Полусвет. Страшный смешной роман

«Все пошло настолько не так, что ты
и представить себе не можешь
_эмодзи_рожица_с_раскрытым_ртом».
– Что я не могу себе представить? – перезвонила Маруся из Москвы.
Маруся ничего не может себе представить, кроме факапа гардеробной. Как бздит Миша от приезда Зои, как идет по стенке Поленова, от того, что Глеб купил дом в Берлине, как приехал Загревский, и все делают вид, будто не помнят никакого Глеба. Маруся не знает, что к ним едет вельможная Мирумян, а Куки уже представляет, как Наумов будет скакать вокруг нее петушком. А главное – Маруся не может себе представить, почему медийная разводила София отказалась мочить Клячина…
– Обморок, она с ним спит! – вполголоса сообщила Куки.
– Она ж только что родила режиссеру, которого увела у моей балерины!
– Кого это останавливало. Представь картину: на приемах гопник Клячин стоит со своей тварью подзаборной, а София – с мужем, почти не надеванным. И все думают: променяла почти ненадеванного режиссера на поношенного гопника.
– Потому и облом с телегой?!
– Обойдемся и без телеги, сюда летит моя влиятельная дама. Прикинь, как Миша будет на везде рассказывать, что «отдыхал вместе с Мирумян».
Покончив с делами, Куки послала Матвея с Загревским подальше, конкретно под грибок, и потребовала у Зои отчета.
– Вернусь в Москву, a через два дня – Амальфи. Замучилась два чемодана паковать: что сюда взять, что туда…
– Так и держишь рыцаря впроголодь? Он не брыкается? Может, у него проблемы с сексом? – спросила Наташа.
– Уже сама опасаюсь, на Амальфи все станет ясно. Он повторяет, что все должно быть красиво, строит планы, как мы будем жить на два города – в Лондоне и в Москве. Настаивает быстрее покупать кольца. Но, кстати, считает, что ВНЖ надо делать в Германии.
– Почему?
– В Британии надо с ВНЖ надо 270 дней в году в стране сидеть. А в Германии – нельзя уезжать больше, чем на полгода, но этого не проверить, если летать в пределах Шенгена, гораздо больше свободы.
– В Англии так жестко? – всполошилась Наташа.
– Тебе-то что, у тебя европейский паспорт, – бросила Куки.
– Тревожит только, что у него с женой непрерывный перезвон, будто и развода не было, – продолжала Зоя.
– А он точно был?! – еще больше всполошилась Наташа.
Точно, Зоя бумаги видела. Но бывшая жена по-прежнему юзает Зоиного принца. То у нее простуда, то сын в школе что-то натворил. Вызвать электрика она не может, как в автосервисе заказать ТО – тоже не знает. А Зоя на жизнь втроем не подписывается.
– Я тебе, Зоя, одно скажу. Наташ, ты свидетель… – заявила Куки.
– Что именно?
– Если упустишь мужика с британским и немецким паспортами, ты мне больше не подруга. За два паспорта можно на многое закрыть глаза.
– Уже кольца покупает и везет на Амальфи! – вставила Наташа.
– В отель «Санта-Катерина», – уточнила Зоя.
– Мы там были! – воскликнула Наташа. – Роскошное спа, лифт в скале к воде спускает. Правда, сейчас там купаться холодно. А на горе такой маленький городок Равелло, очарование…
– Я думаю, они не купаться едут, – заржала Куки. – Зоя, ты же так правильно с ним себя ведешь, все по учебнику для благородных девиц. Еще раз! Упустишь мужика с двумя паспортами, я тебе руки не подам. И никто не подаст, все будут пальцем на тебя показывать.
Левочка уже хнычет, его пора укладывать. Зоя вернется, как только он заснет. Она подхватилась и понеслась с коляской к своему отелю.
– Тапки забыла. Даже тапки у нее от Chanel! – с укоризной бросила Наташа. – Слушай, она, говорят, все еще спит с Мишей. Говорят, трахаются прям на голом цементе.
Пляж, солнце, море… Когда Корнелия и Наташа подошли под грибок, там в обществе Загревского сидела, как ни странно, Ася.
 
– Ася, вы ж сегодня на Бограшове… – вырвалось у Корнелии.
– С чего ты взяла? Миша сейчас отправится в город, у него встречи, а я тут, как обычно, – промычала Ася из-под наушников.
Плескаясь в воде, Самойлов с Наумовым скупо, по-мужски перемывали кости Глебу. Тот пролетает раз за разом. Лишился пентхауса, вовремя не сделал себе испанский паспорт, что вообще выше понимания. Жучка-золотая ручка окучивает его по всему спектру. Дом ему нашла, теперь дизайн будет ваять, потом ВНЖ делать. Глеб выравнивает конкурентное поле в войне за детей. В тандеме Наташки с Загревским детям места не будет, а у Глеба будут для них и дом, и безграничная папина щедрость.
– Мы теперь к Зоиным тапкам навеки приставлены? – спрашивала Наташа.
– Надо ее у отеля перехватить, раз Ася тут, – Корнелия принялась тюкать в айфон.
– К нам едет Мирумян? – подошел Миша. – Светлана Иосифовна, я правильно помню?
– Миша, ты идешь на встречу, вот и иди! – отмахнулась Куки.
– Вечером вы все у нас, адрес сейчас сброшу, – светским тоном произнесла Наташа.
Наташе нужно было показать, что свои привычки она менять не собирается, – «у нас» теперь означало у них с Загревским, тот снял пентхаус в небоскребе с террасой на крыше. На этой крыше Наумов вечером пустился в морализаторство – ему, мол, неловко сидеть тут с Загревским вместо Глеба. «С такими принципами ему место в монастыре, а не в Тель-Авиве», – отчитывалась Куки онлайн. «Готовит общественное мнение на случай какого-то Зойкиного демарша», – в ответ строчила Жукова.
Отфиксировав свои моральные принципы, Миша побежал прямиком к Загревскому. Как поживает Марков? Миша его прекрасно знает, они в Берлине тусят… Как там Ляля Юсуфова? Кстати, и Мисонов сейчас в Лондоне, Игорь должен его знать. И жену его Олечку должен знать, прекрасная девушка…
– А что Жукова не приехала? – спросила Ася, стоявшая рядом с Матвеем.
– Она на Кукиной стройке чалится, а Куки тут чилит, – Матвей упорно пытался освоить сленг зумеров. – У Куки талант все делать чужими руками. Требует, чтоб я сам себя пиарил, пока она слетает в Канны на премьеру какой-то сраной документалки. Будто не я ее на работу нанял, а она меня.
Наташа то висла на Игоре, то вертелась возле Аси, повторяя: «Человек совсем другого класса, чем Глеб, скажи?» Миша развлекал откуда-то взявшуюся Тамару Рошаль, а Корнелия кружила между группками, везде вставляя свои три копейки small talk.
– Как твоя подруга Жукова? – поинтересовалась Рошаль, – Квартиру тебе делает? Правильно, ее место в унитазах ковыряться.
Тут же Тамара прошлась и по остальным актуальным темам. Миша – секс-торнадо, но эта сумгаитская провинциалка? Она же не нашего круга! Этот бритоголовый красавéц действительно собрался Поленову с детьми перевозить в Лондон? Особое сочувствие у Рошаль вызывал Глеб: Вероника сама от него ушла, вернувшись к Мисонову, у бедняги Шустова судьба такая – спать на чужих подстилках. Тамаре хотелось еще многим посочувствовать, но Куки заторопилась…
– Убегаю, у меня дринки в David Intercontinental…
– С Мирумян встречаешься? – подскочил Миша.
– Мирумян из Белого дома? – встрепенулась и Рошаль. – Пошли втроем!
– Не-не, я одна! – крикнула Корнелия, уже вызывая лифт. – Я ее вам завтра на пляж доставлю.
Ближе к полуночи она ввалилась в квартиру, чуть ни приплясывая.
– Мотя, срочно дорожку напополам! Мирумян все исполнила в лучшем виде! Ты сейчас начнешь вспоминать свои доблести в усмирении Клячина, а я, в отличие от тебя, работаю на результат! А результат – вот он, черным по белому! – она сунула Матвею под нос айфон с посланием Клячина: «Можешь делать паспорта». В аттаче – заверенное согласие.