Я родила от друга мужа (СИ)

Кошмар, какая я, оказывается, бесстыдница!
Снова бросаю взгляд на свое отражение в витрине, и понимаю, что так выглядеть помощник большого босса не может. Пора свое обещание привести в исполнение и привести волосы в порядок.
  
7
 
Довольная результатом, и с основательно похудевшими запасами на карточке, я выхожу из салона красоты. Все-таки, женщине для счастья много не надо, лишь прическу обновить да сумочку с туфельками прикупить.
Но! Я сегодня не пойду их приобретать, отделаюсь посещением кондитерской. Калории – наше все. Тем более, после нервной встряски, устроенной Евгением, можно.
Но сначала отправляюсь в ближайший отдел ЗАГСа, очень мне не терпится развестись с токсичным мужем.
- Девушка, а вы в нашем городе брак регистрировали? – спрашивает равнодушная служащая.
- Нет, но я посмотрела в интернете, я имею право не только в том ЗАГСе, где свадьба проводилась, разводиться, - отвечаю уверенно.
- Ох, я не могу, посмотрела она в интернете, - та раздраженно закатывает глаза, - а что ж вы не посмотрели, что нужна временная регистрация по месту пребывания? Либо обращайтесь в отделение по постоянной прописке.
Этого я не прочла, поспешила скорее исполнить нервную процедуру. Душа требует скорее совершить шаг навстречу свободе.
- Эм, да, вы правы, не увидела, - отвечаю ей скомкано.
- Приходят все сначала счастливые, семью создавать, ячейку общества делать! А потом вот такие побитые жизнью бегут друг от друга, - продолжает рассуждать бестактная работница.
- Вы совершенно не знаете мою ситуацию, чтобы такое говорить! И вовсе я не побитая! – отвечаю резко.
Еще мне не хватало слушать нравоучения совершенно постороннего человека.
- Да ты-то еще ничего выглядишь, милочка, твоя правда, - как ни в чем не бывало меняет курс женщина. – Дети у вас есть с мужем совместные?
- Эм, да, есть, только он хочет отказаться от сына, - не сразу ориентируюсь в смене темы разговора.
- Это неважно. Главное, если дите несовершеннолетнее, то только в суд и по месту жительства ответчика. По своему месту нахождения вроде можно, но нужно доказывать, почему ты не можешь поехать в нужный орган.
- О как, ясно, спасибо за консультацию, - благодарю сотрудницу и выхожу обратно на улицу.
Вот теперь я точно побитой выгляжу.
Придется ехать к этому идиоту. Интересно, а адвокат сильно много возьмет, чтобы я не участвовала, и он сам все делал. Но справедливости нет в этом вопросе. Значит, чтобы соединиться, ничего не нужно, только паспорт и заявление, а чтобы распрощаться, проходи целый квест.
С грустными мыслями отправляюсь поднимать настроение калориями.
- Алло, Женя? – звоню мужу. – Я тут узнавала, чтобы развестись, придется в суд обращаться, потому что у нас есть общий малолетний ребенок и недвижимость. Как поступим?
- Как, как?! Он мне не сын, пускай снимают с меня эту ответственность и разводят нас. Но! Квартиру не отдам, - следует ответ заплетающимся языком.
- Ты там в неадеквате? – спрашиваю неприязненно.
В голове сразу возникает тщеславная мысль, что со мной он таким был очень редко, а с Катенькой буквально на второй день.
- Я в полном адеквате, женщина! – Евгений повышает голос. – Что тебе надо? Я не отец твоему щенку.
- Развестись мне с тобой надо, с козлом таким! – чуть ли не кричу в трубку, чем привлекаю внимание соседних столиков. – Извините.
Стыдливо улыбаюсь и дальше перехожу на грозный шепот.
- Разводись, - следует ответ. – Только Пашка не мой сын, я не буду ничего платить. И квартиру не отдам.
- Как с тобой сложно! – стону в трубку. – И кстати, раз не твой, вали в суд, доказывай, что дите не твое, а то ведь я и на алименты подам! Только не обольщайся сильно, поскольку ты сам был в курсе про искусственное оплодотворение, а ты был в курсе, присутствовал и ставил записи на всех документах вместе со мной, то никто тебя не лишит отцовства! Мол, сам виноват, думать раньше надо было. А если и лишат, то алименты тебе платить все равно до того момента, пока у Павлика не появится новый официальный отец! Понял!
 
Достал он меня своим – Павлик мне не сын, бе-бе-бе! Закон на моей стороне. Хоть и придется съездить в родной город с заявлением и документами.
- Так иди и оформляй его на Ивана, какие проблемы. Я же дал тебе все явки и пароли. Ик!
Ничего не отвечаю, просто бросаю молча трубку. И зачем только я позвонила?
- Мама! В саду так здорово! Я с детками играл! И познакомился! А еще спал там. И еда у тети Полины гораздо вкуснее, чем в моем садике, - возвращается домой восторженный Павлик.
- Я очень рада, малыш, - ласково треплю его по затылку.
- Только теперь это твой сад, милый, смело называй его своим, правильно я говорю, Света? – Полина осторожно вглядывается в мои глаза, пытаясь понять, что я выходила.
- Правильно, - уверенно киваю я, - я с завтрашнего дня выхожу на работу на полный день.
- О! Так это же здорово! – Полина хлопает в ладоши. – Значит, вы точно останетесь, я так рада! И куда ты устроилась? Быстро у тебя получилось два важных дела за один день.
- Вообще, дел было три запланировано, но одно пока неосуществимо, а первые два неожиданно слились в одно целое, - отвечаю загадками.
- Вот я сейчас совсем ничего не поняла.
- Да помощником Никольского я буду работать! Личным. Это тот самый товарищ, которому я должная была открыться, - добавляю пояснения.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍
- Но не открылась, зато устроилась на работу? - правильно догадывается Полина.
- Да! – соглашаюсь и опускаю глаза в пол. – Настоящая трусиха, не смогла.
- Ничего, успеется еще. Кстати, прическа тебе к лицу, - ласково улыбается моя соседка.
- Спасибо, - тяжело вздыхаю.
Мне бы ее уверенность.
Как завтра идти на работу, если я только и думаю о том, что обязана облегчить душу перед Иваном?
Но тем не менее, утро наступает, решение не находится, но будильник беспощаден. Слишком большая сумма обещанной по договору зарплаты, чтобы я сбежала.
Надеваю светлый брючный костюм и отправляюсь на службу. Поджилки трясутся, руки дрожат. И все это совсем не из-за ситуации на личном фронте, нет. Проблема в том, что я сто лет не трудилась в офисе.
- И зачем я только согласилась? Дурочка, - бормочу себе под нос. – Я ведь с живыми людьми уже разучилась общаться, через компьютерный монитор оно как-то легче, можно и связь плохую изобразить, если что. Э, здравствуйте!
Широко улыбаясь, приветствую красивую девушку, зашедшую ко мне в лифт. Она недоуменно косится, но кивает. Должно быть заметила мой монолог.
- Выходите уже, да? – продолжаю разговор с ней. – Ну, ладно, бывайте!
Девушка чуть ли не бегом выскакивает из лифта на своем этаже, а мне смешно. Испугала прекрасную лань, повысила себе настроение.
- Доброе утро, Алиса, - киваю секретарю Ивана Георгиевича, - чудесно выглядите.
Делаю девушке комплимент, ничуть не кривя душой. Алиса словно фарфоровая статуэтка, такая же маленькая, утонченная, беленькая. В красивом платьишке, бусиках и с косичкой.
- Доброе, благодарю, вы тоже, - кивает она. – А начальника еще нет, пустить вас внутрь я не могу, придется подождать здесь, так как указаний на ваш счет не поступало.
Хм, и мне не поступало. Доходит до меня только сейчас. Я что, комнатную собачку теперь буду изображать? Просто чудесно.
- Ладно, здесь так здесь, - улыбаюсь Алисе, - в конце концов, ваш диван довольно удобный.
- Могу сделать вам кофе, - предлагает приветливая секретарша.
- Да, спасибо.
И вот черный напиток давно выпит, ногти Алисы подпилены ею по третьему кругу, а мною несколько раз пересчитаны все лампочки в подвесном потолке. Но Никольского все нет.
Я все порываюсь попросить Алису набрать его, но смысл? Вряд ли я смогу выполнять какую-либо работу без него.