Поход

Андре узнал его и впервые за долгие месяцы весело ухмыльнулся. Это был Гастон Лафор, один из капитанов Легиона Отчаянных. О его когорте ходили жуткие слухи. Туда отправляли самых беспощадных головорезов.
– Когда я узнал, кто именно подал прошение вступить в наши ряды, вместо того, чтобы спокойно отправиться на перерождение на эшафоте, я не поверил свои ушам! – голос Лафора был рыкающим, как у волка. – Сам виконт де Шатильон! Прикончивший этого подонка де Монтере, на которого точили свой зуб все его бойцы!
Лафон шагнул вперед и уже без улыбки спросил:
– Виконт, вы ведь понимаете, что у вашего решения будут последствия? Для своих вы станете изгоем.
– Плевать, – спокойно произнес де Шатильон и, оскалившись в ответ, спросил: – Надеюсь, у знаменитого капитана Лафора найдется чем промочить горло?
 
Глава 3
 
– Очень необычные ощущения, – задумчиво произнесла герцогиня дю Белле. Она сидела сейчас в кресле в моем кабинете, а я стоял у нее за спиной и, положив ладонь ей на затылок, проводил очередной сеанс, как она думала, лечения.
– Вам некомфортно или, может быть, больно? – спросил я.
– Напротив, – покачала головой она. – Прямо сейчас я ощущаю, как по моему телу разливается тепло… Это ведь не простое лечение, я права?
Я мысленно усмехнулся. Герцогиня, наконец, решилась задать мне этот вопрос. Она видит, что ее организм начал меняться в лучшую сторону. И это был не временный эффект, как после манипуляций ее личного мага-целителя или после приема лечебных эликсиров.
– Так и есть, милая тетушка, – ответил я. – Прямо сейчас я заканчиваю первый этап улучшения вашей энергосистемы. Бурая мана укрепляет ваши энергоканалы, алая залечивает разрывы, изумрудная ускоряет все эти процессы, а янтарная снимает боль.
Я почувствовал, как герцогиня напряглась. И это понятно – сегодня она впервые услышала, что именно я делаю. Уверен, о моих мотивах она тоже догадывается. Жанна дю Белле такие нюансы просекает на раз.
И это очень хорошо. Мне проще. Не надо объяснять, что ее племянник заботится о своей семье и союзниках не только на словах.
– Разве целители способны на такое? – ошеломленно спросила она.
– Вы ведь уже и сами знаете ответ на этот вопрос, – усмехнулся я.
– О, Пресветлая… – прошептала она, но с места не сдвинулась.
– Не беспокойтесь, – я провел ладонями по ее плечам. – Вам нечего бояться. Наоборот… Мне многое удалось поправить в вашем организме. Вы и сами уже наверняка это заметили.
– За последний месяц я словно помолодела на несколько лет, – призналась герцогиня. Ее голос слегка дрожал от волнения. – Исчезли головные боли, вернулся нормальный сон и аппетит… И эта усталость… Она постоянно преследовала меня… Сейчас же я полна сил. Мой личный целитель, мэтр Лемерсье, всегда уверял меня, что делает все возможное, но мой возраст…
Герцогиня замолчала. Ее плечи вздрогнули. Она торопливо достала маленький кружевной платочек и промокнула им глаза.
И это она еще не знает, что будет на следующих этапах моего «курса лечения». Если, конечно, я захочу продолжить. Бертран, который перешел недавно на четвертый, уже давно не жаловался ни на боли в суставах, ни на слабое зрение. Да что говорить – благодаря той же бурой мане, которую я систематически вливал в его энергоструктуру, его кости стали крепче, а, благодаря, например, янтарной, моего камердинера уже просто так не отравить.
– Могу вас уверить, мадам, – мягко произнес я, садясь напротив нее в кресло и беря ее ладонь в свои руки. – Мэтр Лемерсье не врал. Его не в чем винить, он ведь всего лишь обычный маг-целитель, который привык действовать так, как его научили в свое время наставники.
– Но он один из лучших в Вестонии! – произнесла герцогиня. – И он сейчас один из тех, кто находится подле короля. Вместе с верховным магистром алой гильдии…
Я неопределенно пожал плечами и откинулся на спинку кресла. Герцогиня же подалась вперед. Ее взгляд мгновенно изменился. Еще секунду назад передо мной сидела женщина, которая жаловалась на возраст и связанные с ним болячки, сейчас же на меня смотрела хищница, приготовившаяся к атаке.
 
– Как он? – приглушенным голосом спросила она. – Ты был рядом с ним… Ты даже прикасался к нему… Я знаю, что ты уже всё почувствовал…
Имени она не назвала, но и так было ясно, что речь шла о короле.
– Мадам, – также негромко произнес я, – вы ведь понимаете, почему всех магов-целителей не выпускают из замка, где сейчас находится его величество?
– Этот разговор останется между нами, – кивнула она в ответ и тут же спросила, переходя на шепот: – Все настолько плохо? Или это очередная уловка Карла? Я ведь тебе говорила, что знаю его очень хорошо… Все его поступки и решения имеют двойное или тройное дно. А еще этот его горбун. Он хитер, как змея и терпелив, как паук!
При упоминании шута кулачки герцогини сжались до белых костяшек. Интересно, чем ей насолил Кико? Хотя меня бы очень удивило, если бы он этого не сделал.
– Боюсь, мадам, разочаровать вас, но… – я покачал головой и тяжело вздохнул.
Говорить ей о том, что на троне сидит почти мертвец я не стал, но, судя по ее изменившемуся взгляду, она сделала правильные выводы.
В следующее мгновение в ее глазах мелькнула искра. Она придвинулась ко мне еще ближе и схватила мою правую ладонь двумя руками.
– Макс, мальчик мой, но ты ведь можешь что-то сделать? Ты ведь сильнее всех этих старых сморчков-магистров вместе взятых…
Хм… Любопытное рвение. Какова причина? Вряд ли Жанна дю Белле продолжает испытывать нежные чувства к Карлу. И, если быть откровенным, были ли у нее когда-либо такие чувства?
Скорее всего, она чует немалую выгоду, которую можно извлечь из ситуации, когда ее талантливый племянник единственный в королевстве способен чудесным образом исцелить короля Вестонии.
– Тетушка, вы не совсем понимаете, о чем меня просите, – я мягко высвободил свою ладонь.
И я не лукавил. Я действительно не хотел бы связываться с магией смерти. Мне хватило последнего контакта с черными крудами, энергия которых чуть было не слилась с моей аурой.
Эксперимент, который я провел на следующий день после посещения охотничьего «домика» короля с трофейными кристаллами, что хранились у меня в подвале, чуть было не закончился катастрофой.
Я тогда здорово напугал моих первородных. Когда все закончилось, ниссе назвала меня глупым мальчишкой и потом еще целые сутки на меня дулась.
К слову, справиться с агрессивной магией мне помогла льюнари, одна из сестер-фейри, которые выразили готовность служить мне.
На самом деле они не настоящие сестры и вовсе не фейри, а потомки древних духов-элементалей, существовавших еще на заре этого мира. Просто за много веков все уже привыкли так называть представителей их народа. В общем, когда я случайно назвал их так вслух, это никого не обидело.
На протяжении нескольких недель я неоднократно делился с ними своей энергией и в один из вечеров случилось то, чего они так все ждали. Они, как и ниссе, преобразились.
Насколько я понял, преображение для первородных – это некий прорыв или преодоление барьера в магическом развитии, который возникает из-за нехватки особой энергии. Той самой, которая в древние времена генерировалась в особых местах силы, которые впоследствии были накрыты Тенью.
Еще один способ преображения – взаимодействие с аурингами, первые из которых, согласно информации из легенд и старых преданий, были рождены в тех самых местах силы или, как еще их здесь называли, первоисточниках.
В итоге, после преображения оказалось, что с Селиной из народа льюнари у нас возникла сильная магическая связь. Она была даже сильнее, чем с ниссе. Итта, к слову, была не особо удивлена. Скажу больше, кажется, она предвидела что-то подобное. Именно она объяснила, как я могу использовать этот странный бонус.
Лунная фейри каким-то образом во время моих медитаций помогала мне лучше концентрироваться. Мои манипуляции с энергиями при поддержке льюнари были более четкими и менее энергозатратными. Теперь я мог лучше концентрироваться сразу на нескольких операциях. Отчего мое магическое развитие заметно ускорилось.