Я стираю свою тень 2 (СИ)

— Могу, если он тебе так дорог, хотя и жалко.
— Спасибо тебе, — он протянул руку мне через стол, наплевав на всех, кому помешал его жест. — Дружба?
— Дружба, — я пожал его могучую лапищу.
Обрадованный Апанасий моментально доел свой завтрак и встал в очередь за добавкой.
— Здорово, что вы с ним подружились, — прошептала Айрис.
— А что нам с этой дружбы? Боюсь, как бы он не стал слишком навязчивым.
— Он может нам пригодиться, — произнесла она уверенно, но не пояснила для чего. Это было в ее стиле.
— Всем, кому сейчас на выход, закончить завтрак и строиться у рампы, — между рядами завтракающих появился Клавдий, как вестник дурных новостей.
В груди захолодело, ноги и руки сделались ватными. Остатки еды моментально стали несъедобными. Айрис тоже не успела доесть, отодвинула завтрак в сторону.
— Новенькие, — он увидел нас, — в конец очереди. Смотрите и повторяйте за теми, кто опытнее.
— Хорошо, поняли, — поблагодарил я его, хотя хотелось пнуть вдогонку.
Оказалось, что новенькими были не только мы с Айрис. Позади нас встали еще шестеро, все как на подбор, уголовные рожи. Я даже не стал пытаться пойти с ними на контакт, да и они не горели желанием общаться. Рампа возвышалась над уровнем пола примерно на метр. Народ, построившись в колонну по четверо, уместился на ней полностью. Тяжелая металлическая дверь, как в бомбоубежище, отъехала назад.
— Вперед! — скомандовал Клавдий с синхронно загоревшимся огоньком над ней.
Мне стало еще страшнее от этих действий. Даже Айрис как будто побледнела. Страх и дурные предчувствия, источаемые людьми, окутали нас физически. Дверь за нами закрылась. Мы очутились в небольшом и хорошо освещенном помещении. Послышался звук работающих механизмов и вдруг, прямо с потолка к каждому из нас опустился комплект из плоского бочонка с лямками и оружия, отдаленно напоминающего земное огнестрельное, но без затвора и ствола в классическом смысле.
Я помог Айрис надеть бочонок, потом она помогла мне и только потом мы взялись за оружие. В смене с нами был и Апанасий. В его руках автомат смотрелся, как игрушечный.
— Апанасий, расскажи, как пользоваться этой штукой, — попросил я его.
Он подошел к нам поближе, развернул оружие стороной, на которой имелись какие-то переключатели.
— Смотри, это переключатели, которыми выбираешь нелетальный импульсный режим или летальный огнестрельный.
— А как определить когда и каким режимом пользоваться? — спросила Айрис.
— Вот прицел, он видит долбодятлов сквозь камень. Когда они изображаются зеленым, их можно только пугать, а когда красным, то надо стрелять пулями.
— А как определить их дерьмо? — спросил один из новеньких.
— В прицел. Говно светится фиолетовым. Не советую долго держать его в руках, иначе останутся болячки. Нашли, сразу кинули в бочонок напарнику.
— А скольких долбодятлов ты убил? — поинтересовался «уголовник».
— Шестерых.
— Оружие берет их?
— Берет, иначе, зачем было его давать. Труднее всего попасть, потому что они очень резвые. Жабоиды против долбодятлов плохие бойцы, а мы, потомки землян, настоящие воины. У нас реакция что надо. Помните, что ходы кривые и у вас будут только доли секунд на выстрел.
С противоположный от входа стороны стены раздался раздирающий нервную систему, как напильник пустую консервную банку, сигнал. «Бывалые» мгновенно выстроились правильными рядами. Мы с Айрис немного замешкались, но благодаря тому же Апанасию, передвинувшему нас как пешки по шахматной доске, заняли свое место. Мои потные ручонки заскользили по рукояткам оружия.
Еще одна широкая дверь в стене пришла в движение. Отряд сборщиков молча и согласованно направился в проем. Подойдя ближе к стене, я заметил торчавшие из потолка трубы, похожие на стволы крупнокалиберного оружия.
— Это для тех, кто решит распорядиться своим оружием иначе, чем нужно, — пояснил мой сосед по шеренге. — Быстрая смерть от белкового расщепления.
— А что были случаи бунта? — поинтересовался я.
— О них остались только предания. Никто здесь не живет столько, чтобы помнить, что было хотя бы полгода назад.
 
— А из пещер никто не пытался сбежать наружу? — поинтересовалась Айрис.
— Вы что, это бесполезно. Здешняя атмосфера настолько агрессивная, что это самоубийство чистой воды.
— Ветер? — догадался я.
— Именно. Несет камни размером с кулак как будто это клочок бумаги. Врежет по телу, смерть.
— А релианцы передвигаются по поверхности?
— Да, разумеется. Они же перевозят грузы, встречают корабли, но захватить их транспорт нереально. Броневики стоят в ангаре и курсируют между портом и шахтой, не подобраться. Изнутри их защищает оружие, снаружи ветер.
— Ясно, спасибо, — Айрис поблагодарила моего соседа за информацию, затем наклонилась ко мне. — А Клавдий знал, как забраться в оружейку.
— Но не знал, как выбраться, не пожертвовав рукой, — парировал я.
Мне было в этот момент так страшно, что я с трудом мог заставить себя думать о чем-то большем, чем предстоящая опасная работа. Когда отряд полностью оказался в переходном шлюзе, кто из его начала выкрикнул:
— Всем разбиться на двойки!
Мы с Айрис тут же ухватились друг за друга, будто кто-то мог нас разъединить. Открылась еще одна дверь, за которой с моего расстояния была видна только тьма. Народ начал выходить в нее по двое. Наша очередь неумолимо приближалась.
— А как мы сможем вернуться назад? — неожиданно я понял, что мы можем заблудиться в пещерах.
— В прицеле появятся стрелки перед окончанием смены, — пояснил мне сосед. — Они не появятся, если вы не наберете норму долбодятловского дерьма.
— А как быть?
— Ждать другую смену и добирать до нормы.
— Черт! — я сплюнул.
Открывались новые условия работы, которые мне нравились все меньше и меньше.
— А не бывает так, что тот, кто мало собрал, захочет отобрать у другого? — поинтересовалась Айрис и повела взглядов в сторону новеньких, не вызывающих доверия.
— Бывает. Поэтому на работе надо держать дистанцию. Если у вас отберут, это станет всем известно и воров накажут.
— А если мы завалим их? — тихо спросил я.
— Лучше не надо. Отдайте и ждите второй смены.
— Понятно.
Из темных недр горы в нашу сторону дохнуло холодным сквозняком, заставившим поежиться. Мы с Айрис переступили порог и оказались в полной тьме. Я приподнял оружие и увидел на экране довольно сносную картинку окружающего ландшафта. Небольшая пещерка стены которой были испещрены десятками отверстий в человеческий рост. Часть из них были обозначены в прицеле красным контуром, а часть зеленым. Мы с Айрис предположили, что зеленый цвет означал те, в которые еще никто не заходил.
Мне вначале показалось, что тьма пещеры начала проясняться по неведомой причине. Или экраны прицела давали столько света, что глаза приспособились к такому слабому освещению, или здесь были какие-то источники, возможно природной люминесценции. Когда мы дошли до светящегося зеленым прохода, пространство пещеры уже можно было разглядеть полностью.
— Не такая уж тут и тьма, — хоть что-то в это утро оказалось лучше ожидаемого.
— Я чуть было не подумала, что Джанбоб решил добавить нам помимо искусственных мышц еще и ночное зрение.
Мимо нас прошел Апанасий с напарником. Они так пристально рассматривали окружение через прицел, что я не удержался поинтересоваться.
— Послушай, друг, а ты без прицела видишь что-нибудь?
— Чего орешь? — прошипел он. — Вообще ни черта не вижу.
По его действиям можно было предположить, что он не врет. Апанасий время от времени свободной рукой проверял над головой ситуацию, чтобы не наткнуться на висящий сталактит. Мне этого совершенно не требовалось, потому что я прекрасно видел вокруг себя. Мы понаблюдали за остальными и остались уверенными в том, что никто, кроме нас ничего не видит, кроме как в прицел оружия.
— У Джанбоба на нас были какие-то планы? — теперь и мне стало очевидно, что наше прекрасное ночное зрение стало результатом вмешательства.