Моя новая игрушка

Я не могу видеть, как обижают слабых. Просто не могу.
По жизни я мягкая и спокойная. Но бывают ситуации, когда во мне просыпается тигрица…
Я сама не понимаю, как оказываюсь на другой стороне улицы.
– Отойди от него! – ору на подростка, который толкает бедного парня.
– А то что? – нагло скалится он.
Я сама толкаю его. Изо всех сил. От неожиданности он отлетает на пару метров.
  
– Я тебе сейчас еще вломлю, понял? – ору на него.
Я знаю, что в таких ситуациях всегда надо подкреплять угрозу действием. Поэтому с размаху бью его сумой.
Двое других, в том числе и тот, у кого в руке отобранный телефон, надвигаются на меня. Я не отхожу назад. А наоборот, делаю быстрый и резкий шаг к нему. И хватаю его за ухо. Сразу выкручиваю.
– А-а-а! – орет хулиган.
– Дай сюда телефон!
Его пальцы разжимаются, телефон оказывается у меня. Я передаю его пострадавшему парнишке и выпускаю ухо.
Друзья хулигана, конечно же, дают мне отпор. Один хватает с клумбы пригоршню влажной земли и швыряет ее мне в лицо. Второй дергает за рукав и я слышу хруст разрываемой ткани…
Я ору как потерпевшая. На нас начинают оглядываться немногочисленные прохожие. Малолетние хулиганы, испугавшись внимания и возможных последствий, убегают.
– Где твои родители? – спрашиваю я парнишку.
– Мама дома.
– Ты один гуляешь?
– А что, нельзя? – агрессивно спрашивает он.
И я понимаю причину его агрессии. Она вызвана моим удивленно-встревоженным вопросом. Я разговариваю с ним, как с неполноценным. А он не хочет таким быть.
– Носи с собой баллончик от собак. Против этой своры тоже сработает.
– Спасибо, – бурчит он.
– Пожалуйста…
Я перехожу дорогу и оказываюсь возле своего офиса. Думаю зайти, привести себя в порядок.
– Ева! – раздается за моей спиной.
Руслан.
Это полный провал… У меня порваны колготки, распорот рукав, на лице, наверное, грязные разводы… И поэтому мне очень хочется убежать вслед за малолетними хулиганами.
– Ева, что случилось? Тебя кто-то обидел?
– Скорее, я кому-то вломила, – бурчу я.
Я все еще на взводе. Настолько, что даже не чувствую смущения и замешательства, которые обычно охватывают меня в присутствии Руслана.
А он смотрит на меня с нескрываемым интересом.
– Что случилось?
– Подралась с мальчишками.
– Неожиданно, – усмехается он.
Я трогаю наполовину оторванный рукав.
– Мне надо переодеться.
– Хорошо. Заедем к тебе.
Мы идем к машине. Сегодня автомобиль другой, за рулем водитель, мы оба устраиваемся на заднем сиденье.
Я достаю зеркальце, обнаруживаю, что у меня на щеке грязная полоса. Красотка, что тут скажешь! Руслан протягивает мне влажные салфетки.
– Спасибо.
Я вытираю лицо.
– И часто ты проводишь время таким образом? – с нескрываемой иронией спрашивает Руслан.
– Не часто. Я просто не люблю, когда обижают слабых.
Произношу это, и сразу вспоминаю агрессивный взгляд. И поправляю сама себя:
– Он не слабый. Он просто не такой, как все.
– Кто?
– Парнишка, за которого я вступилась. Ему это не понравилось. Но их было трое! А он… Он хромал и еще у него что-то с рукой. Почему дети такие злые? Почему всегда хотят унизить того, кто слаб и уязвим? Чувствуют свою власть? Какое в этом может быть удовольствие? Я не понимаю…
На эмоциях меня понесло. Я забрасываю Руслана бессмысленными вопросами. И вдруг замечаю, что с его лица исчезла улыбка. Он как-то странно застыл, стиснув зубы и глядя прямо перед собой.
И я осекаюсь. Чего я вообще разоралась? Настоящие леди так себя не ведут.
Но я точно не леди… Я боевая серая мышь. Так меня иногда называет Варя, которая однажды видела, как я наехала на мамашу, лупившую своего ребенка.
Мы уже у моего дома.
– Я… мне нужно переодеться… – лепечу, растеряв весь свой боевой задор.
– Хорошо, – невозмутимо произносит мой спутник.
Как-то неловко оставлять его ждать в машине. Это же сам Руслан Мжельский!
– Может, зайдешь, выпьешь кофе? – выпаливаю я.
И тут же понимаю, что приглашать такого человека в мою скромную студию – это гораздо большая неловкость. А еще он может неправильно понять мое приглашение…
 
Глава 9
 
Ева
– Я с удовольствием выпью кофе у тебя дома.
Это звучит так двусмысленно… Или мне кажется? Но я сама виновата. И я не могу забрать свои слова обратно. Поэтому мы поднимаемся ко мне домой.
В лифте. Вдвоем! Он стоит позади меня, и я попадаю в облако его аромата. Наверное, в нашем лифте никогда не пахло таким дорогим парфюмом. И никто не ехал в состоянии, близком к обмороку…
Ева, соберись! Не растекаемся лужицей. Никуда не плывем. И ни о чем не думаем… Я просто сварю ему кофе и переоденусь.
У меня маленькая квартирка, а с появлением Руслана она становится просто крошечной. Он с любопытством озирается. Подходит к окну – у меня тринадцатый этаж с видом на соседние новосостройки. Забредает в кухонную зону со столом, плитой и всем остальным. Открывает дверь в ванную. Заглядывает.
Чувствует себя совершенно свободно.
А я… смущаюсь, конечно. Как будто я у него в гостях, а не он у меня.
Хотя чего мне смущаться? У меня порядок, и трусы на люстре не висят. Вот когда я училась, у меня была соседка по общежитию, которая любила вешать на лампу красные стринги – для привлечения денег. Способ не работал, но ее это не останавливало.
Я открываю шкаф, чтобы найти, во что переодеться. И слышу удивленный голос Руслана:
– Тебе тут хватает места?
– Мне хватает на это денег, – рассеянно отвечаю я, вглядываясь в глубины шкафа.
Может, платье? Или лучше брюки? Интересно, куда мы поедем? Я почему-то не решаюсь спросить, хотя Руслан спокойно задает мне вопросы.
– Ты снимаешь эту… квартиру?
Он запинается на последнем слове.
– Это студия. Да, я ее снимаю.
– Я вкладывался в строительство таких. Но никогда не видел, как в них живут реальные люди.
Что ж, я рада, что мне удалось расширить кругозор Руслана Мжельского.
– Кофе! – вспоминаю я.
Иду в кухонную зону, достаю турку, молотый кофе в банке.
– Я не хочу кофе.
А говорил, что с удовольствием выпьет… Может, ему не понравился сорт моего кофе? Наверняка он пьет эспрессо из позолоченных зерен.
– Чай? – спрашиваю я.
– Чай я тоже не хочу.
Почему мне кажется, что за этой фразой кроется какой-то подтекст? Как и за всеми его словами и действиями…
Я оборачиваюсь – он стоит совсем рядом. У меня подкашиваются колени. Он точно неправильно понял мое приглашение на кофе…
Его ладонь касается моего подбородка. Большой палец скользит по щеке, по губам… Я чувствую как он надавливает на нижнюю губу.
Боже… что он делает?
И что со мной происходит?
Мои бедра как будто облили горячим пузырящимся шампанским…
Его палец на моей губе замирает. Мое сердце перестает биться. Время останавливается…
– Дыши, Ева, – шепчет Руслан, убирая руку от моего лица.
Я делаю глубой вдох. Он получается судорожным. Я, и правда, не дышала…
И мне почему-то кажется, что он тоже.
– У тебя невероятные губы, – слышу я гипнотизирующий голос.
И невольно тянусь к нему, как мотылек к обжигающему пламени. Я хочу, чтобы он меня обжег! Я дико, невыносимо хочу почувствовать его губы на своих губах. Я никогда в жизни так страстно не мечтала о поцелуе…
  
И я уверена: он это понимает. У меня все написано на лице.
Но Руслан остается неподвижным.
Боже, какой он… холодный! Невозмутимый. Просто айсберг… Он вообще хоть что-нибудь чувствует?