать достаточно эффективный инструмент… — вздыхал бледноватый парень.
— Хм, а как ты делаешь? — спросил я, и мы занялись обсуждением. Всё же и сам немного разбираюсь в этом деле. Вон, посох какой себе сделал.
Так и болтали, попивая чай. А там в холодильнике холодец нашёлся, да и немного пирога. Так что я ещё и поел. Но вдруг рядом со мной села Аква. И с ней Ночь. Обе сидели слева от меня и отобрали холодец.
— Очень уж ты вкусно ешь! — заявила грудастая зараза, но холодец убрала не сильно далеко, и я доставал вилкой.
— Прожорливые женщины, — ворчал я.
— А это я приготовила, — заулыбалась та.
— Вкусно вышло, — кивал я.
— Я видела, — хихикала она.
А Аква и правда изменилась. После того, как получила цель и занялась озером, её не узнать. Теперь она не растерянное эмоциональное существо, а собранная и уверенная в себе девушка.
— Думала, не вспомню, как готовить холодец, но нет, сумела! А ты чего не ешь?
— Это?.. — Ночь с сомнением посмотрела на желе из мяса с чесноком. — Ну уж нет… Вы, русские, странные…
— Я — из Беларуси, но студень, он же холодец, много где едят.
— Это же жуть, как можно такое есть? — недоумевала чернокожая.
Мы же посмотрели на неё как на сумасшедшую. Вкусно ведь! Ну и продолжили есть. А Аква ещё и хлебушка принесла.
— Ингвар, попробуй, — попросила Аква, но… Наш девственник выглядел слишком уж смущённым и поспешил сбежать.
— Взяла и сиськами выгнала парня из-за стола, — я слегка толкнул Акву плечом, а она заулыбалась. На девушке была ночнушка, и вроде не прозрачная, но с декольте. Чтобы там «всё проветривалось».
— Мне кажется, он на Ночь пялился, — возразила девушка, и мы посмотрели на чернокожую, одетую в футболку и шорты… Да нормально она одета.
— Может, влюбился, — пожал я плечами, и мы уставились на Ночь.
— А я тут при чём?
— Совратительница! — хохотал я. — Бедному Ингвару ведь лишь девятнадцать.
— Да? Тогда ты у нас мальчик, Иван, которому всего лишь двадцать шесть годиков.
— Тётя Ночь, — заулыбался я.
— Давай холодец ешь. Попробуй, — Аква почти насильно засунула ложку в рот чернокожей, а та сразу поморщилась, будто её сейчас стошнит. Но… прожевала, проглотила и задумалась. А затем и ещё кусок съела.
— Вы так весь холодец съедите! — ахнул я.
— У меня его много. Тут! — хохотала Аква, обхватив и приподняв свою грудь.
— Такого холодца мне не надо. Объелся уже, — возразил я.
— Да мы слышали, — улыбалась она. — Нужно звукоизоляцию создать.
— Так стоит же…
— Это на стенах она стоит, а в коридоре всё слышно… Двери плохие… — вздыхала русоволосая, и Ночь закивала.
— Займусь. Как вообще дела?
— Приезжали две партии пациентов, и мы со всеми разобрались. С шейхами тоже разбираемся, но им бы зелье твоё. Которое самое убойное. И тогда всё, можно возвращать шейхов на родину. Ещё… Тут Сычёва спрашивала, когда уже санаторием займёмся. Она уже и десяток эскизов прислала.
Я лишь поморщился. Ещё и санаторием заниматься… Но это нужно, чтобы не пускать тех же шейхов к нам в баню. Да и поможет получить связи и влияние.
— Фёдор уже закончил с домом? — спросил я.
— Да. Ремонт окончен. Позавчера доделали последнее. Теперь хотят напиться и «неделю лежать тюленями».
— Ну, пусть пару дней отдохнут, — улыбнулся я, а эта расхохоталась.
Мы ещё немного посидели, после чего я вышел на улицу и направился к Плачущему храму, чтобы зарядиться магией и помедитировать. Но из тьмы выскочили волки и напали на меня. И повалив, начали лизать, скулить и покусывать меня.
— Да-да, я тоже соскучился.
Пришлось чесать ушки и гладить животики, но, даже вычесав их, волки не оставили меня, и медитировали мы вместе. Я сидел на полу, а волки, словно «инь и янь», окружили меня.
Они были тёплыми и мягкими, так что я и не заметил, как уснул. Проснулся же утром и накрытый пледом…
Улыбнувшись, аккуратно выбрался из плена волков и пошёл на берег пруда.
Тут свежо и тепло. Хорошо здесь, но из-за перепадов температуры вокруг фермы образовался густой туман. Точнее, он образуется на самой ферме, но магией выбрасывается наружу. Это сложно объяснить, да и голова у меня с утра плохо работает.
Добравшись до ванной, где сейчас купались женщины, полюбовался на эту неземную красоту. Аж глаз не оторвать!
Белый пол, который охотно впитывает влагу из воздуха, и воду, зелёно-голубые стены, которые также впитывают влагу. Восемь душевых кабинок, чьи стенки были полупрозрачны, а закрывались занавеской. Ну если кто-то захочет закрыться. Там же есть небольшие полочки для лосьонов и мыла.
Кабинки у нас справа от входа. А слева — длинная подвесная тумба с тремя раковинами, зеркалами, и рядом стоит высокий, но тонкий шкаф со всякой женской фигнёй. Точнее, внизу полотенца и халаты, а выше лосьоны, шампуни и прочее. Нужно будет своё сделать. Оно получше будет.
  
Далее у нас длинная скамья напротив кабинок, а в конце помещения — большая ванная, которая может вместить четырёх человек. Ну и занавеска.
— Ну как тебе? — спросила Инди, обернувшаяся ко мне. Её тело было намылено, а волосы уже помыты. Девушка мылась в четвёртой кабинке.
— Будь я похотливым китайцем, сказал бы что-то вроде: «Ты восхитительна», но да, ванная комната вышла отличной.
— Спасибо. И за то, и за то, — улыбнулась стройная красавица, и я посмотрел на Валькирию. Она мылась в третьей кабинке и пальцем указала на себя красивую.
— За две недели жизни волком, я уже и позабыл, насколько ты красива. Просто вах! Ты словно одинокий горный цветок! — я шутливо послал воздушный поцелуй, а она сделала сердечко пальцами в районе груди и изобразила биение.