Не заставляй меня, детка!

– Ты забронировала номер в «Санрайз Даймонд»?
– Пошел ты… – выплюнула недовольство сквозь зубы.
– Я подумал, что отдыхать лучше в «Риксос». Там мало детей, много молодежи. Согласна?
Я развернулась так, чтоб, если что, придушить его голыми руками.
– Какого хрена, ты преследуешь меня и решаешь где и как мне отдыхать?!
Люди вокруг нас и позади, удивленно вздернули брови, мол, сбавьте шум.
  
– Ты выглядишь глупо, Стрельникова. У нас в запасе больше четырех часов, наговоримся.
– Вот же…!!!
От злости меня раздуло, как воздушный шарик, а он вернулся к истоку очереди и быстренько оформился. Ненавижу!
***
Пустующее место у окна, порадовало меня и вселило надежду, что Ребров разместился в другой части бизнес-салона. Увы, его личико мелькнуло передо мной, стоило лишь подумать о нем. Приветствие старшей бортпроводницы немного отвлекло меня от рук соседа, что улеглись на подлокотники. Полностью признала вину, что засмотрелась на широкие ладони и пальцы. Только я не сразу врубилась, что на безымянном красуется обручальное колечко. Женатиков не любила больше, чем вдовцов. Вторые без устали болтали о том, какие замечательные у них жены. А первые, еще и спали с ними.
– Боишься? Летала когда-нибудь? – поинтересовался Ребров и посмотрел на меня исподлобья.
– Чего тут страшного? Взлетел и приземлился. – Буркнула я и отвернулась к иллюминатору.
– Ник?
– Нет, даже не начинай. Не разговаривай со мной и не прикидывайся тем, кто меня хорошо знает.
– Согласен, я тебя не знаю. Но может, пришло время узнать?
– Ага, у жены сначала разрешения спроси.
Я услышала, как он усмехнулся, но выстояла, чтобы не повернуться и воочию не увидеть это. Почему-то я таяла от всех его жестов, даже по-детски незначительных.
– Я в разводе. Кольцо, память от матери. Она умерла в прошлом году.
Приехали! Любопытно, я выглядела большей дурой, чем те, кого поймали с поличным в передаче «Измены»? Все-таки повернув к нему голову, секунду помолчала.
– Извини. У женщин в голове иная логика. Мы видим кольцо еще до того, как мужчина открывает свой рот.
– А соблазнять жениха тоже женская логика? – он чуть прищурился, и я забыла все колкости, которые имелись в моем арсенале.
– В ту ночь я плохо соображала, благодаря твоему другу.
Самолет слегка подпрыгнул и я зажмурилась. Ребров сжал мою руку и не отпускал, пока судно не выровнялось, и бортпроводница не сообщила, что мы набрали нужную высоту.
– Трусиха.– Шепнул он мне и зачем-то чмокнул в щеку. Что еще за новости?!– Награда за то, что достойно перенесла воздушные ямы.
Конечно, так я и поверила! Воспользовался моей неожиданной слабостью. Все мужики одинаковы. Плавно отодвинувшись, я расстегнула ремень и потянулась за сумкой под впереди стоящим креслом. Мне срочно потребовалось взглянуть на себя в зеркало.
– Приглашаю вечером на ужин. В «Риксос» отличный ресторан.
– Я отказываюсь, но спасибо. – Я скорчила безразличный вид и провела пальчиком по нижней губе, что пристально рассматривала в отражении. Ребров покашлял. Видимо я его завела своим невинным прикосновением.
– Хочешь сказать, я зря сорвался с фирмы, уверил отца, что мне надо перевести дух после Европы?
– Понятия не имею, какого рожна ты летишь со мной. Поделишься?
Покончив с прихорашиванием, я устремила все свое внимание на Реброва.
– Много лет я занимался собственным развитием, колесил по странам, успел жениться и развестись меньше, чем за год. И каждый свободный час, я представлял девчонку, что танцевала в образе Бритни Спирс.
– Только не говори, что тот секс, был лучшим в твоей жизни. Скучно звучит.
Мне захотелось немного приглушить его самолюбие и задеть за что-то личное.
– Он был на высоте. И не потому, о чем ты подумала. Ты чем-то зацепила меня. От тебя несло провинциальной простотой, и я бы сказал, искренностью.
– О, как завернул! – я воскликнула, сама от себя пребывая в шоке. – То есть, тебе понравилась девочка из какой-то глухомани? Должна тебя огорчить, я родом из Томска, а не из забытой богом деревни. У меня на тот момент уже был диплом о высшем образовании на руках и…
– Я ж говорю, искренняя. И всё, что ты перечислила, я уже знаю.
– Тогда прекрати мести языком, как помелом. Я развлекала тебя и твоих друзей, немного расслабилась и повелась на твои красивые глазки! Все!
Пассажиры спереди, обернули на нас свои головы и грозно сверкнули недовольными взглядами.
– И часто ты велась на глазки?
– Хочешь, чтобы я назвала, с каким количеством парней переспала? Бесцеремонно, Александр Борисович.
На данном ответе, я снова выстроила между нами стену и, подложив под подбородок кулак, засмотрелась на безмятежно плывущие облака.
– Прости, – ладонь Реброва легла на мою коленку, и я затаила дыхание. Он повел ею выше, замедлившись у подола платья. – Я помню всё, что делал с тобой тогда. Помню, как ты сидела сверху и бормотала, что никогда не испытывала ничего подобного.
– Не продолжай. – Тихо отозвалась я.
– Почему? – ладонь уже пробралась под шелковистую ткань и растирала кожу у окантовки моих трусиков. – Одиннадцатое июля изменило не только мою жизнь, верно?
Мне пришлось выпрямиться и отбросить настойчивого парня, дабы не броситься от голода в его объятия. После кончины Игоря, у меня никого не было. Ксюха попыталась свести меня со своими знакомыми, но мне не хотелось. Всем им чего-то не доставало.
– Нам нужно оставить в прошлом то, что случилось на том мальчишнике. Я больше не девочка Раменского и не собираюсь расплачиваться за ошибки, что когда-то совершила.
– Тогда мы даже не были знакомы. Так что мешает познакомиться сейчас? У нас две недели, чтобы начать с нуля.
Ребров прав, но к чему мне эта, правда? Хотела бы я снова упасть в отношения? Я только-только сожгла амплуа проститутки и создала новый имидж. Какому парню понравится бывшая стриптизерша, она же сюрприз на день рождения или последний холостяцкий отрыв? Никакому. Но справа от меня расположился тот, кому я интересна. А может, ему интересна другая я? Та, что подарила безумную ночку за бесплатно? Пан или пропал!
– Ответь на один вопрос и тогда я скажу, готова ли дать себе шанс.
– Спрашивай.
– Когда ты увидела меня за общим столом в конференц-зале, о чем ты подумал? Что первое пришло в твою голову?
– Что рад увидеть снова ту, которая сбежала от меня и привела в ступор Рустама. Ты помнишь вашу встречу в холле?
– Да, – я улыбнулась. Мне понравился словесный расклад. – Он удивился, что я задержалась так надолго.
– Потому-что до тебя никто не задерживался у меня дольше пары часов.
Блин, все-таки умели парни вешать лапшу на уши, а мы велись на их сказки.
– Смотри, какая красота! – я быстро сменила тему, и Ребров понял, точнее, убедился в том, что это мой первый полет. К тому же, блеск в моих глазах выдал, что я никогда не выезжала за пределы России. Минут десять спустя, нам объявили, что самолет готовится к посадке и пора привести ремни в рабочее положение. Небольшая тряска сопровождалась давлением в ушах и участившимся сердцебиением. В конце концов, борт коснулся посадочной полосы и пассажиры зааплодировали. Я с нетерпением поёрзала в кресле и после речи бортпроводницы, что можно выходить, неуклюже столкнулась с Ребровым, что сорвался на ноги в один миг со мной. Мы переглянулись и направились на выход.
Сухой, горячий воздух пленил меня с первых нот. Я уже представила себя на берегу Красного моря с бокалом «Мохито».
– Наша машина ждет на парковке. – Подал голос Ребров.
– Ты не шутил про отель?
– Я же сказал, что твой выбор неудачен. Поживем в соседних номерах, узнаем друг друга поближе.
  
– Учти, все костюмы остались у Раменского!
Я фыркнула и под смех парня, зашагала по многолюдному аэропорту. Если мне представилась возможность отдохнуть в пятизвездочном отеле, то пусть знает, натурой я оплачивать проживание не буду!