Я стираю свою тень 2 (СИ)

— Ладно, давай обедай, да пойдем посмотрим, как там Хеленга.
— А ты чего не ешь? — Айрис заметила нетронутый кусок желе.
— Не могу. Опротивел. Тамара Львовна обещала, что ночью со мной что-то сделают, и я опять стану его вожделеть.
— Она такая оптимистка. Смотри, второй раз пропустишь, получишь наказание.
Я вздохнул и ткнул вилку в вибрирующий кусок.
— Как в детском саду, я и манная каша. Те же рвотные позывы.
Зажмуривавшись, я съел единственно возможный легальный деликатес на станции. Мой желудок продемонстрировал свое неудовольствие долгим урчанием.
— Наше мировоззрение все больше становится похожим, — отметила Айрис.
Айрис съела свой обед, и мы пошли дальше отрабатывать ее социальный рейтинг. Едва приблизились к месту работу, как нам навстречу выбежала девушка. Над ней горело имя Кармина. Она с ходу набросилась на Айрис.
— Сделай мне такую же, — потребовала она, а не попросила.
Моя Айрис опешила от такой наглости. Посмотрела на меня, выразив взглядом растерянность.
— Мне надо работать.
— К черту работу, — Кармина перешла на шепот. — Такая прическа стоит сто баллов.
— А Хеленга?
— Она сейчас на связи со своими знакомыми. Хвалится. Думаю, сегодня тебе стоит задуматься о смене работы. Пожалуйста, Айрис, сделай мне прическу, пока ее не загрузили в систему. Хочу походить с ней раньше остальных.
— Идите, девчата, заплетайте косы, а я за вас постригу деревья, — предложил я компромиссный вариант.
Кармина с радостью поддержала мое предложение. Айрис, правда, выглядела не настолько счастливой. Удивительное дело, в своем мире она не была такой гибкой, как на Земле. Наверное, сформировавшая нас среда подсознательно ограничивает воображение, заставляя придерживаться общих взглядов и подходов.
— Огонь! — я сделал комплимент Хеленге, проходя мимо нее.
Она приняла мой комплимент, как должное. Судя по суетливому поведению, мысли у нее были совсем не о работе. Поверив в свою привлекательность, в чем-то отличную от стандартной, ей захотелось поделиться этим с остальными и получить свою минуту славы.
Кармина выскочила из комнаты с прической, переоделась в «мирское» и забила болт на работу. Айрис вскоре примкнула ко мне.
— В системе ажиотаж. Дело дошло до учредительного уровня, на котором присутствуют пришельцы. Кажется, мне придется делать макет для загрузки.
— Ого, здорово, поздравляю нас, — я широко улыбнулся и привлек Айрис к себе. — Тебе с этого хоть что-нибудь перепадет?
— Конечно. Любое новшество влияет на рейтинг. Но, это же не я придумала, это твоя идея.
— Айрис, меня устраивает и мой рейтинг. Бери всё на себя. Потом перекинешь как-нибудь сотку-другую по-дружески. И нам наконец-то разрешат ночевать друг у друга, — я обнял Айрис и не услышал никакого писка штрафных санкций.
Ее уровень перевалил маргинальную отметку в пятьсот баллов, где уже позволялись всякие «обнимашки» и прочие безобидные вещи.
Айрис неожиданно замерла. Взгляд ее рассеялся, будто она была занята своим нейроинтерфейсом.
— Мне только что добавили триста баллов и вызывали сделать макет прически, — Айрис посмотрела на меня сияющим взглядом. Поработаешь тут без меня?
— Не вопрос. Беги, навстречу славе, но не забывай о тех, кто помог тебе, — меня кольнул укол ревности.
— Сдурел? Сегодня ночью воздам тебе за заслуги сполна, — Айрис без страха поцеловала меня и снова никаких санкций.
Наш союз продемонстрировал абсолютный синергизм в условиях космической станции. Айрис убежала. Я натянул респиратор и приступил к работе, размышляя о происшедшем. Надо же, моя интуиция сработала просто отменно. Ей не помешал шум из мыслей, который обычно забивал внутренний голос. Шума и не было, потому что он не успел сформироваться. Здесь я был свободен от внешнего осуждения, пока не разобрался, что к чему и потому мыслил широко.
— Гордей.
Из мыслей меня выдернул голос Хеленги.
— Да?
— Если бы не Айрис, я бы сегодня совратила вас, — ее глаза блестели от передозировки гормонов.
— Если бы не Айрис, я бы с удовольствием принял ваше предложение, — нашелся я, хотя и засмущался такому прямому намеку.
 
Мой ответ удовлетворил ее. Она громко рассмеялась и пошла работать дальше, время от времени разглядывая свою косу.
Остаток дня длился довольно долго. Я устал работать один.
— Гордей, вам больше не надо отрабатывать, — Хеленга кивнула на ореол с баллами над моей головой, превысивший тысячу. — Жаль, что мы, наверное, больше не увидимся.
— И мне жаль. Зато на память останется французская коса.
— Вы — волшебник. У меня давно не было такого приподнятого настроения. Я уже начала думать, что пережила возраст, в котором есть повод для бурной радости. Наверное, надо чаще забирать людей с Земли, чтобы они вносили разнообразие в нашу устоявшуюся жизнь.
— Спасибо. А людей со станции надо чаще отправлять на Землю, к истокам.
— О, нет, уж лучше вы к нам, — Хеленга скрестила руки. — Я такое о вас смотрела. Мамонты, шкуры, пещеры, сырое мясо с паразитами.
— Это было много тысяч лет назад. Сейчас намного лучше. Мамонты вымерли, а глисты бывают только у тех, кто не моет руки перед едой.
— Ужас. Идите, Гордей, отдыхайте.
Дважды упрашивать меня не пришлось. Я помчался по лестницам через пять ступеней. Пока бежал, пришло сообщение от Айрис с координатами ее жилья. Мой маршрут резко поменялся.
Моя космическая любовь жила в более просторной комнате, в которой имелся настоящий иллюминатор в космос. Соскучившись друг по другу и устав сдерживаться, мы долго не могли вырываться из объятий. Когда же усталость взяла верх и я, дыша, как загнанный волк, откинулся на кровать, Айрис с хитрым выражением лица полезла в шкафчик для одежды и вынула из него знакомый пакетик. Она высыпала на столик передо мной горсть крекеров. Боже, а я ведь подумывал о том, чтобы отдать их какой-нибудь бродячей собаке.
  
Глава 5
 
Если верить словам Айрис, ее жизнь кардинально поменялась. Благодаря французской косе, которую стали носить чуть ли не половина всех встречающихся нам женщин, рейтинг ее перевалил за две тысячи баллов, что по местным меркам соответствовало уровню почетного гражданина. Айрис открылись многие двери, к которым прежде она не имела доступ. Соответственно я, как основной претендент на супружество, мог пользоваться теми же благами в ее присутствии.
Вначале мы занялись сексом в условиях невесомости. Весело было только первые минуты, а потом меня начало тошнить. Затем мы вышли наружу станции, в открытый космос. И это была не покраска стертых космической пылью надписей, а полноценная туристическая вылазка. Мы находились внутри прозрачной сферы, одетые только в серебристые костюмы. Сфера плыла над поверхностью станции, а гид, посредством нейроинтерфейса рассказывал нам обо всем. От него я узнал, что станция рассчитана на десять миллиардов жителей и всегда заполнена ими под завязку. Она не выглядела настолько внушительной, чтобы вмещать такое количество людей. Однако не доверять гиду я не мог. И мне стало более — менее понятно, почему людей кормили этим желе. Чтобы выращивать натуральную еду, пришлось бы увеличить размер станции в несколько раз.
Потом нам открыли доступ к тем уровням, на которых «тусили» пришельцы. Моя психика пережила за этот визит столько бурных моментов, что системе пришлось всю ночь держать меня на каких-то препаратах, чтобы я не кричал во сне. Многие из пришельцев показались мне слишком уродливыми. Причем условно человекообразные казались самыми уродливыми, какими-то мутантами, опившимися ядерных отходов. Для общего развития и расширения кругозора это знакомство было полезно, но только один раз.
Был еще один случай, когда к станции подлетел огромный пришелец, являющийся по сути космическим кораблем. Таким его создала природа. Он был меньше станции всего в четыре раза. Для меня он выглядел, как глыба, но, как сказала Айрис, между ним и руководством станции был осуществлен дружеский контакт. «Глыба» прилетел засвидетельствовать свое почтение. Для него весь космос был родным домом, и ему было просто интересно посмотреть, кто у него завелся.