Сергей Курёхин. Безумная механика русского рока

Ситуация казалась тупиковой до тех пор, пока в дело не вмешалась энергичная Стингрей. В качестве гонорара за альбом Insect Culture английский лейбл ARC Records приобрел для Курёхина сэмплерный синтезатор Prophet 2000. Клавиш такого уровня в Питере тогда не было ни у кого, а в Москве — разве что у кинокомпозитора Эдуарда Артемьева, работавшего с Андреем Тарковским и Андреем Кончаловским.
«Долгое время у меня клавиш не было вообще, — вспоминал впоследствии Капитан. — Первый синтезатор мне подарила Стингрей — маленькую Yamaha 100. А мой первый персональный инструмент Prophet 2000 был очень мощным, с аналоговой обработкой внутри. От него все обалдели, и на нем я уже стал записывать что-то».
Этот синтезатор Джоанна протащила контрабандой, на пароме через Финляндию. И как только Курёхин освоил принципы его работы, он понял, что перед ним открылись прямо-таки сказочные перспективы.
«Как только Стингрей привезла Prophet 2000, я поехал домой к Капитану, — вспоминает Виктор Сологуб. — И мы начали извлекать разные звуки. Это была такая фантастика, когда мы нажимали всякие кнопки: «А может быть, это? Или это?» Незабываемое ощущение — я попал в ситуацию, когда Сергей открывает что-то новое вместе со мной!»
Переоценить роль суперсовременного музыкального инструмента в жизни Капитана было сложно.
«На мой взгляд, «Поп-механика» реально началась тогда, когда у Курёхина появился свой собственный синтезатор и он понял, что может работать один, — считает Андрей Тропилло. — Потому что до этого он в основном мог кому-то помогать. И сам по себе он тогда еще был не готов что-либо делать. А основной переходный процесс и эволюция произошли, когда Сергей получил этот Prophet. И он понял, что может всё делать сам».
Вскоре после переговоров между Горбачевым и Рейганом в Рейкьявике на стол Генерального секретаря КПСС лег виниловый двойник «Красной волны». «А почему в Америке такие диски выходят, а у нас нет?» — поинтересовался Михаил Сергеевич и дал указание Министерству культуры активизировать работу с молодыми артистами.
Впервые со времен Тбилисского фестиваля 1980 года рок-группам был включен зеленый свет. В Лужниках был проведен всесоюзный фестиваль «Рок-панорама — 86», запись с которого в кратчайшие сроки издала фирма грамзаписи «Мелодия». А в Питере состоялась долгожданная премьера фильма «Диалоги», причем почти всё пространство афиши заполняли имена музыкантов «Поп-механики».
В начале фильма поэт Вознесенский произносит эмоциональную речь, и со стороны это смотрится как выстраданный компромисс между официальной культурой и андеграундом. Старинное высказывание Гребенщикова «Все рокеры в жопе, а джазмены в пизде» становится анахронизмом, а лидер «Аквариума» воздвигается на пьедестал перестройки как символ «времени перемен». БГ появляется на обложках журналов и в эфирах радиостанций, и это только начало.
Осенью 1986 года команда Гребенщикова сыграла шесть сольных концертов в БКЗ «Октябрьский». Первый официальный диск «Аквариума», выпущенный на «Мелодии», разошелся по стране гигантским тиражом. После того как по первой общесоюзной программе Центрального телевидения показали «Музыкальный ринг» с «Аквариумом», стало понятно, что назад пути нет.
Друзья вспоминают, что в середине 1980-х Курёхин был одним из первых, кто реально поверил в Горбачева и идею перестройки. Сидя на кухне у Саши Липницкого, он говорил, что вскоре в СССР наступят позитивные перемены. И пока московская и питерская богема гадали, выпустят их за границу или не выпустят, Капитан уже рассказывал своим музыкантам про будущие выступления «Поп-механики» в Европе.
«В самом начале перестройки у меня было такое ощущение, что сейчас искусство наконец-то получило полную свободу, — говорил Капитан спустя несколько лет. — И я верил в то, что искусство сейчас действительно воспарит. И люди, которые по традиции называются «творческими людьми», должны сейчас делать какие-то просто невероятные вещи».
 Капитан Фантастика 
Если Стравинский оперировал интервалами, сочиняя музыку, а Шнитке так же оперировал стилями, как нотами, то Курёхин сочинял «Поп-механику» из конкретных людей, со всеми особенностями их импровизационного дара и сценического и жизненного поведения. София Губайдулина 
 
Несмотря на ветер перемен, путь Капитана к массовому признанию оказался тернист и извилист. «Два с половиной года живет «Поп-механика», изредка появляясь в городах и весях, — писал в 1987 году журнал «Сморчок». — В Ленинграде с ее помощью уже было закрыто несколько площадок. За Курёхиным одно время даже закрепился титул Мастера-Закрывателя площадок. Стоило «Поп-механике» появиться на сцене какого-нибудь клуба, как он автоматически исчезал с джазовой карты города».
В декабре 1986 года был отменен концерт в Центральном доме художника в Москве и запрещено выступление оркестра на нескольких джазовых фестивалях. Через месяц «Комсомольская правда» в разгромной статье «“Красная волна” на мутной воде» раскритиковала деятельность Стингрей, после чего у Капитана было заблокировано еще несколько акций.
По всему чувствовалось, что старая жизнь должна закончиться, а новой жизни еще не было. Ситуация напоминала подвесной мост через пропасть, который шатался и держался неизвестно на чем. Никаких новых правил еще не существовало, но Капитану все-таки удалось устроить «Поп-механике» несколько незабываемых перфомансов.
В октябре 1986 года на сцене Ленинградского дворца молодежи оркестр Курёхина выступил уже перед тысячей зрителей. Программа называлась «Введение в “Поп-механику”», и ее планировали записать для Leo Records.
Несмотря на то, что этот перфоманс снимало полдюжины телеоператоров, сделать полноценную видеоверсию концерта не получилось. Жаль, потому что там было что снимать. Одетый в красный комбинезон звукорежиссер и гитарист Леша Вишня залезал на стул и имитировал новогоднюю елочку. Привезенный из зоопарка козел гонялся за шоуменом «Поп-механики» Олегом Гаркушей. Рядом резвились переодетые в зайчиков дошкольники.
«Дети, сейчас мы будем праздновать Новый год!» — с умилением режиссировал этот взрослый утренник Курёхин. И это было только начало.
Псевдоврачи рассматривали рентгеновские снимки, Виктор Цой возглавил колонну гитаристов, а артист «Лицедеев» Антон Адасинский самозабвенно исполнял романс «Скоро осень, темнеют деревья» и полировал электробритвой свой голый череп. Африка поливал артистов из огнетушителя и валялся на полу в обнимку с козлом.
В финале шоу по сцене Дворца молодежи носились шестьдесят три человека. Среди них были замечены «Новые художники», «Лицедеи», фольклорные персонажи из коллектива Виталия Федько, художник-концептуалист Сергей Ануфриев, Джоанна Стингрей с перкуссией, будущие вокалистки «Колибри», фотографы и телеоператоры. Затем на сцене появилась настоящая лошадь с Африкой в роли наездника. От страха животное наделало кучу дымящихся экскрементов прямо на чьи-то гитарные примочки.
«Во всей этой беспорядочной кутерьме Курёхин передвигал инертные массы с энергичностью бульдозера, — писал про этот концерт подпольный журнал «РИО». — Но к концу действа раздухарившиеся актеры начали выходить из-под контроля Капитана. Дело спас финиш, так что прекрасный спектакль не успел развалиться и вызвал законное восхищение публики».
После хэппенинга в ЛДМ (позднее вышедшего на диске Introduction in Pop Mechanics) кто-то из журналистов поинтересовался у Сергея, как ему удается управлять таким количеством артистов. У Курёхина было отличное настроение, и он честно признался: «Для того чтобы музыканты поняли, что от них требуется, на них приходится орать. Много-много орать. Это единственный способ, который может заставить их как-то расшевелиться и что-то сделать на сцене».
Параллельно «Поп-механике» Капитан сконцентрировался на создании музыки к дипломной работе молодого кинорежиссера Олега Тепцова «Господин оформитель». К мистическому сценарию по мотивам рассказа А. Грина «Серый автомобиль» от Курёхина требовалось создать какой-то загадочный музыкальный ряд в духе модерна и традиций Серебряного века.