Я стираю свою тень 2 (СИ)

Меня уже дважды огрели дубинкой по спине за мою нерасторопность. Мало того, что я испытывал каждый раз невообразимое чувство отвращения и страха, когда видел эту мерзкую рыбочеловеческую голову, так еще вынужден был терпеть физическую боль. Айрис знала несколько слов на релианском языке, за что они обходились с ней намного мягче. Подталкивали под попу дубинками и странно дергались. Я решил, что это смех по релиански.
С корабля во внутрь здания мы перешли по длинной кишке приемного терминала. Судя по завываниям снаружи и раскачке «кишки», погода на планете долбодятлов была ветреной. Первоначальные идеи насчет побега, появившиеся в моей голове во время транспортировки в мрачных недрах космического корабля релианцев, отпали. Ветер швырял камни в стены из металла, оставляя на них вмятины.
— Айрис, мне все равно непонятно, почему им выгоднее использовать людей, а не технику?
— Релианцы не особо преуспели в производстве. Им пришлось бы искать компоненты на стороне. А техника, которую производят развитые расы, обязательно будет себя идентифицировать в системе, такое правило. С людьми проще, они самостоятельны выбирать свою жизнь. Пропали два идиота, и черт с ними, не делали бы глупостей, ничего бы не произошло.
— Ясно. Космические рабовладельцы. Прямо название для моей будущей книги. Ай! — я третий раз получил дубинкой промеж лопаток.
— Инте ыс! — выкрикнула Айрис. — Хватит его бить, придурки мокрожопые.
Её не послушали. Еще один релианец, задергавшись в конвульсиях, как при спонтанном оргазме, замахнулся на меня и попытался ударить. Я уже приготовился снова получить по спине и зажмурился. Удара я так и не почувствовал, зато услышал возню. Открыл глаза и увидел Айрис с дубинкой в руках и лежащего на полу релианца.
— Я сказала, инте ыс! Чего вам было неясно? — она обвела взглядом остальных наших конвоиров, прижавшихся к стенкам и направивших на Айрис оружие. Нет, моя жена точно не обабела, просто уровень ее заботы обо мне стал чуть выше.
Поваленный ею релианец поднялся на ноги и, придерживая здоровой левой рукой правую непослушную руку, отошел в сторону. Айрис отбросила дубинку в сторону и подошла ко мне. Ихтиопод, в сторону которого полетела дубинка, едва успел отскочить от нее в сторону.
— Прости. Не сдержалась. Теперь они отправят нас в самое стремное место.
— Это было великолепно, Айрис.
— Повторять за мной не советую, могут и пристрелить.
— Зато теперь без повода дубинками махать точно не будут.
— Болит? — Айрис задрала мне майку и осмотрела синяки. — Твари мокрожопые. Мамой клянусь, они надолго запомнят нашу смену.
— Откуда такие познания в языках? — поинтересовался я.
— Культурный обмен в школьные годы. Встречались с мелкими релианцами на их корабле. Мой первый обмен обернулся для меня культурным шоком. Увидев их неприятные физиономии, забыла все слова, которые учила. К слову сказать, они тоже не испытали особой радости от встречи с нами. Наверное, мы, потомки землян, и они, потомки релианцев, еще далеки от духовного совершенства.
— Судя по тому, чем мы собираемся тут заниматься и на каких условиях, ты абсолютно права.
— Уж лучше бы я ошибалась.
Нас препроводили, держа на мушках и, наверное, с трудом сдерживаясь от желания нажать на спусковой крючок, в большой зал, или пещеру, ибо помещение было сделано внутри скалы. Здесь было людно, воняло немытыми телами и чем-то едко затхлым. Толстенная железная дверь закрылась за нами. Мы остались стоять у нее, разглядывая без особой радости наше новое место жительства.
— Всего несколько секунд, и мы могли бы сейчас стоять у дверей нашей квартиры, — Айрис сжала мою ладонь. — Я хотела, как лучше.
— Давай скажем, что мы забыли выключить утюг и нам надо срочно домой, — нашел я в себе силы пошутить. Когда Айрис расклеивалась, у меня автоматически включался режим оптимиста.
Правая половина пещеры была занята рядами открытых одинаковых комнаток в пять ярусов. Такая помесь строительных лесов и открытой веранды. По центру разделял пещеру на равные половины проход из полированного камня, наверное, являющегося естественным материалом пещеры. Слева находилась зона активного отдыха. Народ в ней ел, пил, курил, слушал музыку, изображал танцы, похожие на художественную охоту на долбодятлов.
 
Некоторое время на нас никто не обращал внимания, и только спустя несколько минут, когда мы решили влиться в коллектив охотников самостоятельно, к нам подошел парень, у которого не было правой руки до локтя.
— Новенькие? — спросил он уверенно.
— Они самые, — ответил я.
— Идемте, покажу ваши хоромы и немного введу в курс дела, — он повернулся к нам спиной и направился в сторону многоярусного жилья.
Мы шли с Айрис, взявшись за руки, из-за чего встречали насмешливые взгляды местных обитателей. Признаться, нам было плевать на их реакцию, красноречиво — безразличный взгляд, которым мы награждали особо любопытных, гасил их попытки поддеть.
— Временное пристанище перед последней охотой, — однорукий парень постучал левой рукой по массивной опоре. — Вы хотите занять одну комнату?
— Разумеется, — ответила Айрис раньше меня. — Мы супружеская пара.
— Супруги, — парень присвистнул, — первый раз такое вижу здесь. Криминальный дуэт?
— Ага, типа того, — согласилась Айрис.
— За мной, — однорукий гид, несмотря на отсутствие конечности, ловко полез по лестнице вверх.
Я пропустил Айрис вперед, а сам полез следом. На третьем ярусе мы остановились. Немного прошли вдоль узенького коридора и оказались в одной из типовых комнатушек, у которой не было стены в сторону общего коридора. Что такое личное пространство здесь не слышали. В комнате имелись две кровати, пристегнутые к стене как в вагоне поезда, стол, раковина с зеркалом и небольшой шкаф.
— Вот, единственные хоромы, в которых есть две кровати. В основном люди стараются не привыкать друг к другу, не заводить отношений.
— Почему?
— Потому что… — парень посмотрел на нас с жалостливой усмешкой, — живут тут недолго.
Я кивнул в сторону его культи.
— Долбодятел?
— Это? — он махнул ею и рассмеялся. — Если долбодятел доберется до тебя, одной рукой не отделаешься. Руку отняли земноводные за попытку мятежа. Хотел спрятаться в оружейке, а потом перестрелять их всех. Не получилось, — он почесал краем культи голову. — Чуть-чуть не продумал план, а могло бы выгореть. У вас есть имена?
— Гордей, — я протянул руку раньше, чем понял, что у него пожать ее правой рукой не получится и смущенно замер.
— Клавдий, — наверное, он привык к подобной реакции со стороны новичков и протянул левую.
— О, тезка римского Императора, — я решил сделать ему комплимент.
— Спасибо. А это на какой станции?
— Это на Земле был. Больше двух тысяч лет назад.
— А, понятно, возможно мой дикий предок.
— Айрис, — моя супруга, растрепанная последними событиями, не стала копировать мужской этикет знакомства, кивнула головой.
— Прекрасно. Ладно, располагайтесь, обживайтесь, а у меня еще куча дел. Кстати, пожрать у нас вон там, — он указал в сторону активной части пещеры, а наоборот, это там, под нами. Найдете по запаху, — он ловко зацепился за лестницу и скатился вниз по-матросски, не перебирая перекладины ногами.
— Они тут вообще моются? — заволновалась моя супруга.
— Может, незачем? — мрачно пошутил я.
— Как мы поймем, что нам надо на работу?
— Не волнуйся, уж с этим проблем не будет. Пока меня больше всего беспокоит усталость и чувство, будто я в военкомате, перед отправкой в войска.
— А ты разве служил?
— Нет, но очень живо себе представлял это.
Мы откинули кровати и упали на них, игнорируя многочисленные надписи и подозрительные пятна.
— Вот тебе и цивилизованный космос, — произнесла Айрис. — Никогда бы не подумала, что окажусь в таком месте. И хуже всего, что втянула тебя.
— Прекращай уже эти душевные терзания насчет меня. Ты — награда, которой нет ни у одного земного мужика. По ней, как говорится, и испытания. Ничего, выберемся отсюда и заживем тихой семейной жизнью от получки до получки. Заведем спиногрызов и будем им вместо колыбельной рассказывать истории про охоту на долбодятлов. А я таки возьмусь писать фантастические романы, но уже на основе реальных приключений. А когда меня будут спрашивать, откуда у меня такое мощное воображение, буду молчать и многозначительно двигать бровями, типа, в моей жизни и не такое бывало.